Быт и нравы смолян

Тема в разделе "Общий раздел", создана пользователем Кузьмич, 14 апр 2009.

  1. Виления
    Offline

    Виления Фельдфебель

    Регистрация:
    11 янв 2009
    Сообщения:
    44
    Спасибо:
    2
    Отзывы:
    0
    Из:
    Смоленск
    Еще немного о том, как одевались крестьяне, и о различиях в одежде крестьян великорусских и белорусских уездов.
    Из кн. Я.Соловьева "Сельскохозяйственная статистика Смоленской губернии", 1855г.
    "Но ничто так не бросается в глаза, как различие в одежде. Кафтан из цветнаго сукна, крашеная также рубашка, черная шляпа или высокая московская в Гжатском уезде, или низкая тверская, едва заметная на голове, в Сычевском, почти везде сапоги, по крайней мере у казенных крестьян, - все это необходимыя принадлежности мужской одежды в восточных уездах. Женский костюм: синий сарафан, пестрый передник, у женщин какошник, у девок повязка - во всяком случае цветные. Напротив того, в белорусских уездах везде и во всем белый цвет. Белая рубашка, из белаго некрашенаго сукна кафтан, белый валяный колпак вместо шляпы, большею частию лапти вместо сапогов - составляют мужское одеяние. У женщин, вместо сарафана, особеннаго покроя зипун, почти всегда из белаго некрашенаго холста, особеннаго также рода белая суконная юбка "андарок". На голове белая повязка, в праздничные дни с красными узорчатыми концами, которые сзади доходят до половины спины. Девки, в особенности зажиточныя, к этой повязке прикрепляют по обеим сторонам головы цветы, перья и тому подобныя украшения. Такой костюм белорусских женщин придает им вид крайне неуклюжий".
     
  2. GuestX
    Offline

    GuestX Новобранец

    Регистрация:
    25 ноя 2008
    Сообщения:
    10
    Спасибо:
    0
    Отзывы:
    0
    Из:
    Смоленск
    А зачем дублировать темы? Тема о белорусском вопросе уже существует и разговор в ней шёл примерно о том же. Хотя и зашёл куда-то не туда.

    Что касается первых статей, то всё очень спорно.
    К примеру, существует несколько версий происхождения кривичей, и далеко не факт, что это именно западные славяне. На сколько я помню ПВЛ, кривичи в числе "пришедших от ляхов" там не упоминаются (в отличие, кстати, от вятичей - предков великороссов).
    Кроме того, сами кривичи были далеко не однородным племенным союзом. Они делились на 2 большие группы: полоцко-смоленские и псковско-новгородские. И эти группы очень сильно различались как по культуре, так и по языку. Различия были и в церемониях погребения, и в форме курганов, и в украшениях.

    Если рассматривать имеющиеся на сегодня письменные источники (10-12 вв), то доподлинно известно, что полоцко-смоленские кривичи говорили на восточно-славянском наречии. А вот псковско-новгородские использовали совершенно отличный от всех соседей язык. Некоторые лингвисты даже склонны выделять его в отдельную северно-славянскую группу.

    Балтийский элемент, возможно, так же преувеличен. Известные находки в результате раскопок древних городищ VI-VIII вв на территории Смоленской области - оплавленные наконечники стрел и тд - говорят о том, что славянская колонизация этого края не была мирной. А значит балто-славянского симбиоза здесь не вышло. А только при мирной колонизации возможно было, к примеру, заимствование названия старого балтийского племени пришельцами - славянами.
    Если взять древний Новгород, то при раскопках были обнаружены тексты на карельском языке. Ничего подобного на балтийском ни на Смоленщине, ни в Белоруссии, ни в Подмосковье пока не нашли.

    А если говорить про белорусскую нацию, то, при всём уважении, она, вместе с украинской и многими другими, является наследницей какого-то там съезда РКП(б), а не кривичей. Белорусы, как этническая группа, безусловно существуют, но в совершенно других границах. И смоляне всегда были, есть и будут её частью.
     
  3. Hikuro
    Offline

    Hikuro Новобранец

    Регистрация:
    17 ноя 2009
    Сообщения:
    5
    Спасибо:
    0
    Отзывы:
    0
    Из:
    Smolensk
    Огромная благодарность! Отличная статья и большая работа по её составлению.
     
  4. jelendookon
    Offline

    jelendookon Приказный

    Регистрация:
    13 дек 2009
    Сообщения:
    16
    Спасибо:
    2
    Отзывы:
    0
    Из:
    Щёлково
    ["Более предприимчивыми и деловитыми традиционно были крестьяне восточных уездов Смоленщины – Гжатского, Сычевского, Юхновского. Хорошие условия для льноводства и отходничества (близость к Москве) содействовали развитию деловой сметки, инициативы. Вот как отзывается о своих прихожанах священник села Мокрого Гжатского уезда: «…здешний народ забочий и трудолюбивый. Молодые мужчины и женщины отходят на промысел в столицы и другие города, служат на заводах и фабриках, а которые дома живут, занимаются извозом, то есть, возят лес и дрова на станции Московско-Брестской железной дороги, валят лес и режут дрова. Есть в приходе хорошие плотники, столяры, кузнецы, сапожники, маслобойники, бондари и другие мастера»...

    В конце 80-тых и начале 90-тых жил в Гагарине , рубил дома - так нас с напарником обзывали Будаевскими плотниками - ранее эта деревня славилась именно плотниками . А вчера при поиске карт по боям наткнулся на эту деревню - южнее Батюшково - я уж думал легенда
     
  5. Сом
    Offline

    Сом Селитр Рамилович

    Регистрация:
    28 ноя 2009
    Сообщения:
    2.829
    Спасибо:
    2.758
    Отзывы:
    72
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Табор
    Имя:
    Селитр
    Интересы:
    Коммунизм
    Да статья просто уникальная, мало кто возьмется за такой труд. Есть масса регионов где как научной так и просто исследовательской работы не велось, так некоторые общие данные. Здесь же есть будущее для дальнейших исследований и споров. Спасибо Кузмичу за проявленую иннициативу.
     
  6. Кузьмич
    Offline

    Кузьмич Демобилизованный Команда форума

    Регистрация:
    29 апр 2008
    Сообщения:
    4.542
    Спасибо:
    976
    Отзывы:
    17
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Дальний кордон
    Интересы:
    История Смоленщины
    Эх, я же мечтаю о продолжении серии публикаций по "быту и нравам смолян". У меня тем расписано уже на десяток статей. Руки все не доходят. Но буду стараться.
     
