Генералы Белой Армии

Тема в разделе "Гражданская война в России", создана пользователем Wolf09, 12 мар 2013.

Статус темы:
Закрыта.
  1. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    Спите, орлы боевые,
    Спите с спокойной душой!
    Вы заслужили, родные,
    Славу и вечный покой.

    Долго и тяжко страдали
    Вы за отчизну свою,
    Много вы грома слыхали,
    Много и стонов в бою.

    Ныне, забывши былое,
    Раны, тревоги, труды,
    Вы под могильной плитою
    Тесно сомкнули ряды.

    http://youtu.be/RVvATUP5PwE
     
  2. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    Колчак Александр Васильевич

    Александр Васильевич Колчак (4 (16) ноября 1874, Санкт-Петербургская губерния — 7 февраля 1920, Иркутск) — российский политический деятель, вице-адмирал Российского Императорского флота (1916) и адмирал Сибирской Флотилии (1918). Полярный исследователь и учёный-океанограф, участник экспедиций 1900—1903 годов (награждён Императорским Русским географическим обществом Большой Константиновской медалью). Участник Русско-японской, Первой мировой и Гражданской войн. Вождь и руководитель Белого движения в Сибири. Рядом руководителей Белого движения и государствами Антанты был признан как Верховный Правитель России (хотя реальной власти над всей территорией страны не имел).
    Первым широко известным представителем рода Колчаков был турецкий военачальник крымскотатарского происхождения Илиас Колчак-паша, комендант крепости Хотин, взятый в плен фельдмаршалом Х. А. Минихом. После окончания войны Колчак-паша поселился в Польше, а в 1794 году его потомки переселились в Россию.
    Одним из представителей этого рода был Василий Иванович Колчак (1837—1913), офицер морской артиллерии, генерал-майор по Адмиралтейству. Свой первый офицерский чин В. И. Колчак выслужил тяжёлым ранением при обороне Севастополя во время Крымской войны 1853—1856 годов: он оказался одним из семерых выживших защитников Каменной башни на Малаховом Кургане, которых французы после штурма нашли среди трупов. После войны он закончил Горный институт в Петербурге и вплоть до отставки служил приёмщиком Морского министерства на Обуховском заводе, имея репутацию человека прямого и крайне щепетильного.
    Начальное образование будущий адмирал получил дома, а затем обучался в 6-й Петербургской классической гимназии.
    6 августа 1894 года Александр Васильевич Колчак был назначен на крейсер 1-го ранга «Рюрик» в качестве помощника вахтенного начальника и 15 ноября 1894 года был произведен в чин мичмана. На этом крейсере он отбыл на Дальний Восток. В конце 1896 года Колчак был назначен на крейсер 2-го ранга «Крейсер» на должность вахтенного начальника. На этом корабле он на протяжении нескольких лет ходил в походы по Тихому океану, в 1899 году вернулся в Кронштадт. 6 декабря 1898 года он был произведен в лейтенанты. В походах Колчак не только выполнял свои служебные обязанности, но и активно занимался самообразованием. Также он увлёкся океанографией и гидрологией. В 1899 году он опубликовал статью «Наблюдения над поверхностными температурами и удельными весами морской воды, произведённые на крейсерах «Рюрик» и «Крейсер» с мая 1897 года по март 1898 года».

    По прибытии в Кронштадт Колчак отправился к вице-адмиралу С. О. Макарову, готовившемуся к плаванью на ледоколе «Ермак» в Северный Ледовитый Океан. Колчак обратился с просьбой принять его в состав экспедиции, однако получил отказ «по служебным обстоятельствам». После этого, некоторое время входя в личный состав судна «Князь Пожарский», Колчак в сентябре 1899 года перешёл на эскадренный броненосец «Петропавловск» и на нём отправился на Дальний Восток. Однако во время стоянки в греческом порту Пирей он получил приглашение из Академии наук от барона Э. В. Толля принять участие в упомянутой экспедиции. Из Греции через Одессу в январе 1900 года Колчак прибыл в Петербург. Начальник экспедиции предложил Александру Васильевичу руководить гидрологическими работами, а кроме того быть вторым магнитологом. Всю зиму и весну 1900 года Колчак готовился к экспедиции.
    21 июля 1901 года экспедиция на шхуне «Заря» двинулась по Балтийскому, Северному и Норвежскому морям к берегам Таймырского полуострова, где предстояла первая зимовка. В октябре 1900 года Колчак участвовал в поездке Толля к фьорду Гафнера, а в апреле-мае 1901 года они вдвоем путешествовали по Таймыру. На протяжении всей экспедиции будущий адмирал вёл активную научную работу. В 1901 году Э. В. Толль увековечил имя А. В. Колчака, назвав его именем открытый экспедицией остров и мыс.
    Весной 1902 года Толль принял решение направиться пешком к северу от Новосибирских островов вместе с магнитологом Ф. Г. Зебергом и двумя каюрами. Остальным же членам экспедиции из-за недостатка запаса продуктов предстояло пройти от острова Беннетта на юг, на материк, а в дальнейшем вернуться в Петербург. Колчак со своими спутниками вышли к устью Лены и через Якутск и Иркутск прибыли в столицу.
    По прибытии в Санкт-Петербург Александр Васильевич доложил Академии о проделанной работе, а также сообщил о предприятии барона Толля, от которого ни к тому времени, ни позднее никаких вестей не поступило. В январе 1903 года было принято решение организовать экспедицию, целью которой являлось выяснение судьбы экспедиции Толля. Экспедиция проходила с 5 мая по 7 декабря 1903 года. В её составе было 17 человек на 12 нартах, запряжённых 160 собаками. Путь до острова Беннета занял три месяца, и был крайне тяжёлым. 4 августа 1903 года, достигнув острова Беннета, экспедиция обнаружила следы пребывания Толля и его спутников: были найдены документы экспедиции, коллекции, геодезические инструменты и дневник. Выяснилось, что Толль прибыл на остров летом 1902 г., и направился на юг, имея запас провизии лишь на 2-3 недели. Стало ясно, что экспедиция Толля погибла.
    Софья Фёдоровна Колчак (1876 - 1956) - жена Колчака Александра Васильевича. Софья Фёдоровна родилась в 1876 году в Каменец-Подольске Подольской губернии Российской Империи (ныне Хмельницкой области Украины).По договорённости с Александром Васильевичем Колчаком они должны были пожениться после его первой экспедиции. В честь Софьи (на тот момент невесты) был назван небольшой островок в архипелаге Литке и мыс на острове Беннета. Ожидание растянулось на несколько лет. Они обвенчались 5 марта 1904 года в церкви Знаменского монастыря в Иркутске.
    Софья Фёдоровна родила от Колчака троих детей. Первая девочка (ок. 1905 г.) не прожила и месяца. Вторым был сын Ростислав (09.03.1910 - 28.06.1965). Последняя дочь Маргарита (1912-1914) простудилась во время бегства от немцев из Либавы и умерла.
    Во время Гражданской войны Софья Федоровна ждала мужа до последнего в Севастополе. Оттуда ей удалось в 1919 году эмигрировать: уважавшие её мужа союзники-англичане снабдили деньгами и вывезли на корабле Её Величества из Севастополя в Констанцу. Далее она перебралась в Бухарест и уехала в Париж. Ростислава привезли туда же.
    Несмотря на тяжелое материальное положение, Софья Федоровна сумела дать сыну неплохое образование. Ростислав Александрович Колчак закончил в Париже высшую школу дипломатических и коммерческих наук, служил в алжирском банке. Женился на Екатерине Развозовой — дочери адмирала А. В. Развозова, убитого большевиками в Петрограде.
    Софья Федоровна пережила немецкую оккупацию Парижа, плен сына — офицера французской армии.Софья Федоровна умерла в госпитале Люнжюмо в Италии в 1956 году. Похоронена на главном кладбище русского зарубежья — Сен-Женевьев де Буа.
    В декабре 1903 года 29-летний лейтенант Колчак, измученный полярной экспедицией, отправился в обратный путь в Петербург, где собирался обвенчаться со своей невестой Софьей Омировой. Неподалеку от Иркутска его застало известие о начале Русско-японской войны. Он вызвал отца и невесту телеграммой в Сибирь и сразу после венчания отбыл в Порт-Артур.
    Командующий Тихоокеанской эскадрой адмирал С.О. Макаров предложил ему служить на броненосце «Петропавловск», с января по апрель 1904 года являвшемся флагманом эскадры. Колчак отказался и попросил назначения на быстроходный крейсер «Аскольд», что вскоре спасло ему жизнь. Через несколько дней «Петропавловск» подорвался на мине и стремительно затонул, унеся на дно более 600 матросов и офицеров, в том числе самого Макарова и знаменитого художника-баталиста В.В. Верещагина. Вскоре после этого Колчак добился перевода на миноносец «Сердитый», а к концу осады Порт-Артура ему пришлось командовать батареей на сухопутном фронте, так как тяжелейший ревматизм — следствие двух полярных экспедиций — заставил его покинуть боевой корабль. За этим последовало ранение, сдача Порт-Артура и японский плен, в котором Колчак провёл 4 месяца. По возвращении был награждён георгиевским оружием — золотой саблей «За храбрость».

