Выход Финляндии из войны. Сентябрь 1944г

Тема в разделе "Общий раздел", создана пользователем Славентий, 12 фев 2011.

  1. Славентий
    Offline

    Славентий «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    25 ноя 2009
    Сообщения:
    1.254
    Спасибо:
    2.817
    Отзывы:
    44
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Имя:
    Вячеслав
    Интересы:
    Краеведение, Сталинское время
    зашел на сайт министерства обороны(http://www.mil.ru/940/65186/66882/index.shtml) и прочитал там интересную статью, правда приурочена она к 2009г.

    65-летие выхода Финляндии из Второй мировой войны в сентябре 1944 г.

    Скоро, а именно 19 сентября исполняется 65 лет со дня подписания перемирия с Финляндией. Напомним, что это перемирие было результатом поражения Финляндии в войне, которую она вела против СССР на стороне Германии в качестве одного из её сателлитов. Разумеется, данная точка зрения, являющаяся официальной и общепринятой в России, вовсе не является таковой в Финляндии. И не только в ней самой. Почему-то многим хочется представить участие Финляндии во Второй мировой войне как одной из стран антигитлеровской коалиции, а сами военные действия в рамках Второй мировой ограничить с сентября 1944 по апрель 1945. То есть военными действиями против войск фашистской Германии. Есть даже соответствующий термин: «Лапландская война». Всё остальное – а именно: военные действия финской армии во взаимодействии с войсками группы армий «Север» на Карельском фронте представляется в виде «войны-Продолжения», то есть освободительной и абсолютно справедливой. Попытаемся разобраться в данном историческом эпизоде.

    «Историческая память о Второй мировой войне и участии в ней Финляндии на протяжении ряда десятилетий подвергается вполне сознательному искажению как в публичных оценках правящих кругов этой страны, так и в высказываниях многих представителей ее интеллектуальной элиты, что, безусловно, влияет на массовое сознание финского народа в целом. При этом характерно, что событиям 1939-1940 и 1941-1944 гг., в масштабах мировой войны игравшим малозначимую роль на второстепенном театре боевых действий, в Финляндии придается судьбоносное значение не только для национальной истории этой маленькой северной страны, но и для всей “Западной цивилизации и демократии”, причем государство, воевавшее на стороне гитлеровской Германии и проигравшее войну, предстает едва ли не как победитель и “спаситель Европы от большевизма”. Более того, неуклюже отрицается сам факт, что Финляндия во Второй мировой войне являлась союзницей фашистской Германии: она якобы была всего лишь “военной соратницей”. Однако подобная словесная эквилибристика может обмануть лишь тех, кто сам желает обмануться: совместный характер целей и действий, согласованность планов двух “соратников”, в том числе по послевоенному разделу СССР, широко известны. Тем не менее, попытки “переписать историю”, вопреки очевидным фактам, продолжаются.» Так, 1 марта 2005 г. во время официального визита во Францию президент Финляндии Тарья Халонен выступила во Французском институте международных отношений, где “познакомила слушателей с финским взглядом на Вторую мировую войну, в основе которого тезис о том, что для Финляндии мировая война означала отдельную войну против Советского Союза, в ходе которой финны сумели сохранить свою независимость и отстоять демократический политический строй”. МИД России вынужден был прокомментировать это выступление руководителя соседней страны, отметив, что “эта трактовка истории получила распространение в Финляндии, особенно в последнее десятилетие”, но что “вряд ли есть основания вносить по всему миру коррективы в учебники истории, стирая упоминания о том, что в годы Второй мировой войны Финляндия была в числе союзников гитлеровской Германии, воевала на ее стороне и, соответственно, несет свою долю ответственности за эту войну”. Для напоминания Президенту Финляндии об исторической правде МИД России предложил ей “открыть преамбулу Парижского мирного договора 1947 года, заключенного с Финляндией “Союзными и Соединенными Державами”.

    «Вместе с тем, не только финские политики, но и ряд историков придерживаются этой скользкой позиции. Однако в последние годы “неудобные” для финской стороны темы преступлений гитлеровского союзника все больше становятся достоянием как научного сообщества, так и общественности. Среди них – не только крайняя жестокость и бесчеловечность обращения с советскими военнопленными, но и общая политика финского оккупационного режима на занятых советских территориях с откровенно расистскими установками в отношении русского населения и ориентация на его истребление. Сегодня опубликовано немало материалов с документальными свидетельствами жертв финских оккупантов, в том числе малолетних узников концентрационных лагерей. Однако – в отличие от правительства современной Германии – официальная позиция финской стороны состоит в том, чтобы не признавать эти действия своей армии и оккупационной администрации в качестве преступлений против человечности, а концлагеря в оценках финской историографии предстают едва ли не санаториями».