  7. Сом
    Offline

    Сом Селитр Рамилович

    Регистрация:
    28 ноя 2009
    Сообщения:
    2.829
    Спасибо:
    2.758
    Отзывы:
    72
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Табор
    Имя:
    Селитр
    Интересы:
    Коммунизм
    вот несколько примеров некой самобытности смоленских местечек, всем известны Демидовские огруцы,которые выращивают довольно уже давно, можно сказать некий бренд Демидова.В Рославле есть и не забыто ремесло изготовления ножей, финок и вообще холодного оружия, и довольно приличного качества (ручная работа). В Вязьме рубили отличные срубы, и поныне в р-не рубят баньки для москвичей, даже уже по новым технологиям. В краснинском р-не издавна валяли валенки, там и сейчас довольно много держат овец. Гжатск (Гагарин) славиться копченной рыбой. В общем пишите кто еще знает какие ремесла и промыслы смолян.
     
  8. Sledopit
    Offline

    Sledopit поисковик

    Регистрация:
    16 май 2008
    Сообщения:
    359
    Спасибо:
    37
    Отзывы:
    1
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Интересы:
    "Вахта Памяти"
    Я считаю, что тема освещена однобоко, не могу понять как автор не взял во внимание такое произведение как "12 Писем из деревни" Энгельгардта А.Н. который на примере своего хозяйства (село Батищево Дорогубжского уезда Смоленской губернии) Подробнейшим образом описал быт и нравы своих крестьян, много из того ,что он пишет, мягко говоря не совсем сходится с источниками приведёнными у автора.
    Что же касается наблюдений священнослужителей приведённых выше,как один из основных источников, то на этот счёт можно сказать , что священники , как это мягко выразить "требовали вознаграждения" в виде преподношения за необходимые крестьянам обряды: свадьбы, похороны и тд. вовсе не малые для крестьян, от этого и недопонимание между ними, то есть священники иногда больше хотели получить чем прихожане в силах были им дать. Эти ситуации также подробнейшим образом описаны в у Энгельгардта.
     
  9. Кузьмич
    Offline

    Кузьмич Демобилизованный Команда форума

    Регистрация:
    29 апр 2008
    Сообщения:
    4.542
    Спасибо:
    976
    Отзывы:
    17
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Дальний кордон
    Интересы:
    История Смоленщины
    Sledopit, вероятно, под "автором" вы понимаете меня. Отвечаю как "автор". Если даете оценку, то старайтесь ее как-то аргументировать. Не понял, что значат ваши слова: "тема освещена однобоко". В чем однобокость?
    Ваш подход к духовенству с классовых позиций не выдерживает, конечно, никакой критики, это установки "Краткого курса ВКП(б)! Забавно, что исходя из Вашей же логики, и самому А.Н. Энгельгардту нельзя ни в коем случае верить, он ведь помещик, эксплуатировавший крестьян. Помещик!!!
    По поводу "Писем из деревни". Я их подробнейшим образом изучал и написал на их основании довольно объемную статью. Александр Николаевич Энгельгардт в своих "Письмах" фактически открыл для читающей публики мир русского крестьянина. В этом общественно-культурное значение этого произведения. Он многое подмечал и живописно изображал реальную жизнь крестьян. В тоже время, как человек увлеченный составлением проекта общественного переустройства с помощью крестьянской общины, Энгельгардт в своих оценках идеализировал крестьян, крестьянскую жизнь. Его воспевание русского крестьянства стало основой для народнической идеологии, утопической по своей сути.
    А вот Вам цитата из Второго письма А.Н. Энгельгардта, которое я мог бы взять в качестве эпиграфа для цикла своих очерков, написанных на основе наблюдений сельских священников над крестьянским бытом: "Я люблю беседовать с попами и нахожу для себя эти беседы полезными и поучительными. Во-первых, никто так хорошо не знает быт простого народа во всех его тонкостях, как попы; кто хочет узнать настоящим образом быт народа, его положение, обычаи, нравы, понятия, худые и хорошие стороны, кто хочет узнать, что представляет это, никому не известное, неразгаданное существо, которое называется мужиком, тот, не ограничиваясь собственнм наблюдением, должен именно между попами искать необходимых для него сведений; для данной же местности попы в этом отношении неоценимы, потому что в своем приходе знают до тонкости положение каждого крестьянина..." (Энгельгардт А.Н. Из деревни. 12 писем. 1872-1887. СПб., 1999. С. 44.)
    Возможно, это не совсем к месту, но для более глубокого разъяснения положения крестьянства и воззрений Энгельгардта на крестьянскую жизнь размещаю отрывок из своей статьи "Суткинская волость Дорогобужского уезда" (именно в этой волости находилось имение Батищево, где жил Энгельгардт).