    Освободившись из плена, Колчак получил чин капитана второго ранга. Главной задачей группы морских офицеров и адмиралов, в которую вошёл и Колчак, стала разработка планов дальнейшего развития российского военно-морского флота.
    Прежде всего был создан Морской Генеральный штаб, взявший на себя непосредственную боевую подготовку флота. Затем была составлена судостроительная программа. Для получения дополнительных ассигнований офицеры и адмиралы активно лоббировали свою программу в Думе. Строительство новых судов продвигалось медленно — 6 (из 8) линкоров, около 10 крейсеров и несколько десятков эсминцев и подводных лодок вступили в строй только в 1915—1916 гг., в разгар Первой мировой войны, а некоторые из заложенных в то время кораблей достраивали уже в 1930-е годы.
    Учитывая значительный численный перевес потенциального противника, Морской генштаб разработал новый план защиты Петербурга и Финского залива — при угрозе нападения все корабли Балтийского флота по условленному сигналу должны были выйти в море и выставить в устье Финского залива 8 линий минных заграждений, прикрывавшихся береговыми батареями.
    Капитан Колчак принимал участие в проектировании специальных ледокольных судов «Таймыр» и «Вайгач», спущенных на воду 1909 г. Весной 1910 г. эти суда прибыли во Владивосток, затем отправились в картографическую экспедицию к Берингову проливу и мысу Дежнёва, вернувшись к осени обратно во Владивосток. Колчак в этой экспедиции командовал ледоколом «Вайгач». В 1909 Колчак опубликовал монографию, обобщавшую его гляциологические исследования в Арктике, — «Лёд Карского и Сибирского морей» (Записки Императорской академии наук. Сер. 8. Физ.-мат. отд-ние. СПб., 1909. Т.26, № 1.).
    В 1912 Колчак переходит служить на Балтийский флот на должность флаг-капитана по оперативной части штаба флота.
    Для защиты столицы от возможного нападения германского флота Минная дивизия по личному приказу Эссена в ночь на 18 июля 1914 выставили минные заграждения в водах Финского залива, не дожидаясь разрешения морского министра и Николая II.
    Осенью 1914 г. при личном участии Колчака была разработана операция по минной блокаде немецких военно-морских баз. В 1914—1915 гг. эсминцы и крейсеры, в том числе и под командованием Колчака, выставили мины у Киля, Данцига (Гданьска), Пиллау (современный Балтийск), Виндавы и даже у острова Борнхольм. В результате на этих минных полях подорвалось 4 германских крейсера (2 из них затонули — «Фридрих Карл» и «Бремен» (по другим данным, потоплен ПЛ Е-9), 8 эсминцев и 11 транспортов.
    При этом попытка перехвата немецкого конвоя, перевозившего руду из Швеции, в которой Колчак принимал непосредственное участие, закончилась неудачей.