    «Хорошо известно пропагандистское обоснование начала «войны-Продолжения» со стороны Финляндии, отраженное прежде всего в приказе Главнокомандующего финской армией К.-Г.Маннергейма от 27 июня 1941 г. о начале военных действий вместе с германской армией против СССР. Главным лейтмотивом этого документа была реваншистская установка, направленная на пересмотр итогов «Зимней» войны 1939-1940 гг. Маннергейм называет СССР врагом и обвиняет в том, что он «с самого начала не считал мир постоянным», что Финляндия являлась «объектом беззастенчивых угроз», а целью СССР было «уничтожение наших жилищ, нашей веры и нашего Отечества, ... порабощение нашего народа». «Заключенный мир, - провозглашает Маннергейм, - был лишь перемирием, которое теперь закончилось. ...Призываю Вас на священную войну с врагом нашей нации. ... Мы вместе с мощными военными силами Германии как братья по оружию с решительностью отправляемся в крестовый поход против врага, чтобы обеспечить Финляндии надежное будущее». В том же приказе содержится намек на это будущее – на Великую Финляндию вплоть до Уральских гор, хотя здесь пока как объект притязаний выступает только Карелия. “Следуйте за мной еще последний раз, – призывает Маннергейм, – теперь, когда снова поднимается народ Карелии и для Финляндии наступает новый рассвет”. А в июльском приказе он уже прямо заявляет: “Свободная Карелия и Великая Финляндия мерцают перед нами в огромном водовороте всемирно-исторических событий”».

    Действительно, в районе Выборга финские войска остановились на старой границе. Согласно мемуарам К.Маннергейма, в финском правительстве на тот момент не было единства по поводу пересечения старой советско-финской границы, чему особенно противились социал-демократы. Необходимость обеспечить безопасность Ленинграда в своё время привела к Советско-финской войне 1939-1940 годов, и пересекать старую границу означало бы косвенное признание справедливости опасений СССР. А значит, пришлось бы признать и многое другое, что делать ну никак не хотелось.

    Кроме того, как отмечает А.Б.Широкорад, дальнейшее наступление на Ленинград потребовало бы штурма хорошо подготовленных укреплений Карельского укрепрайона (КаУР), к чему финны не были готовы.

    Однако на Петрозаводском направлении, где мощных укреплений не было, 4 сентября 1941 г. финская армия начала операцию по оккупации восточной Карелии, и к утру 7 сентября передовые части финской армии под командованием генерала Талвела вышли к реке Свирь. 1 октября советские части оставили Петрозаводск. В начале декабря финны перерезали Беломоро-Балтийский канал. Данная территория никогда не входила в состав Финляндии, хотя исторически часть её населения составляли финно-угорские народы. На оккупированных территориях был установлен режим террора, направленный против нефинноязычного населения.

    Вопреки распространенному в последнее время мифу о К.Маннергейме – «спасителе Ленинграда», финские войска в течение трёх лет совместно с немецкими участвовали в блокаде города, прикрывая северное направление. Ещё 11 сентября 1941 г. президент Финляндии Рюти заявил германскому посланнику в Хельсинки: «Если Петербург не будет больше существовать как крупный город, то Нева была бы лучшей границей на Карельском перешейке… Ленинград надо ликвидировать как крупный город».

    В конечном итоге линия фронта стабилизировалась вплоть до 1944 года.

    Краткая хроника событий 1944 г.:

    В январе-феврале 1944 г. советские войска в ходе Ленинградско-Новгородской операции полностью сняли 900-дневную блокаду Ленинграда немецкими и финскими войсками.

    В феврале советская авиация дальнего действия предприняла три массированных авианалёта на Хельсинки: в ночь 6/7, 16/17, 26/27 февраля; всего свыше 6000 самолётовылетов. Повреждения были скромными— в черте города упало 5% сброшенных бомб. Финская сторона утверждает, что это результат хорошей работы ПВО. Советская версия – разрушение города не планировалось в принципе. Это была демонстрация силы. Поэтому ни одна бомба не упала на жилые кварталы.

    16 марта президент США Рузвельт публично высказал пожелание о выходе Финляндии из войны.

    1 апреля, с возвращением финской делегации из Москвы, стали известны требования советского правительства: 1) Граница на условиях Московского мирного договора от 1940 года; 2) Интернирование, силами финской армии, немецких частей в Финляндии до конца апреля; 3) Репарации в размере 600млн долларов США, которые должны быть выплачены в течение 5 лет.

    9 июня началась Выборгско-Петрозаводская наступательная операция 1944 г. Советские войска, за счёт массового применения артиллерии, авиации и танков, а также при активной поддержке Балтийского флота, взломали одну за другой линии обороны финнов на Карельском перешейке и 20 июня взяли штурмом Выборг.