    Русский Оуэн

    А.Н. Энгельгардт оказался в смоленской глубинке в качестве наказания за свои социально-политические взгляды, оппозиционность официальной идеологии и практике. Естественно, что по мере налаживания хозяйства своего имения мысли и чувства Александра Николаевича стали все больше занимать беды крестьянской жизни: «Когда я сел на хозяйство, то батищевское хозяйство представляло для меня агрономический интерес, и этот-то агрономический интерес поддерживал энергию и давал жизнь… С течением времени агрономический интерес стал ослабевать. Нового широкого дела уже было мало, созидательный интерес уменьшился; пошла, так сказать, будничная агрономия… Как ни велик был, однако, интерес агрономический, как ни интересовала меня научно-агрономическая сторона дела, но все-таки меня всегда угнетала экономическо-социальная сторона. Радость агронома всегда отравлялась скорбью человеческой. Радостно было смотреть на роскошный клевер, выросший на батищевских полях, но радость отравлялась, когда я видел мужика, обязавшегося скосить этот клевер за деньги, взятые зимою, когда у него не было хлеба… Очень тяжело заниматься выэксплуатированием, когда ежедневно, ежечасно должен насиловать себя. Знаю, что у человека нужда, знаю, что ему нечего есть, даю ему хлеба – изволь, только ты мне скоси или сожни то-то и то-то. Иначе же, как в самой грубой, кабальной форме, эксплуататорское хозяйство у нас вести нельзя».
    Чем больше Энгельгардт вживался в обыденное крестьянское существование, чем лучше понимал народную психологию, тем больше он думал о том, как сделать крестьянскую жизнь более разумной, зажиточной, справедливой. Эта нравственная установка стала главным стержнем его воззрений на настоящее и будущее России.
    Александр Николаевич остро чувствовал социальные язвы, порожденные развитием общества. Однако он не понимал и соответственно не принимал объективности глубочайших тектонических социальных сдвигов и порождаемых ими социальных катаклизмов в виде нищеты, неравенства, краха привычных жизненных устоев и ценностей.
    На глазах Энгельгардта зарождалось начало конца аграрной цивилизации в России. Естественным и объективным ходом вещей из деревни выдавливалась огромная и уже совершенно избыточная масса людей. Высокотехнологичные, механизированные, основанные на рыночных принципах аграрные хозяйства делали абсолютно излишним труд миллионов малоземельных крестьян с их примитивными приемами хозяйствования.
    Миллионы Сидоров и Карпов, чтобы не умереть от голода, должны были уйти из родной и милой деревни, навсегда покинуть знакомую до деревца и кустика отчую землю. Они должны были уйти в чужой и враждебный мир большого города, в огромное море людей, где человек остается один на один со своими бедами, в отличие от малого мира общины, где он был частью единого социального организма.
    Энгельгардт видел выход в разрешении надвигающегося социального катаклизма (не понимая его природы) в остановке исторического и социального развития, в консервации, в откате, в исторической реэволюции. Для Энгельгардта Россия была сугубо аграрной страной. Он категорически утверждал: «Россия – государство земледельческое, русский народ – земледелец».
    «Батищевский пан» был противником крупной промышленности: «Нужны не фабрики, не заводы, а маленькие деревенские винокурни, маслобойни, кожевни, ткачевни и т.п…» И это в то время, когда в стране начинался огромный индустриальный рост и она все увереннее входила в число промышленных держав мира.
    Фактически Энгельгардт выступает против такого этапного достижения цивилизации, как разделение труда: «Доктора-баре не могут удовлетворить и стоят дорого. Народ обращается к своим знахарям, дедам, которые те же мужики-земледельцы. Я желал бы, чтобы на место мужика-знахаря был мужик-доктор, занимающийся земледелием и в то же время подающий медицинскую помощь в округе, т.е. чтобы был знахарь интеллигентный, учившийся и в то же время земледелец. Нужны ветеринары. Есть мужики коновалы-земледельцы. Желаю, чтобы эти коновалы были интеллигентные, учившиеся люди, а не сидящие по городам чиновники-ветеринары. Нужны учителя. Желаю, чтобы были учителя-земледельцы, которые работали бы свою землю и зимою, когда свободно, учили ребят своей деревни… Нужно, чтобы были мужики-механики, мужики-инженеры, мужики-архитекторы, т.е. интеллигентные деятели, умеющие работать как мужики».
    Также категорично Александр Николаевич выступал против другого исторически неизбежного процесса – распада больших патриархальных семей и образования в результате разделов семей малых, состоящих только из супругов и их детей: «Разделы вредны, разделы – причина обеднения дворов. Если бы крестьяне действовали в хозяйстве сообща, если бы деревни состояли из небольшого числа неразделенных дворов, сообща обрабатывающих землю, сообща ведущих хозяйство, если бы, еще того лучше, целые деревни вели хозяйство сообща, то, нет сомнения, крестьяне жили бы зажиточно и, так или иначе, прибрали бы все земли к своим рукам».
    Переход от большой семьи аграрного общества к малой семье общества индустриального был закономерным явлением обособления личности из общинной массы, в которой она прежде была растворена. Любопытно, что в числе противников разделов крестьянских семей было и самодержавное государство, совершенно справедливо видя в большой патриархальной семье свою социальную и морально-психологическую опору. Закон 18 марта 1886 г. ограничивал право семейного раздела требованием, чтобы согласие на раздел было дано главою семьи, а также сельским сходом, который должен был решать этот вопрос двумя третями голосов. Разрабатывая конкретные правила применения этого закона, уездные по крестьянским делам присутствия Смоленской губернии стремились к тому, чтобы никто из крестьян ни при каких обстоятельствах не мог разделиться без разрешения начальства. Дорогобужское присутствие предлагало насильно соединять разделившихся снова в одну семью, предавать их суду, отстранять от участия в сельских сходах, не давать паспортов на отход, не считаться с разделом при раскладке платежей, описании имущества и т.д.
    Такими драконовскими методами правительство боролось с «обеднением дворов», не понимая исторической неизбежности этого процесса, его экономической и социальной обоснованности. Правда, А.Н. Энгельгардт понимал всю бесперспективность и порочность вмешательства грубыми административными мерами в жизнь крестьянских семей: «Я противник всяких чиновничьих мероприятий, касающихся внутренней жизни... Разделы вредны, но повторяю, всякие мероприятия для закрепления семейного союза были бы нелепы и также невозможны, как невозможно Мишку заставить любить Фрузу, а не Авдоню».