    В июле 1916 приказом российского Императора Николая II Александр Васильевич был произведён в вице-адмиралы и назначен командующим Черноморским флотом.
    После Февральской революции 1917 Колчак первым на Черноморском флоте присягнул на верность Временному правительству. Весной 1917 Ставка начала подготовку десантной операции для захвата Константинополя, но из-за разложения армии и флота эту мысль пришлось оставить.
    В июне 1917 Севастопольский совет постановил разоружить офицеров, заподозренных в контрреволюции, в том числе, отобрать и у Колчака его Георгиевское оружие — вручённую ему за Порт-Артур золотую саблю. Адмирал предпочёл выбросить клинок за борт. Через три недели водолазы подняли её со дна и вручили Колчаку, выгравировав на лезвии надпись: «Рыцарю чести адмиралу Колчаку от Союза офицеров армии и флота». В это время Колчак, наравне с Генерального штаба генералом от инфантерии Л. Г. Корниловым, рассматривался как потенциальный кандидат в военные диктаторы. Именно по этой причине в августе А. Ф. Керенский вызвал адмирала в Петроград, где принудил его подать в отставку, после чего он по приглашению командования американского флота направился в США для консультирования американских специалистов об опыте использования русскими моряками минного оружия на Балтийском и Чёрном морях в Первую мировую войну.
    В Сан-Франциско Колчаку предложили остаться в США, обещав ему кафедру минного дела в лучшем военно-морском колледже и богатую жизнь в коттедже на берегу океана. Колчак ответил отказом и отправился назад в Россию.
    Прибыв в Японию, Колчак узнал об Октябрьской революции, ликвидации Ставки Верховного Главнокомандующего и начатых большевиками переговорах с немцами. После этого адмирал выехал в Токио. Там он вручил британскому послу просьбу о приеме в английскую действующую армию «хоть рядовым». Посол, после консультаций с Лондоном, вручил Колчаку направление на Месопотамский фронт. По дороге туда, в Сингапуре, его настигла телеграмма русского посланника в Китае Кудашева, приглашавшего его в Маньчжурию для формирования русских воинских частей. Колчак поехал в Пекин, после чего приступил к организации русских вооруженных сил для защиты КВЖД.
    Однако из-за разногласий с атаманом Семёновым и управляющим КВЖД генералом Хорватом адмирал Колчак оставил Маньчжурию и выехал в Россию, намереваясь вступить в Добровольческую армию генерала Деникина. В Севастополе у него остались жена и сын.
    13 октября 1918 он прибыл в Омск, где в это время разразился политический кризис. 4 ноября 1918 Колчака, как популярную среди офицеров фигуру, пригласили на должность военного и морского министра в состав Совета министров так называемой «Директории» — находившегося в Омске объединённого антибольшевистского правительства, где большинство составляли эсеры. В ночь на 18 ноября 1918 в Омске произошёл переворот — казачьи офицеры арестовали четырёх эсеров-руководителей Директории во главе с её председателем Н. Д. Авксентьевым. В сложившейся обстановке Совет министров — исполнительный орган Директории — объявил о принятии на себя всей полноты верховной власти и затем постановил вручить её одному лицу, присвоив ему титул Верховного Правителя Российского государства. Тайным голосованием членов Совмина на данный пост был избран Колчак. Адмирал заявил о своём согласии на избрание и первым же своим приказом по армии объявил о принятии на себя звания Верховного Главнокомандующего.
    Обращаясь к населению, Колчак заявил: «Приняв крест этой власти в исключительно трудных условиях гражданской войны и полного расстройства государственной жизни, объявляю, что не пойду ни по пути реакции, ни по гибельному пути партийности». Далее Верховный Правитель провозглашал цели и задачи новой власти. Первой, наиболее актуальной задачей называлось укрепление и повышение боеспособности армии. Второй, неразрывно с первой связанной — «победа над большевизмом». Третьей задачей, решение которой признавалось возможным лишь при условии победы, провозглашалось «возрождение и воскресение погибающего государства». Вся деятельность новой власти объявлялась нацеленной на то, чтобы «временная верховная власть Верховного Правителя и Верховного Главнокомандующего могла бы передать судьбу государства в руки народа, предоставив ему устроить государственное управление по своей воле».
    Колчак надеялся, что под знаменем борьбы с красными ему удастся объединить самые разнородные политические силы и создать новую государственную власть. Поначалу положение на фронтах благоприятствовало этим планам. В декабре 1918 года Сибирская армия заняла Пермь, имевшую важное стратегическое значение и существенные запасы военного снаряжения.
    В марте 1919 войска Колчака развернули наступление на Самару и Казань, в апреле заняли весь Урал и приблизились к Волге. Однако из-за некомпетентности Колчака в вопросах организации и управления сухопутной армией (равно, как и его помощников), благоприятная в военном плане обстановка вскоре сменилась катастрофической. Распыление и растянутость сил, отсутствие тылового обеспечения и общая несогласованность действий привели к тому, что Красная армия смогла вначале остановить войска Колчака, а затем перейти в контрнаступление. Итогом его стал более чем полугодовой отход колчаковских армий на восток, завершившийся падением Омского режима.
    Надо сказать, что сам Колчак прекрасно осознавал факт отчаянного кадрового голода, приведшего, в конечном итоге, к трагедии его армии в 1919 году. В частности, в разговоре с генералом Иностранцевым Колчак открыто констатировал это печальное обстоятельство:"Вы скоро сами убедитесь, как мы бедны людьми, почему нам и приходится терпеть даже на высоких постах, не исключая и постов министров, людей, далеко не соответствующих занимаемым ими местам, но — это потому, что их заменить некем..."
    Те же мнения господствовали и в действующей армии. К примеру, генерал Щепихин говорил:"уму непостижимо, удивлению подобно, до чего долготерпелив наш страстотерпец рядовой офицер и солдат. Каких только опытов с ним не производили, какие при его пассивном участии кунштюки не выкидывали наши «стратегические мальчики», — Костя (Сахаров) и Митька (Лебедев) — а чаша терпения всё ещё не переполнилась..."
    В мае началось отступление войск Колчака, а уже к августу они были вынуждены оставить Уфу, Екатеринбург и Челябинск.
    Отряды большевиков после разгрома осенью 1918 года бежали в тайгу, обосновались там, в основном севернее Красноярска и в районе Минусинска, и, пополняясь дезертирами, начали нападать на коммуникации Белой армии. Весной 1919 года они были окружены и частью уничтожены, частью вытеснены ещё глубже в тайгу, частью бежали в Китай.
    Крестьянство Сибири, как и по всей России, не желавшее воевать ни в Красной, ни в Белой армиях, избегая мобилизаций, бежало в леса, организуя «зелёные» шайки. Эта картина наблюдалась и в тылу армии Колчака. Но до сентября — октября 1919 года эти отряды были малочисленны и не представляли для власти особой проблемы.
    Но когда осенью 1919 года фронт рухнул — начался развал армии и массовое дезертирство. Дезертиры в массовом порядке стали присоединяться к активизировавшимся большевистким отрядам, отчего их численность выросла до десятков тысяч человек. Отсюда и пошла советская легенда про 150-тысячную партизанскую армию, якобы, действовавшую в тылу армии Колчака, хотя в реальности таковой армии не существовало.
    В 1914—1917 годах около трети золотого запаса России было отослано на временное хранение в Англию и Канаду, а примерно половина была вывезена в Казань. Часть золотого запаса Российской империи, хранившаяся в Казани (более 500 тонн), была захвачена 7 августа 1918 года войсками Народной армии под командованием Генерального штаба полковника В. О. Каппеля и отправлена в Самару, где утвердилось правительство КОМУЧа. Из Самары золото на некоторое время перевезли в Уфу, а в конце ноября 1918 года золотой запас Российской империи был перемещён в Омск и поступил в распоряжение правительства Колчака. Золото было размещено на хранение в местном филиале Госбанка. В мае 1919 года было установлено, что всего в Омске находилось золото на сумму 650 млн рублей (505 тонн).
    Имея в своем распоряжении большую часть золотого запаса России, Колчак не позволял своему правительству расходовать золото, даже для стабилизации финансовой системы и борьбы с инфляцией (которой способствовала безудержная эмиссия «керенок» и царских рублей большевиками). На закупку вооружения и обмундирования для своей армии Колчак потратил 68 миллионов рублей. Под залог 128 миллионов рублей получены кредиты в зарубежных банках: доходы от размещения возвращались в Россию.
    31 октября 1919 года золотой запас под усиленной охраной был погружен в 40 вагонов, ещё в 12 вагонах находился сопровождающий персонал. Транссибирская магистраль на протяжении от Ново-Николаевска (ныне Новосибирск) до Иркутска контролировалась чехами, чьей главной задачей была собственная эвакуация из России. Только 27 декабря 1919 года штабной поезд и поезд с золотом прибыли на станцию Нижнеудинск, где представители Антанты вынудили адмирала Колчака подписать приказ об отречении от прав Верховного правителя России и передать эшелон с золотым запасом под контроль Чехословацкого корпуса. 15 января 1920 года чешское командование выдало Колчака эсеровскому Политцентру, который уже через несколько дней передал адмирала большевикам. 7 февраля чехословаки передали большевикам 409 миллионов рублей золотом в обмен на гарантии беспрепятственной эвакуации корпуса из России. Народный комиссариат финансов РСФСР в июне 1921 года составил справку, из которой следует, что за период правления адмирала Колчака золотой запас России сократился на 235,6 миллионов рублей, или на 182 тонны. Ещё 35 миллионов рублей из золотого запаса пропало уже после передачи его большевикам, при перевозке из Иркутска в Казань.
    4 января 1920 в Нижнеудинске адмирал А. В. Колчак подписал свой последний Указ, в котором объявил о намерении передать полномочия «Верховной Всероссийской Власти» А. И. Деникину. Впредь до получения указаний от А. И. Деникина «вся полнота военной и гражданской власти на всей территории Российской Восточной Окраины» предоставлялась генерал-лейтенанту Г. М. Семёнову.
    5 января 1920 в Иркутске произошёл переворот, город был захвачен эсеро-меньшевистским Политическим центром. 15 января А. В. Колчак, выехавший из Нижнеудинска в чехословацком эшелоне, в вагоне под флагами Великобритании, Франции, США, Японии и Чехословакии, прибыл к пригородам Иркутска. Чехословацкое командование по требованию эсеровского Политцентра, с санкции французского генерала Жанена, передало Колчака его представителям. 21 января Политцентр передал власть в Иркутске большевистскому ревкому. С 21 января по 6 февраля 1920 велись допросы Колчака Чрезвычайной следственной комиссией.
    В ночь с 6 на 7 февраля 1920 адмирал А. В. Колчак и председатель Совета министров Российского правительства В. Н. Пепеляев были расстреляны по постановлению Иркутского военно-революционного комитета. Постановление Иркутского военно-революционного комитета о расстреле Верховного Правителя адмирала Колчака и председателя Совета Министров Пепеляева было подписано Ширямовым, председателем комитета и его членами А. Своскаревым, М. Левенсоном и Отрадным.
    По официальной версии, сделано это было из опасения, что прорывающиеся к Иркутску части генерала Каппеля имеют цель освободить Колчака. Согласно наиболее распространённой версии казнь произошла на берегу реки Ушаковки близ Знаменского женского монастыря. По легенде, сидя на льду в ожидании расстрела, адмирал пел романс «Гори, гори, моя звезда…». Есть версия, что Колчак сам командовал своим расстрелом. После расстрела тела убитых были сброшены в прорубь.
    Недавно в Иркутской области были обнаружены неизвестные ранее документы, касающиеся расстрела и последующего захоронения адмирала Колчака. Документы с грифом «секретно» были найдены в ходе работы над спектаклем Иркутского городского театра «Звезда адмирала» по пьесе бывшего работника органов госбезопасности Сергея Остроумова. Согласно найденным документам, весной 1920 года неподалёку от станции Иннокентьевская (на берегу Ангары в 20 км ниже Иркутска) местные жители обнаружили труп в адмиральской форме, вынесенный течением на берег Ангары. Прибывшие представители следственных органов произвели дознание и идентифицировали тело расстрелянного адмирала Колчака. Впоследствии следователи и местные жители тайно похоронили адмирала по христианскому обычаю. Следователями была составлена карта, на которой могила Колчака была обозначена крестиком. В настоящее время все найденные документы находятся на экспертизе.
    Исходя из данных документов, иркутским историком И. И. Козловым было установлено предполагаемое расположение могилы Колчака. По другим данным, могила Колчака находится в иркутском Знаменском монастыре.