    21 июня советские войска перешли в наступление и 28 июня освободили Петрозаводск.

    12 июля Ставка ВГК приказала Ленинградскому фронту перейти к обороне на достигнутом рубеже.

    1 августа президент Рюти ушёл в отставку. 4 августа парламент Финляндии привёл Маннергейма к присяге в качестве президента страны.

    25 августа финны запросили (через посла СССР в Стокгольме), на каких условиях возможен их выход из войны. Советское правительство выдвинуло два (согласованных с Великобританией и США) условия: 1) немедленный разрыв отношений с Германией; 2) вывод немецких войск в срок до 15 сентября, а при отказе - интернирование. Требование безоговорочной капитуляции не выдвигалось.

    2 сентября Маннергейм направил письмо Гитлеру с официальным предупреждением о выходе Финляндии из войны.

    3 сентября финны начали переброску войск с советского фронта на север страны (Каяни и Оулу), где расположены немецкие части.

    4 сентября вступил в силу приказ финского главного командования о прекращении боевых действий по всему фронту. Военные действия между советскими и финскими войсками закончились.

    7 сентября финны начали эвакуацию населения с севера Финляндии на юг и в Швецию.

    15 сентября немцы потребовали от финнов сдать остров Гогланд, а после отказа попытались захватить его силой. Немецкие войска, находившиеся на севере Финляндии, не пожелали покидать страну, в результате чего финская армия совместно с Красной Армией повела против них боевые действия, закончившиеся лишь в апреле 1945 года (Лапландская война).

    19 сентября в Москве было подписано Соглашение о перемирии с СССР. Финляндии пришлось принять следующие условия: 1) возврат к границам 1940 года с дополнительной уступкой Советскому Союзу сектора Петсамо; 2) сдача СССР в аренду полуострова Порккала (расположенного вблизи Хельсинки) сроком на 50 лет (возвращён финнам в 1956); 3) предоставление СССР прав транзита войск через Финляндию; 4) репарации в размере 300млн долларов США, которые должны быть погашены поставками товаров в течение 6 лет.

    Итак, «радикальное изменение хода войны и очевидность ее перспектив к 1944 г. вынудили финнов к поиску такого мира, который бы не закончился для них национальной катастрофой и оккупацией. Выход Финляндии из войны был вынужденным, осуществленным в результате побед Красной Армии над Германией и ее союзниками, под угрозой бомбардировок финских городов и советского наступления на финскую территорию. Финнам пришлось принять ряд предварительных условий, в том числе о разрыве отношений с Германией, выводе или интернирование немецких войск, отводе финской армии к границам 1940 г., и ряд других. Показательно, что мотивация вступления в войну и выхода из нее была практически противоположной. В 1941 году фельдмаршал Маннергейм вдохновлял финнов планами создания Великой Финляндии и клялся, что не вложит меч в ножны, пока не дойдет до Урала, а в сентябре 1944-го оправдывался перед своим союзником А.Гитлером за то, что вынужден вывести “маленькую Финляндию” из войны: «...Я пришел к убеждению, что спасение моего народа обязывает меня найти путь быстрого выхода из войны. Общее неблагоприятное развитие военной обстановки всё более ограничивает возможности Германии предоставлять нам в нужный момент своевременную и достаточную помощь... Мы, финны, уже даже физически неспособны продолжать войну... Предпринятое русскими в июне большое наступление опустошило все наши резервы. Мы не можем больше позволить себе такого кровопролития, которое подвергло бы опасности дальнейшее существование маленькой Финляндии... Если этот четырехмиллионный народ будет сломлен в войне, не вызывает сомнения, он обречен на вымирание. Не могу подвергнуть свой народ такой угрозе». Мания величия прошла. А лекарством от этой болезни послужило успешное наступление советских войск, отбросившее финнов к их довоенным границам». Выставив против СССР 530 тыс. чел., Финляндия потеряла 58,7 тыс. убитыми и пропавшими без вести, 158 тыс. ранеными.

    Как утверждается в Исследовании по итогам войны для Финляндии, подготовленном Библиотекой Конгресса США: «Несмотря на значительный ущерб, нанесённый войной, Финляндия смогла сохранить свою независимость; тем не менее, будь СССР жизненно в этом заинтересован, нет сомнения, что финская независимость была бы уничтожена. Финляндия вышла из войны с пониманием этого факта и намерением создать новые и конструктивные отношения с СССР».

    Однако сегодня уроки минувшей войны многие финские политики (и не только финские, и не только политики) предпочитают забыть, пользуясь тем, что современная Россия – не Советский Союз. Весьма опасное заблуждение. Россия – всегда Россия, как бы она не называлась.
     

Поделиться этой страницей

Сейчас читают тему (Пользователи: 0, Гости: 0)