    С точки зрения традиционного хозяйствования раздел дворов наносил серьезный ущерб крестьянству. Но Энгельгардт и другие противники разделов не придавали значения тому, что в стране начался процесс механизации и интенсификации сельскохозяйственного труда, при котором главенствующую роль играет не количество рабочих рук, а интеллект, культура и страсть хозяина, земельного собственника. Этот хозяин просто обязан быть свободной независимой личностью, живущей своим домом, своей собственной семьей.
    Энгельгардт не понимал объективности процесса формирования рыночных отношений в сельском хозяйстве в эпоху становления индустриальной цивилизации: «Разделение земель на небольшие участки для частного пользования, размещение на этих участках отдельных земледельцев, живущих своими домками и обрабатывающих, каждый отдельно, свой участок, есть бессмыслица в хозяйственном отношении. Только «переведенные с немецкого» агрономы могут защищать подобный способ хозяйствования особняком на отдельных кусочках».
    Вместо частного хозяйствования ограниченного числа эффективных сельских землевладельцев Энгельгардт предлагает законсервировать средневековые общинные отношения: «Хозяйство может истинно прогрессировать только тогда, когда земля находится в общем пользовании и обрабатывается сообща». Таким образом, Энгельгардт пытался разрешить острые социальные противоречия в развитии деревни. В общинности он видел экономическую выгоду и нравственный идеал. Здесь Энгельгардт, как и другие социальные утописты, мыслит чисто механически, создавая рационалистическую утопию. Он механически складывал физические и интеллектуальные усилия крестьян, получая в итоге, как ему казалось, внушительную сумму коллективной производительной силы.
    Механическое сложение усилий в социальной формуле Энгельгардта не учитывало роль личного интереса, чувства хозяина, стремления к росту благосостояния. Эти не поддающиеся арифметическому исчислению величины играют роль множителя трудовых усилий человека при их использовании и делителя тех же усилий, если они отменяются. Вот такая социальная арифметика.
    «Ни в поместном, ни в деревенском хозяйстве никакого хозяйственного прогресса нет, да и не может быть до тех пор, пока существующее хозяйство не заменится артельным хозяйством, на иных, новых основаниях» . Что это за «иные, новые основания» Энгельгардт не объясняет, а лишь ссылается на пример хозяйствования больших патриархальных семей и монастырей: «Лучшим примером того, какое значение в хозяйстве имеет ведение дела сообща, соединенное с общежитием, служит зажиточность больших крестьянских дворов и их обеднение при разделах. Крестьянский двор зажиточен. Пока семья велика и состоит из значительного числа рабочих, пока существует хотя какой-нибудь союз семейный, пока земля не разделена и работы производятся сообща. Обыкновенно союз этот держится только, пока жив старик, и распадается со смертью его. Чем суровее старик, чем деспотичнее, чем нравственно сильнее, чем большим уважением пользуется от мира, тем больше хозяйственного порядка во дворе, тем зажиточнее двор» , «…посмотрите, где у нас сохраняется хороший скот – в монастырях, только в монастырях, где ведется общинное хозяйство».
    Эти примеры весьма характерны. Энгельгардт находит «основания» для существования артельных крестьянских хозяйств не в экономической, а в морально-нравственной, духовной сфере. Безусловно, для того, чтобы сохранить крестьянское сословие в неприкосновенности, уберечь его в средневековом качестве и количестве, нужна община: «Положительно можно сказать, что деревня и общинное владение землей спасает многих малоспособных к хозяйству от окончательного разорения».
    Энгельгардт понимал естественность процесса расслоения крестьянства: «Одни богатеют, а другие, менее старательные, менее ловкие, менее умные, беднеют, и, обеднев, бросают землю и идут в батраки, где всякому найдется дело, где всякий годен за чужим загадом» . Однако, своими эмоциями и чувствами он противник раскрестьянивания русского народа, так как крестьянин для него главный и в социальном, и в морально-нравственном плане человек.
    Мещане, купцы, чиновники, священники (которых он называет уничижительно попами), дворяне, батраки, разбогатевшие крестьяне в очерках Энгельгардта сугубо отрицательные персонажи, в каждом из которых он находит массу негативных черт. Лишь крестьяне-общинники удостаиваются у Энгельгардта самых положительных эпитетов и сравнений. Все симпатии и сочувствие автора писем «Из деревни» на их стороне. И пьянство-де у крестьян не пьянство, а так, развлечение. И считают-соображают крестьяне не в пример городским. И любит деревенская баба так, что ни одна интеллигентная дама ей в подметки не годится. И в хозяйственном, практическом плане мужики в тысячу раз умней всяких там «немецких агрономов». И честны крестьяне необыкновенно, и добры к ближнему. Вот характерный пример: «Посмотрите на настоящего мужика-земледельца. Какое открытое, честное, полное сознания собственного достоинства лицо! Сравните его с мерсикающим ножкой лакеем! Мужик, если он «ни царю, ни попу не виноват», ничего не боится. Мужик, будь он даже беден, но если только держится земли – удивительная в ней, матушке-кормилице, сила, – совершенно презирает и попавшего на линию и разбогатевшего на службе у барина».
    Идеализация крестьянина доходит у Энгельгардта до того, что он именно в мужике видит воплощение истинного человека: «Не оттого ли мужик делится, не оттого ли стремится к отдельной самостоятельной жизни, что он более человек, более поэт, более идеалист?» Поразительно, что это пишет человек, так подробно и честно изобразивший в своих очерках психологию и быт крестьян, которые, как мы уже видели, в цивилизационном отношении находились на крайне примитивном уровне развития.
    Очерки Энгельгардта полны подобными же расхождениями между его отвлеченными идеями и собственными наблюдениями крестьянской жизни. Энгельгардт проповедует коллективный труд и в то же время пишет: «…крестьяне всеми мерами избегают такого дела, где нужно работать сообща, и предпочитают работать, хотя бы и дешевле, но в одиночку, каждый сам по себе» . Или вот еще: «…делать что-нибудь сообща, огульно, как говорят крестьяне, делать так, что работу каждого нельзя учесть в отдельности, противно крестьянам».
    Такое же противоречие с принципом общинности и артельности труда можно увидеть у Энгельгардта при описании им роли и места хозяина: «…ни машины, ни симментальский скот, ни работники не могут улучшить наши хозяйства. Его улучшить могут только хозяева».