    Награды

    - Серебряная медаль в память царствования императора Александра III (1896)
    - Орден Святого Владимира 4-й степени (6 декабря 1903)
    - Орден Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» (11 октября 1904)
    - Золотое оружие «За храбрость» — сабля с надписью «За отличие в делах против неприятеля под Порт-Артуром» (12 декабря 1905)
    - Орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (12 декабря 1905)
    - Большая золотая Константиновская медаль за № 3 (30 января 1906)
    - Серебряная медаль на Георгиевской и Александровской ленте в память русско-японской войны 1904—1905 годов (1906)
    - Мечи и бант к именному ордену Святого Владимира 4-й степени (19 марта 1907)
    - Орден Святой Анны 2-й степени (6 декабря 1910)
    - Медаль в память 300-летия царствования Дома Романовых (1913)
    - Французский Орден Почётного легиона офицерского креста (1914)
    - Нагрудный знак для защитников крепости Порт-Артур (1914)
    - Медаль в память 200-летнего юбилея Гангутской победы (1915)
    - Орден Святого Владимира 3-й степени с мечами (9 февраля 1915)
    - Орден Святого Георгия 4-й степени (2 ноября 1915)
    - Английский Орден Бани (1915)
    - Орден Святого Станислава 1-й степени с мечами (4 июля 1916)
    - Орден Святой Анны 1-й степени с мечами (1 января 1917)
    - Золотое оружие — кортик Союза офицеров армии и флота (июнь 1917)
    - Орден Святого Георгия 3-й степени (15 апреля 1919)

    http://www.youtube.com/watch?feature=playe...p;v=HzbTnUZphRU
     

    Вложения:

    • Kolchak_1909g.JPG
      Kolchak_1909g.JPG
      Размер файла:
      140,1 КБ
      Просмотров:
      29
    • Kolchak.jpg
      Kolchak.jpg
      Размер файла:
      183,4 КБ
      Просмотров:
      29
    • Kolchak_1919g..jpg
      Kolchak_1919g..jpg
      Размер файла:
      94,9 КБ
      Просмотров:
      23
  3. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    Лавр Георгиевич Корнилов

    Лавр Георгиевич Корнилов (1870-1918) — российский государственный и военный деятель, военачальник, один из основателей белого движения, генерал от инфантерии (1917). В июле — августе 1917 верховный главнокомандующий. В конце августа (сентября) поднял мятеж (Корнилова мятеж). Один из организаторов белогвардейской Добровольческой армии (ноябрь-декабрь 1917). Убит в бою под Екатеринодаром.
    Начало военной карьеры
    Лавр Георгиевич Корнилов родился 30 августа (18 августа по старому стилю) 1870 года, в станице Каркалинская Семипалатинской области. Он был потомственный казак, родился в семье хорунжего. Окончил Сибирский кадетский корпус, Михайловское артиллерийское училище в 1892 году, Николаевскую академию Генштаба (1898, с золотой медалью). В 1889-1904 годах служил в Туркестанском военном округе на различных штабных должностях, совершил ряд исследовательских и разведывательных экспедиций в Восточный Туркестан, Персию и Афганистан, изучил местные языки. Публиковал в журналах статьи о Персии и Индии; подготовил секретное издание штаба округа «Сведения, касающиеся стран, сопредельных с Туркестанским военным округом». В 1901 Корнилов выпустил книгу «Кашгария и Восточный Туркестан». В начале Русско-японской войны 1904-1905 находился в командировке в Индии; добился перевода в действующую армию. С сентября 1904 по май 1905 занимал должность штаб-офицера 1-й стрелковой бригады, фактически исполнял обязанности начальника штаба. Отличился в Мукденском сражении в феврале 1905, прикрывая отступление армии. Был награжден многими орденами и Георгиевским оружием, произведен в полковники «за боевое отличие». В 1906-1907 годах Лавр Георгиевич служил в Генеральном штабе. В 1907-1911 был военным агентом (атташе) в Китае. В 1911-1912 — командир 8-го пехотного Эстляндского полка, с 1912 — командир бригады 9-й стрелковой Сибирской дивизии уже в звании генерал-майора.
    На фронтах Первой мировой
    В начале Первой мировой войны Лавр Корнилов служил командиром бригады 48-й пехотной дивизии, с августа 1914 начальником этой дивизии, принимавшей участие во всех крупных сражениях в Галиции и Карпатах. В августе 1914 был произведен в генерал-лейтенанты. В апреле 1915 во время общего отступления русских армий дивизия Корнилова была окружена и понесла тяжелые потери, сам он был ранен и попал в плен, из которого в июле 1916, при помощи чеха-фельдшера, бежал.
    Побег Корнилова произвел сенсацию; он был единственным генералом, сумевшим бежать из плена. Он был награжден орденом Св. Георгия 3-й степени за бои в Карпатах, хотя многие считали его виновником разгрома дивизии. Осенью 1916 года Корнилов был назначен командиром 25-го пехотного корпуса 8-й армии Юго-Западного фронта.
    Стремительное восхождение
    После Февральской революции началась головокружительная карьера Лавра Георгиевича Корнилова, который за пять с половиной месяцев прошел путь от командира корпуса до Верховного Главнокомандующего. 2 марта 1917 по просьбе председателя Государственной думы Михаила Владимировича Родзянко Николай II одновременно с отречением от престола назначил Корнилова, популярного генерала «простого» происхождения, командующим Петроградским военным округом. 7 марта Корнилов по распоряжению Временного правительства арестовал в Царском селе императрицу и царских детей.
    Находясь под влиянием и покровительством военного министра октябриста Александра Ивановича Гучкова, Корнилов во многом разделял его взгляды. Во время апрельского кризиса предложил Временному правительству применить силу для разгона массовых антивоенных демонстраций, однако его предложение было отклонено. Подал в отставку, не желая подчиняться контролю со стороны Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. Несмотря на просьбу Гучкова, Верховный Главнокомандующий Михаил Васильевич Алексеев отказался назначить Корнилова главнокомандующим Северного фронта, мотивируя это отсутствием у него опыта командования крупными соединениями.
    С мая 1917 года Лавр Корнилов — был назначен командующим 8-й армией, которая в июньском наступлении Юго-Западного фронта имела наибольший успех, прорвав фронт австрийских войск и захватив город Калуш. В период общего отступления русских войск, последовавшего после провала июньского наступления и Тарнопольского прорыва немцев, удержал фронт; был произведен в генералы от инфантерии и 7 июля назначен главнокомандующим войсками Юго-Западного фронта. В телеграмме Временному правительству потребовал восстановления смертной казни на фронте; министр-председатель Временного правительства Александр Федорович Керенский санкционировал все мероприятия Корнилова по укреплению дисциплины, введенные им явочным порядком; 18 июля Корнилов был назначен Верховным Главнокомандующим. Выдвинул программу укрепления порядка и дисциплины на фронте и в тылу, предусматривавшую ограничение власти солдатских комитетов и комиссаров, введение смертной казни в тылу, милитаризацию железных дорог и т.д. В начале августа эта программа была представлена Керенскому.
    Корниловский мятеж
    Л.Г. Корнилов принял участие в Государственном московском совещании 12-15 августа. В Москву он приехал на второй день после открытия совещания. На Александровском вокзале (ныне Белорусский) Корнилову была устроена восторженная встреча — его вынесли на руках. Политически неопытный генерал, находясь под влиянием своего авантюристического окружения (Василий Степанович Завойко, Алексей Федорович Аладьин, Максимилиан Максимилианович Филоненко и другие), явно преувеличивал свою популярность в стране и готовность последней принять военную диктатуру. При посредничестве управляющего военным министерством Бориса Викторовича Савинкова и Владимира Николаевича Львова вел переговоры с Керенским об установлении сильной власти. Керенским предложения Корнилова в передаче Львова были восприняты как ультиматум и покушение на власть Временного правительства. 27 августа он направил Корнилову телеграмму с требованием сдать должность Главковерха и прибыть в Петроград. Корнилов не подчинился и был объявлен мятежником. 28 августа Корнилов передал по радио заявление о своих целях — доведение войны до победы и созыв Учредительного собрания и двинул части 3-го конного корпуса генерала Александра Михайловича Крымова на Петроград. После неудачной попытки захвата Петрограда Крымов застрелился. Был арестован главнокомандующий Юго-Западным фронтом Антон Иванович Деникин и другие сторонники Корнилова на фронте и в ряде городов страны. 2 сентября Корнилов был арестован назначенным Главковерхом генералом Михаилом Васильевичем Алексеевым и заключен в тюрьму в Быхове. В тюрьме, режим в которой был весьма вольным, Корниловым совместно с другими участниками выступления была разработана так называемая «Быховская программа», предусматривавшая установление сильной власти, возрождение армии, созыв Учредительного собрания, сохранение основных завоеваний Февральской революции.