    Острый ум Энгельгардта выявил ключевой момент глубочайшего аграрного преобразования России – это не машины, не улучшенные породы скота и удобрения, а хозяин. Для того чтобы быть хозяином крестьянской усадьбы, недостаточно просто родиться и вырасти в деревне, нужно иметь призвание: «Хороших хозяев очень мало, потому что от хорошего хозяина требуется чрезвычайно много. Хозяйство вести – не портками трясти, хозяин, – говорят мужики, – загадывая одну работу, должен видеть другую, третью». «Хозяйство водить – не разиня рот ходить». И между крестьянами есть многих таких, которые не только не могут быть хорошими хозяевами, не только не могут работать иначе, как за чужим загадом, но даже и работать хорошо не умеют. Мало этого, есть много людей, которые, хотя и способны работать, но не любят хозяйства. Душа его к хозяйству не лежит, не любит он его, а интересуется чем-нибудь совсем другим».
    В основе природы хозяйствования на земле должна лежать любовь к труду землепашца: «…Чтобы быть хозяином, нужно любить землю, любить хозяйство, любить эту черную, тяжелую работу. То не пахарь, что хорошо пашет, а вот то пахарь, который любуется на свою пашню».
    Ключевую роль хозяина Александр Николаевич очень хорошо понимал и на собственном примере: «Я устроил свое хозяйство прекрасно. Результатов, могу сказать, достигнул блестящих… И что же? Я вижу, что стоит мне, не то, что бросить хозяйство, а только заболеть, и все пойдет прахом – никто не будет знать, что делать, где что сеять. Это понимает и мой староста, и другие крестьяне. «Умрете – и ничего не будет, все прахом пойдет», – говорит староста».
    Казалось бы, при осознании того огромного значения, какое имеет хозяин в сельском производстве, Энгельгардт должен был бы ратовать за предоставление полной экономической свободы крестьянам и в труде свободных частных хозяев видеть будущее страны. Однако он последователен в своих противоречиях: «Если мы посмотрим на частные хозяйства, ведущие свое дело рационально, достигшие большой доходности, то мы увидим всегда, что эти хозяйства имеют значение только сами для себя и никакого общего значения их системы, приемы и пр. не имеют. Для себя эти хозяйства рациональны, но для общего хозяйства страны они не имеют смысла» . Таким образом, Энгельгардт опровергает фундаментальный постулат экономической теории о том, что экономическое развитие страны складывается из усилий каждого хозяйствующего субъекта. Возникает ощущение, что он даже не знает классических трудов Адама Смита.
    Но что там Адам Смит, когда известный ученый профессор Энгельгардт со всей силой своего темперамента отрицал достижения науки и их практическое применение: «А где же теперь прогресс в хозяйстве? Кому же известно то, что выработано наукой, и кем оно применяется? Где, кроме дутых фальшивых отчетов, существует это пресловутое рациональное хозяйство? Что вышло из всех этих школ, в которых крестьянские мальчики отбывали агрономию? Что вышло из этих опытных хуторов, ферм, учебных заведений. Что они насадили? Да, наконец, куда деваются агрономы, которых выпускают учебные заведения?»
    Как же убедить крестьян работать артельно, общинно, когда они сами по себе этого не хотят и при любой возможности стремятся завести собственное хозяйство? По мнению Энгельгардта, пример крестьянам должны подать интеллигентные люди: «Люди из интеллигентного класса, которые, научившись сами работать, сядут на землю, образуют деревни из интеллигентных людей и будут сообща вести хозяйство, сообща работать землю, своим примером могут иметь большое значение для крестьянских деревень, ибо крестьяне понимают, что работать сообща выгодно. Но как это сделать? – Это должны показать интеллигентные люди на деле». «Почему же думать, что не найдется людей, которые, научившись работать по-мужицки, станут соединяться в общины, брать в аренду имения и обрабатывать их собственными руками при содействии того, что дает знание и наука. Такие общины интеллигентных земледельцев будут служить самыми лучшими образцами для крестьянских общин» . И еще: «России нужны деревни из интеллигентных людей» . Интеллигенция, по мысли Энгельгардта, должна стать светом Разума, который озарит темное царство российской деревни: «…русский интеллигент должен внести свет в русское земледелие, а внести свет он может только тогда, когда сам будет работать на земле».
    А.Н. Энгельгардт, вероятно, одним из первых теоретически обосновал раскол российского общества в культурном, а не социальном смысле. Он использовал понятие «интеллигенция» для обозначения просвещенных, образованных слоев общества, без указания их сословной принадлежности. Кроме того, Энгельгардт обосновал мысль о нравственном и историческом долге интеллигенции – содействие культурному развитию народа, под которым подразумевалось крестьянство. Энгельгардт говорит об «историческом признании русских интеллигентных людей»: «Я убежден, что появление в среде темных земледельцев таких интеллигентных людей есть залог величия, силы, могущества нашей родины, я убежден, что народ, наш могучий, сильный народ, которого ничто не могло сломить, перетянет к себе, всосет в себя лучшие соки нашей интеллигенции» . Эти слова были опубликованы в 1878 г., когда само понятие «интеллигенция» только утверждалось в российском общественном сознании.
    Энгельгардт был в числе тех публицистов, с легкой руки которых в российскую политическую мысль вошли три ключевых понятия – власть, народ, интеллигенция. Порожденные глубочайшим культурным расколом общества, эти понятия изначально стали носить не научный, а оценочный и мифологический характер: власть всегда виновата, народ всегда прав, а интеллигенция должна всегда оппонировать власти и служить народу. Эта политическая формула радикального российского либерализма оказалась настолько понятной и доходчивой, что, благополучно пережив коммунизм, просуществовала до наших дней без существенных изменений. Общественное сознание России до сих пор блуждает в этой политико-мифологической системе координат, как в трех соснах.
    Теоретические воззрения Энгельгардта подкреплялись его практическим опытом обучения «интеллигентов» крестьянскому труду. Очерки «Из деревни», с их идеализацией и романтизацией крестьян, мужицкой жизни и земледельческого труда, привлекли в Батищево немало «интеллигентных» людей, большая часть которых руководствовалась не практическими соображениями обучения хозяйствованию на земле, а Идеей, которая выражалась в служении народу, поиске правды в гуще народной жизни и т.д. Это были, в основном, романтики, «тонконогие», как их называли крестьяне. И хотя в этом слове, по уверению сына Энгельгардта Николая, не было ничего уничижительного, а лишь отмечались брюки в обтяжку, на самом деле, конечно, в этом ироничном прозвище крестьяне отметили суть самого явления похода интеллигенции на землю. «Тонконогие» – это значит некрепко стоящие на земле, витающие в облаках, живущие идеями и неготовые к тяжелому мужицкому труду.