    19 ноября по распоряжению Главковерха Николая Николаевича Духонина Корнилов и другие заключенные были освобождены. После того как Корнилову не удалось пробиться на Дон во главе небольшого отряда из преданных ему текинцев, он, переодевшись в солдатскую шинель, с чужими документами добрался 6 декабря до Новочеркасска.
    Во главе Добровольческой армии
    Там, на Дону, Л.Г. Корнилов вместе с Алексеевым и Деникиным решал вопрос о формировании Добровольческой армии; этому процессу препятствовали враждебные отношения между Алексеевым и Корниловым. Конфликт был урегулирован при посредничестве Деникина, предложившего разграничение сфер ответственности и создание «триумвирата» в составе Алексеева, Корнилова и Алексея Максимовича Каледина, возглавивших Донской гражданский совет. 25 декабря Корнилов стал командующим Добровольческой армией (о ее создании было объявлено 27 декабря). Руководил армией во время первого Кубанского («Ледяного») похода, когда она в ходе двухмесячных непрерывных боев прорвалась с Дона на Кубань в надежде получить поддержку кубанского казачества. После нескольких неудачных попыток взять штурмом Екатеринодар, Лавр Георгиевич настоял на возобновлении штурма, считая, что это — единственный выход; намеревался в случае неудачи покончить жизнь самоубийством. Утром 13 апреля (31 марта по ст. ст.) 1918 года, когда предполагалось вновь штурмовать город, Корнилов погиб от взрыва единственного снаряда, влетевшего в помещение штаба. После смерти Корнилова сменивший его Деникин принял решение отступить.
    Труп Корнилова был впоследствии извлечен красными из могилы, подвергнут публичному глумлению и сожжен. (О. В. Будницкий)
    Ответ Корнилова на радиотелеграмму Керенского
    Телеграмма министра-председателя за № 4163 во всей своей первой части является сплошной ложью. Не я послал члена Государственной думы Владимира Львова к Временному правительству, а он приехал ко мне как посланец министра-председателя. Тому свидетель член Первой государственной думы Алексей Аладьин.
    Таким образом, совершилась великая провокация, которая ставит на карту судьбу отечества.
    Русские люди, великая родина наша умирает!
    Близок час кончины!
    Вынужденный выступить открыто, я, генерал Корнилов, заявляю, что Временное правительство под давлением большевистского большинства Советов действует в полном согласии с планами германского Генерального штаба и одновременно с предстоящей высадкой вражеских сил на Рижском побережье убивает армию и потрясает страну внутри.
    Тяжелое сознание неминуемой гибели страны повелевает мне в эти грозные минуты призвать всех русских людей к спасению умирающей родины. Все, у кого бьется в груди русское сердце, все, кто верит в Бога, в храмы, — молите господа Бога о явлении величайшего чуда, чуда спасения родной земли.
    Я, генерал Корнилов, сын казака-крестьянина, заявляю всем и каждому, что лично мне ничего не надо, кроме сохранения великой России, и клянусь довести народ путем победы над врагом до Учредительного собрания.

    Награды:

    Кавалер орденов Святого Георгия 3-й и 4-й степеней;
    орден Святой Анны 2-й степени;
    орден Святого Станислава 3-й степени;
    Знак 1-го Кубанского (Ледяного) похода (посмертно);
    обладатель Георгиевского оружия.

    http://youtu.be/YN16-60OyU4
     

    Вложения:

    • L.G.Karnilov.jpg
      L.G.Karnilov.jpg
      Размер файла:
      58,9 КБ
      Просмотров:
      25
    • 1.jpg
      1.jpg
      Размер файла:
      48,4 КБ
      Просмотров:
      23
  4. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    ВРАНГЕЛЬ ПЕТР НИКОЛАЕВИЧ родился 15 августа 1878 г. в г. Новоалександровске Ковенской губернии. Барон, православный, по происхождению – потомственный дворянин Ингерманландской губернии, владелец имения в Минской губернии. Отец – Николай Егорович Врангель, потомок шведских баронов, поступивших в XVIII в. на русскую службу. Хотя род Врангелей дал несколько десятков известных военачальников, сам Н.Е. Врангель, отслужив в л.-гв. Кавалергардском полку и по Министерству внутренних дел, предпочел заниматься предпринимательской деятельностью. Мать – Мария Дмитриевна – дочь офицера. В 1880 – 90-е гг. семья жила в Ростове-на-Дону; Н.Е. Врангель служил директором страхового общества «Эквитэбль» и входил в правление нескольких угледобывающих акционерных обществ, а также владел небольшим имением в Донской области. Петр был старшим сыном в семье. Средний – Николай – впоследствии стал известным историком искусства. Младший – Всеволод – умер в детстве от дифтерита.
    По завершении обучения в Ростовском реальном училище Петр по желанию отца поступил в Горный институт императрицы Екатерины II в С.-Петербурге: барон Н.Е. Врангель рассчитывал, что, став горным инженером, старший сын поедет в Сибирь, где устроится в какое-нибудь из акционерных обществ по добыче золота. В связи с его поступлением в Горный институт семья переехала в С.-Петербург. Окончив институт с золотой медалью, Петр Врангель для обязательного по закону прохождения действительной военной службы в сентябре 1901 г. поступил вольноопределяющимся 1-го разряда в л.-гв. Конный полк, где служили многие из Врангелей. По окончании положенного срока – в октябре 1902 г.- он выдержал испытание на корнета гвардии при Николаевском кавалерийском училище по 1-му разряду, был произведен в офицеры (получил чин корнета гвардии) и зачислен в запас гвардейской кавалерии. С октября 1902 по январь 1904 гг. Врангель служил чиновником для особых поручений при Иркутском генерал-губернаторе, однако в службе по Министерству внутренних дел быстро разочаровался (обстоятельства его службы и жизни в Иркутске неизвестны). После начала Русско-японской войны он добровольно вступил в армию и в феврале 1904 г. был зачислен во 2-й Верхнеудинский полк Забайкальского казачьего войска в чине хорунжего, а затем переведен во 2-й Аргунский казачий полк, входивший в состав отряда генерала Ренненкампфа. В мае 1905 г. был переведен во 2-ю сотню Отдельного дивизиона разведчиков. Принимал участие в боевых действиях и за отличие в делах против неприятеля был награжден орденом Св. Анны IV ст. с надписью «За храбрость» и орденом Св. Станислава III ст. с мечами и бантом. Твердо решив остаться на военной службе, он стремился сравняться со своими сверстниками, выпускниками военных училищ, в чинах, а потому старался получать отличия не орденами, а чинами. И добился своего: в декабре 1904 г. он был произведен в сотники, а в сентябре 1905 г. – в подъесаулы. Получив оба чина досрочно, он не только сравнялся со сверстниками в чинах, но и обошел многих в старшинстве. Из Манчжурии он писал домой длинные письма, которые баронесса М.Д. Врангель, литературно обработав, отослала в журнал «Исторический вестник», где они и были опубликованы. По окончании войны Врангель в январе 1906 г. был переведен в 55-й драгунский Финляндский полк с переименованием в штабс-ротмистра и до августа, будучи прикомандированным к Северному отряду генерала Орлова, участвовал его составе в подавлении крестьянских выступлений в Прибалтике. В мае 1906 г. за отличие в делах против неприятеля (во время Русско-японской войны) был награжден орденом Св. Анны III ст. В августе 1906 г. он добился прикомандирования к л.-гв. Конному полку. В марте 1907 г. на параде по случаю полкового праздника Николай II заметил его в конногвардейском строю (помогли награды, высокий рост и защитная, куда более скромная по сравнению с конногвардейской, драгунская форма). Узнав, что офицер – из рода баронов Врангелей, император выразил желание, чтобы тот служил в л.-гв. Конном полку, куда Врангель и был тотчас же переведен поручиком гвардии. Среди однополчан он выделялся крайним честолюбием, решительностью, находчивостью и вспыльчивостью, обладая при этом обычной для конногвардейцев неумеренной склонностью к кутежам. За пристрастие к шампанскому «Piper-Heidsieck» он получил среди товарищей прозвище «Пайпер». В августе 1907 г. Врангель поступил в Николаевскую академию Генштаба. Учеба давалась ему без особых затруднений, поскольку он уже имел высшее образование горного инженера. В декабре 1909 г. был произведен в штабс-ротмистры гвардии. В июне 1910 г. окончил 2 класса академии по 1-му разряду и дополнительный курс успешно. Однако по собственному желанию причисляться к Генеральному штабу не стал и вернулся для продолжения службы в л.-гв. Конный полк, рассчитывая на то, что в гвардии производство в чины идет быстрее, чем в Генштабе. В августе 1907 г. он женился на Ольге Михайловне Иваненко, 24-летней дочери камергера и фрейлине императрицы. К 1914 г. в семье родилось трое детей: дочь Елена, сын Петр и дочь Наталия. В мае 1912 г., успешно пройдя курс в Офицерской кавалерийской школе, он был назначен командиром эскадрона л-гв. Конного полка. В августе 1913 г. был произведен в ротмистры гвардии. В июле 1914 г. в составе полка Врангель выступил на Первую мировую войну. 6 августа в бою под Каушеном (Восточная Пруссия) во главе эскадрона атаковал в конном строю немецкую батарею и отбил два орудия; эскадрон понес большие потери в личном и конском составе, а Врангеля, под которым последним выстрелом из неприятельского орудия была убита лошадь, наградили орденом Св. Георгия IV ст. В сентябре был назначен начальником штаба Сводно-кавалерийской дивизии, а затем – помощником командира л.-гв. Конного полка по строевой части. В декабре был назначен флигель-адъютантом императора и произведен в полковники гвардии. В апреле 1915 г. Врангель был награжден Георгиевским оружием за то, что 20 февраля во время Праснышской операции (Польша) во главе дивизиона успешно провел разведку, захватил переправу через речку Довину, а при дальнейшем наступлении бригады выбил две роты немецкой пехоты с трех укрепленных позиций, захватив при этом пленных и обоз. В октябре он был назначен командиром 1-го Нерчинского полка Забайкальского казачьего войска, в декабре 1916 г. – командиром 2-й бригады Уссурийской конной дивизии. Участвовал в боевых действиях на Юго-Западном и Румынском фронтах; жена находилась с ним на фронте, работая в медицинских учреждениях частей, которыми он командовал. В январе 1917 г. Врангель был произведен за боевые отличия в генерал-майоры (получение им генеральского чина на 13-м году службы стало самым быстрым в императорской армии начала XX в.) и назначен временно командующим Уссурийской конной дивизией. Стойкие монархические убеждения не мешали ему трезво оценивать слабость и ошибки императора Николая II и критически относиться к работе его правительства. Однако Февральскую революцию и установление власти Временного правительства он встретил враждебно, поскольку это ускорило разложение армии. В пределах возможного он противодействовал деятельности выборных солдатских комитетов в подчиненных частях и боролся за сохранение дисциплины. 9 июля он был назначен командующим 7-й кавалерийской дивизией, а через день – командующим Сводным конным корпусом. Командуя им, он прикрыл отход пехотных частей к линии реки Сбручь во время Тарнопольского прорыва немецких войск в период с 10 по 20 июля, за что был награжден солдатским Георгиевским крестом IV ст.