    Энгельгардт так описывает историю создания «Батищевской академии»: «Когда ко мне впервые попросились интеллигенты учиться хозяйству, интерес агрономический уже начал ослабевать, и я с жаром бросился в новое дело. У меня явилась мысль создать в Батищеве практическую академию, в которой интеллигенты, жаждущие деревенского дела, могли бы научиться прежде всего работать так, как работает мужик, научиться агрономии и, наконец, восполнять свое общее образование».
    Идея Энгельгардта о том, чтобы обучить интеллигентов мужицкому труду и преобразовать Россию с помощью «интеллигентных деревень», была основана на чисто умозрительном отделении знания от умения работать, а затем таким же механическим их соединением: «У нас с одной стороны – мужик, умеющий работать, но умственно неразвитый, не обладающий знаниями; с другой стороны – интеллигент развитый, ученый, но не умеющий работать и приложить свои знания».
    Стремление Энгельгардта скрестить мужика и интеллигента и вывести какую-то новую породу людей была чистой утопией. Главную проблему исторического развития России – преодоление огромного культурного разрыва между просвещенными слоями общества и основной массой народа – он решал путем растворения интеллигенции в народе, низведения интеллигента до мужика.
    Первый «тонконогий» появился в Батищеве в 1875 г., а всего к началу 1880-х гг. у «батищевского пана» прошло обучение 70 человек, из которых только 14 получили аттестаты об «умении исполнять все полевые работы отлично» . Свои впечатления некоторые интеллигенты описали в статьях и книгах.
    Попытка осуществить идею слияния интеллигенции с народом со всей наглядностью показала ее утопичность. Вот что пишет сын Энгельгардта Николай о батищевских интеллигентах: «Общей почвы с народом не находилось. Слияния никакого не устанавливалось. Можно сказать, что мой отец, старый дворянин и барин до конца ногтей, был ближе крестьянину, одну с ним думу и речь мог вести, чем эти разночинные интеллигенты, малопрактичные, самолюбивые, по-своему очень гордые и поучающие мужика идеям, ими самими плохо еще проваренными».
    Обучение практическому земледелию было, конечно, для Энгельгардта лишь ступенькой для осуществления своей эпохальной цели – социального переустройства России. Главный рычаг общественных преобразований он видел в интеллигентских общинах, или поселках. Его ученики предприняли три попытки основания подобных поселений. Александр Николаевич с большим интересом и надеждой следил за их судьбой. Первым в 1878 г. был основан поселок «Красная Горка» недалеко от Уфы. Просуществовал он всего один год и распался «в какие-нибудь две недели» . Причиной неудачи стала склока, вызванная спорами о том, кто главный, кто хозяин в доме. Вот так на деле блестяще подтвердилась мысль Александра Николаевича о роли и месте хозяина в земледельческом труде. И с таким же блеском провалился его утопический проект интеллигентских поселков.
    Вторая попытка, предпринятая в 1881 г. в той же Уфимской губернии, также завершилась неудачей через год. Виктор, выбранный хозяин общины, заболел и умер, а после его смерти община тотчас распалась, «все разошлись в разные стороны» . И опять без хозяина никакого процветающего хозяйства не получилось.
    Третий поселок был основан учениками Александра Николаевича на хуторе Буково, находившемся «межа с межой» с Батищевским имением. Вот как описывает судьбу Буковской общины сын А.Н. Энгельгардта Николай: «…Она повторила те же ошибки и такие же успехи, какие выпали на долю двух первых. После двух лет существования поселка состав его изменяется. Инициаторы дела выходят из него. Он влачит еще два года существование под управлением человека, на которого сложили вину падения общины. Борьба за власть, благодаря отсутствию принципиально признанной власти в лице одного хозяина, губит общину. Успехи ее в смысле хозяйственном были несомненны. Если и на этот раз община разрушилась, то причиною этого – главным образом неясность отношений между членами, неспособность отрекаться от личных мелких интересов и расчетов, отсутствие признанного всеми главы, который бы мог ставить общее дело выше своего «я» и быть не деспотом, а хозяином и отцом, иметь нравственную силу на своей стороне».
    Сам Александр Николаевич так объяснил нежелание учеников основать общину в самом Батищеве и неудачу своего социального проекта в целом: «Я думаю, что главною причиною несогласия было то, что боялись – в Батищеве хозяйство будет идти под моим управлением и нельзя будет каждому продуцировать свое я, – в смысле, я, дескать, хозяин, я распорядитель, мною держится все. Дальнейший ход показал, что это именно так. Очевидно, что для многих важно было не дело, а личное самолюбьишко. Люди были слишком мелки и не доросли до того, чтобы делать такое великое дело».
    По свидетельству сына, увлечение социальным реформаторством продолжалось у Энгельгардта до 1884 г., «когда распался третий интеллигентский поселок и А.Н., занявшись вскоре исключительно вопросом о фосфоритах, охладел к «тонконожеству».
    А.Н. Энгельгардт не составил цельной системы социального переустройства. Из его разрозненных рассуждений можно заключить, что будущее преображенной по его проекту России виделось ему в виде некоей сельской идиллии, Аркадии, в которой есть лишь процветающие мужицкие общины, интеллигентные поселки. В таком мужицком царстве исчезнет эксплуатация человека человеком, нищета, социальное неравенство. При этом поселения будущего должны были стать центрами не только цивилизованного хозяйствования, но и культуры, искусства: «Если теперь у крестьян существуют свои неофициальные школы, свои бабки, свои костоправы, деды, знахари, то нет сомнения, что разбогатевшие при новом порядке общины не останутся в том же положении, как теперь, и заведут школы грамотности, агрономические и ремесленные училища, консерватории, гимназии, университеты». Поразительно, что человек не понаслышке знающий крестьянскую жизнь рассуждает о заведении сельскими общинами университетов, в то время, когда до претворения в жизнь всеобщего начального обучения было достаточно далеко.
    Мышление Энгельгардта несло большой заряд мессианства, что характерно и для других утопистов, правда, у него оно приобрело окраску мифологического русского мечтательства: «…мы русские, именно совершим это великое деяние, введем новые способы хозяйничанья. В этом-то и заключается самобытность, оригинальность нашего хозяйства». Или вот еще: «Когда некрасовские мужики, отыскивающие на Руси счастливца, набредут на интеллигента, сидящего на земле, на интеллигентную деревню, то тут-то они и услышат: мы счастливы, нам хорошо жить на Руси!»
    Порочность взглядов Энгельгардта доказала сама практика крестьянской жизни. Выше уже приводились данные о стремительном росте частных земельных владений крестьян, их массовый выход на хутора и распад общин. И Суткинская волость была здесь самым убедительным примером.
    Социальный проект А.Н. Энгельгардта обладал всеми характерными признаками утопических проектов переустройства общества, в основе которого лежала идея о превращении общины в основу современной цивилизации. Сельский хозяин нового капиталистического склада, подлинный новатор в своем деле и социально ориентированная личность, автор идеи совершенной организации общества А.Н. Энгельгардт поразительно похож на другого великого утописта и общественного деятеля – англичанина Роберта Оуэна.
    Энгельгардт, как и Оуэн, создал рациональную организацию производства, дававшую значительный рост производительности труда и прибыли. Оба они были предпринимателями-новаторами. Однако успехи в бизнесе не устраивали их широкую натуру. Они хотели рационализировать общество так же, как и собственное производство. Капиталистической экономике они противопоставляли коллективное производство, организованное на «принципе общего благополучия».
    Энгельгардт, как и Оуэн, доказывал возможность устранения бедности и нищеты в обществе. И тот, и другой предлагали проект устройства трудовых общин и поселков, и оба пытались на практике его реализовать. Правда, Оуэн, в отличие от Энгельгардта, выступал как непосредственный руководитель своих социальных экспериментов, но личные деньги на них тратили оба.
    Попытка реализации их социальных проектов завершилась одинаково – тяжелой неудачей, переживаемой как личная драма. Идеальные общины распадались по одной и той же причине, которую обобщенно можно сформулировать так – несовершенство человеческой природы, т.е. эгоизм, зависть, корысть, властолюбие, посредственность, лень и т.д.
    При всей схожести судеб и мировосприятия Энгельгардта и Оуэна между ними было принципиальное различие, как есть оно между Россией и Англией. У Роберта Оуэна утопия носила промышленный и городской характер, у Александра Энгельгардта – сельский и крестьянский. Оуэн хотел примирить бурный рост индустриальной цивилизации с миром сельской Англии. Его поселки должны были совмещать преимущества сельских поселений с удобствами городских. Работники его трудовых общин должны были сочетать труд промышленный и сельскохозяйственный. Утопия же Энгельгардта носила консервативный характер. Он стремился крестьянскую общину сделать основой современной цивилизации. Крестьянин был для Энгельгардта главным человеком российского общества, в то время когда он им постепенно переставал быть, уступая место рабочему-горожанину.
    У Энгельгардта проект совершенной и справедливой социальной организации был сформулирован лишь в виде идеи. В отличие от Роберта Оуэна, он не создал цельной политической и философской системы взглядов, не сформулировал завершенную утопическую теорию переустройства общества. У ученого-естественника Энгельгардта преобладал рациональный тип мышления, а у «законченных утопистов» господствует символическое мышление, склонное к абсолютизации и идеализации.
    Идею Энгельгардта о том, что коллективный труд и трудовая община могут стать основами справедливого общества, до логического конца довел его сын Михаил, сформулировав фактически теорию тоталитарного государства и став одним из теоретиков самого экстремистского ее варианта.
    По свидетельству работавшего вместе с ним в «Журнале для всех» В.А. Поссе, Михаил Энгельгардт «стоял за революционный захват крестьянами помещичьих земель, рабочими фабрик и заводов и был сторонником массового красного террора. Он даже высчитал, что для укрепления социалистического строя в России необходимо уничтожить не менее 12 миллионов контрреволюционеров, к которым он причислял кулаков и почти всех казаков, не говоря уже о помещиках, банкирах, фабрикантах и попах».
    Как и отец, М.А. Энгельгардт видел в крестьянской общине залог будущих более справедливых отношений, для построения которых, как он доказывал еще в письме Л.Н. Толстому в конце декабря 1882 г., необходимо лишь «равномерное распределение земель».
    М.А. Энгельгардт стал одним из главных теоретиков максимализма, являвшегося логическим завершением народнического социализма. В знаменитом «Ответе Виктору Чернову» Михаил Александрович защищал идею «трудовой республики», с одновременным в ходе революционного переворота переходом политической власти, земли, фабрик и заводов в руки трудового народа. Лишь смерть в 1915 г. помешала ему увидеть осуществление своей мечты наяву.
    Срыв цивилизованного развития страны на экстремальный путь социалистической ускоренной индустриализации в условиях жестко-тоталитарного коммунистического режима привел к насильственному и ускоренному раскрестьяниванию сельского населения России. Фактическое огосударствление, уничтожение экономической и политической свободы превратили советского крестьянина в крепостного, а усиленная его эксплуатация и бездумное насаждение чуждых деревне форм экономической и социальной жизни привели к полной деградации крестьянства. Особенно печальна картина в центральных областях России, в Нечерноземье. Здесь распад основополагающих основ крестьянского, а теперь уже и человеческого бытия, достиг предела: повальный алкоголизм, воровство, аморализм, неспособность к самостоятельному труду, катастрофический упадок культурных ценностей, умений, навыков.
    В особенно высокой деградации сельской жизни центральной России есть несколько причин. Первая – это близость столиц: Москвы и Петербурга. Туда шел значительный отток населения. Вторая – при малом плодородии земли только интенсификация труда, его правильная организация, развитые аграрные технологии могли обеспечить относительно высокие доходы и уровень жизни. Высокоэффективное хозяйство в нечерноземной зоне России в состоянии стабильно развиваться только на основе личной заинтересованности в результатах своей деятельности крестьянина-собственника, хозяина земли и собственного труда. Этого советская система дать не могла. В течение первых десятилетий она эксплуатировала культурные традиции земледельца, его терпение, трудолюбие и покорность. Бедная почва Нечерноземья в социальном отношении оказалась истощенной быстрее, чем черноземные области России. Оттого-то видим мы сегодня в смоленской деревне нравственное одичание и запустение, как после погрома. Вот результат социального экспериментаторства над деревней.
     
  10. Скарбашукальнік
    Offline

    Скарбашукальнік Завсегдатай SB

    Регистрация:
    26 фев 2010
    Сообщения:
    285
    Спасибо:
    23
    Отзывы:
    1
    Страна:
    United States
    Из:
    Тутэйшы
    Интересы:
    Гісторыя Літвы
    Цитата(GuestX @ 16 Мая 2009, 15:38)
    А если говорить про белорусскую нацию, то, при всём уважении, она, вместе с украинской и многими другими, является наследницей какого-то там съезда РКП(б), а не кривичей. Белорусы, как этническая группа, безусловно существуют, но в совершенно других границах. И смоляне всегда были, есть и будут её частью.

    Очень смешно. А кто по вашему жил в Великом Княжестве Литовском? Марсиане? Государственый язык ВКЛ до конца 17 века то же был марсианский? Именно в ВКЛ и формировалась беларуская нация. И то что сейчас существует Республика Беларусь это следствие этих процессов. Что касается съезда РКП(б), то до него уже было объявлено о создании беларуского государства - Беларуской Народной Республики(25 марта 1918 года).
     
  11. Spirit
    Offline

    Spirit «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    16 фев 2010
    Сообщения:
    1.984
    Спасибо:
    15.183
    Отзывы:
    613
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Имя:
    Сказочное)
    Интересы:
    История!
    Цитата(Виления @ 22 Апреля 2009, 20:00)
    Женский костюм: синий сарафан, пестрый передник, у женщин какошник, у девок повязка - во всяком случае цветные.

    У меня есть такой синий сарафан дореволюционного времени (даже 2 варианта+рубаха)
    Храню как память о прародителях.
    Но какошники и лентны, к сожалению, утеряны.
     
  12. Славентий
    Offline

    Славентий «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    25 ноя 2009
    Сообщения:
    1.255
    Спасибо:
    2.824
    Отзывы:
    44
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Имя:
    Вячеслав
    Интересы:
    Краеведение, Сталинское время
    Цитата(Кузьмич @ 21 Декабря 2009, 23:21)
    Эх, я же мечтаю о продолжении серии публикаций по "быту и нравам смолян". У меня тем расписано уже на десяток статей. Руки все не доходят. Но буду стараться.

    Кузмич, извините за невежественый вопрос, но где вы печатаетесь? Я не люблю читать тексты с монитора, предпочитаю живую бумагу.
     
  13. Кузьмич
    Offline

    Кузьмич Демобилизованный Команда форума

    Регистрация:
    29 апр 2008
    Сообщения:
    4.542
    Спасибо:
    976
    Отзывы:
    17
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Дальний кордон
    Интересы:
    История Смоленщины
    В смоленских периодических изданиях. По данной рубрике пока ничего нового не опубликовал. :(
     
  14. Makss
    Offline

    Makss Завсегдатай SB

    Регистрация:
    27 май 2009
    Сообщения:
    2.079
    Спасибо:
    187
    Отзывы:
    4
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Цитата(Spirit @ 21 Мая 2010, 23:51)
    У меня есть такой синий сарафан дореволюционного времени (даже 2 варианта+рубаха)
    Храню как память о прародителях.
    Но какошники и лентны, к сожалению, утеряны.

    Алёна! Было бы здОрово, увидеть тебя в нём! Можно фото? Даже если он не смоленской губернии, всё равно было бы потрясно увидеть семейную реликвию...вживую :)
    Даже без кокошника
     
  15. Spirit
    Offline

    Spirit «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    16 фев 2010
    Сообщения:
    1.984
    Спасибо:
    15.183
    Отзывы:
    613
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Имя:
    Сказочное)
    Интересы:
    История!
    Цитата(Makss @ 24 Мая 2010, 16:57)
    Алёна! Было бы здОрово, увидеть тебя в нём! Можно фото? Даже если он не смоленской губернии, всё равно было бы потрясно увидеть семейную реликвию...вживую :)
    Даже без кокошника

    Я сама об этом думаю.
    На днях сфоткаюсь и выложу.
    Два сарафана (синий шерстяной и розовый ситцевый) и рубаха с вышивкой конца XIX начало XX вв. Все это сшито вручную, необычный покрой.
    Моей прабабушки Матвеевой Марии Матвеевны из деревни Бол. Петрово (Вяземский уезд, рядом с Семлево).
    Жалко кокошника и ленты нет - в 1970-х годах потеряли родственники :ph34r: :(
    Предстану во всей деревенской красе :D
     
  16. Makss
    Offline

    Makss Завсегдатай SB

    Регистрация:
    27 май 2009
    Сообщения:
    2.079
    Спасибо:
    187
    Отзывы:
    4
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Цитата(Spirit @ 25 Мая 2010, 19:20)
    "...Моей прабабушки Матвеевой Марии Матвеевны из деревни Бол. Петрово (Вяземский уезд, рядом с Семлево)..."

    А-а! Всё-таки смоленской губернии!
    Тогда тем более ждём с нетерпением!
     
  17. Spirit
    Offline

    Spirit «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    16 фев 2010
    Сообщения:
    1.984
    Спасибо:
    15.183
    Отзывы:
    613
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Имя:
    Сказочное)
    Интересы:
    История!
    [​IMG] [ [​IMG]

    Дорогобужская и Вяземская (деревня Б.Петрово-Семлево) крестьянки))) + ситцевый сарафанчик.
    Сарафаны моей прабабушки.
     
  18. Pilot
    Offline

    Pilot Сам себе...режиссёр

    Регистрация:
    20 ноя 2009
    Сообщения:
    2.175
    Спасибо:
    1.968
    Отзывы:
    77
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    ...в бегах...
    Интересы:
    созерцаю...
    Алён, а повязка на голове соответствует статусу? ;) :D
    Срочно на АВУ! thumbup
     
  19. Spirit
    Offline

    Spirit «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    16 фев 2010
    Сообщения:
    1.984
    Спасибо:
    15.183
    Отзывы:
    613
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Имя:
    Сказочное)
    Интересы:
    История!
    Цитата(Pilot @ 27 Мая 2010, 18:06)
    Алён, а повязка на голове соответствует статусу? ;) :D
    Срочно на АВУ! thumbup

    Володь, я уже писала о том, что кокошник и кушак, к сожалению, не сохранились :( Поэтому на голове платок, а на поясе лента, то, что оказалось под рукой.
     
  20. Makss
    Offline

    Makss Завсегдатай SB

    Регистрация:
    27 май 2009
    Сообщения:
    2.079
    Спасибо:
    187
    Отзывы:
    4
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    "Ух, ты-ы-ы!" - Первое что вырвалось само собой :D
    Алёна, я просто в восторге!
    Тысяча академических слов меркнут перед простым фото, ведь на нём живая история, сохранённый настоящий костюм смолянки позапрошлого века, представленный достойной своих предков девушкой!
    Впрочем слова - пустое.
    +1,
    жаль что нельзя больше, но плюс ОГРОМНЫЙ thumbup thumbup thumbup ОТ ВСЕЙ ДУШИ!
     

Поделиться этой страницей

Сейчас читают тему (Пользователи: 0, Гости: 0)