    9 сентября 1917 г. приказом А.Ф. Керенского, занявшего после ликвидации мятежа генерала Л.Г. Корнилова должность верховного главнокомандующего, Врангель был назначен командиром 3-го конного корпуса, стоявшего под Петроградом. Однако, когда он прибыл из Ясс (Румыния) в Петроград для принятия командования, выяснилось, что на эту должность уже назначен генерал П.Н. Краснов. Поскольку армия быстро разлагалась, участились случаи расправы солдат с офицерами, авторитет Временного правительства падал, а угроза захвата власти большевиками росла, Врангель предпочел подать в отставку. Однако Керенский отставку не принял и через несколько дней Врангелю была предложена должность командующего войсками Минского округа, от которой он отказался. В ноябре, после большевистского вооруженного переворота в Петрограде уехал к семье в Крым. Собирался пробраться на Дон в Добровольческую армию генерала Корнилова, но в феврале 1918 г. в Ялте был арестован революционными матросами Черноморского флота и избежал расстрела только благодаря заступничеству жены. После занятия Украины и Крыма немецкими войсками, в поисках возможности принять участие в борьбе с большевиками, Врангель в мае 1918 г. ездил в Киев, где встречался с гетманом Украины генералом П.П. Скоропадским, своим бывшим сослуживцем. Но на его предложение стать начальником штаба украинской армии (реально еще не существующей) ответил отказом, поскольку был убежден, что Германия стремиться расчленить Россию и не поможет создать на территории Украины многочисленную армию, способную бороться против большевиков. Прожив лето в своем имении в Минской губернии, он вернулся в августе в Киев, где встретился с генералом А.М. Драгомировым. Тот принял предложение генерала М.В. Алексеева прибыть на Кубань, в Добровольческую армию, чтобы ехать затем в качестве его помощника на Волгу, где союзники по Антанте планировали воссоздать во главе с Алексеевым Восточный фронт против немцев и большевиков. Получив предложение Драгомирова ехать вместе с ним сначала на Кубань, а затем на Волгу, где приступить к формированию конных частей, Врангель согласился. 25 августа он прибыл с семьей в Екатеринодар, занятый Добровольческой армией под командованием генерала А.И. Деникина. Там, однако, выяснилось, что Алексеев тяжело болен и о его переезде на Волгу речь уже не идет. Представившись Деникину и вступив в Добровольческую армию, Врангель 31 августа был назначен временно командующим 1-й конной дивизией. Успешно командуя дивизией при освобождении от большевиков Северного Кавказа, он был назначен в октябре ее начальником. В ноябре Деникин назначил его командиром 1-го конного корпуса и за боевые отличия произвел в генерал-лейтенанты. В ходе создания Вооруженных сил на юге России (ВСЮР) и их реорганизации в декабре был назначен главкомом ВСЮР Деникиным командующим Добровольческой армией, а в январе 1919 г. – командующим Кавказской Добровольческой армией. От других командующих армиями его отличала намного более решительная и жесткая борьба с грабежами жителей, пьянством, взяточничеством и участием офицеров в спекуляции продовольствием и промтоварами, поскольку они разлагали войска и настраивали против них местное население. В феврале заболел сыпным тифом, лечился в Кисловодске; несколько дней находился при смерти; приходя изредка в сознание, говорил, что Бог наказывает его «за непомерное честолюбие» и давал обет, если поправится, не быть более столь честолюбивым. По выздоровлении Врангель вернулся в строй и 8(21) мая был назначен командующим Кавказской армией, действующей на царицынском направлении. В ходе операции по занятию Царицына предъявлял претензии штабу главкома по поводу недостаточного, на его взгляд, снабжения и пополнения армии. Он считал главной задачей ВСЮР соединение с армиями верховного правителя адмирала А.В. Колчака в районе Саратова для последующего совместного наступления на Москву. Соответственно, по его мнению, главный удар должна наносить именно его армия в направлении Царицын – Саратов. Когда же в июне армии Колчака под ударами войск советского Восточного фронта отошли за Урал, Врангель быстро изменил свою точку зрения и предложил Деникину сосредоточить в районе Харькова группу в составе 3 – 4-х конных корпусов (подразумевая, что сам будет командовать ею) для нанесения удара в направлении на Москву. Но Деникин отверг его предложение и после взятия Царицына издал 20 июня (3 июля) директиву (так называемую «московскую»), согласно которой главный удар на московском направлении через Харьков – Курск – Орел – Тулу наносила Добровольческая армии генерала В.З. Май-Маевского. Кавказской же армии ставилась задача наступать на Москву через Саратов – Пензу – Нижний Новгород – Владимир. Врангель счел эту директиву «смертным приговором» ВСЮР, армии которых должны были наступать на Москву по трем расходящимся направлениям (как он выразился, «бить не кулаком, а растопыренными пальцами»).
    Деникин расценивал претензии Врангеля и его предложения по стратегическому плану как результат, во-первых, опасения, что подчиненные ему войска, численно уступая противнику, потерпят поражение на саратовском направлении, и во-вторых, стремления «первым войти в Москву». Постепенно стратегические разногласия Врангеля с Деникиным переросли в политические. Хотя сам Врангель не разделял радикальные взгляды монархически настроенных офицеров, что следует немедленно провозгласить целью ВСЮР восстановление монархии, он стал центром притяжения правых, монархических сил. Консервативные круги генералитета, помещиков, крупной буржуазии, церковников и общественных деятелей, недовольные «непредрешением» Деникина, его ставкой на партию кадетов и «демократической» внутренней политикой, стали выдвигать Врангеля как альтернативу Деникину на посту главкома ВСЮР. Осенью Врангель сблизился с А.В. Кривошеиным, лидером правого «Совета государственного объединения России» (СГОР), и согласился с ним в следующем: хотя из-за антимонархических настроений крестьян и казаков «монархию в России лучше восстановить на пять лет позже, чем на пять минут раньше», но кадеты из Особого совещания должны быть удалены и власть должна быть сосредоточена в «правых руках», в связи с чем желательна и смена главкома ВСЮР. Продвижение частей Кавказской армии, состоящей в основном из кубанских казачьих частей, к Саратову армиями советского Юго-Восточного фронта было остановлено. Стремясь переломить ситуацию на фронте, Врангель требовал от штаба главкома усилить снабжение и пополнение его армии. Одной из причин срыва снабжения и пополнения было нежелание кубанских казаков воевать за пределами своей области и преобладание «самостийных» настроений в правительственных учреждениях Кубанского края (вплоть до разрыва отношений с Деникиным и отделения от России). Поскольку главком, его штаб и Особое совещание оказались бессильны решить эти вопросы, Врангель все более открыто критиковал Деникина, перейдя рамки дозволенного военной дисциплиной: он стал распространять среди командного состава и общественных деятелей свои рапорты, в которых неудачи Кавказской армии объяснялись ошибочной стратегией Деникина, его неумением «устроить тыл» и наладить отношения с Кубанью, плохим снабжением и пополнением его армии. В итоге отношения между Деникиным и Врангелем приняли характер конфликта. Тем не менее, в ноябре они вполне нашли общий язык, когда отношения с кубанскими казачьими властями обострились до предела. Выполняя директиву Деникина о наведении «порядка» на Кубани, объявленной «тыловым районом» Кавказской армии, Врангель провел необходимую подготовку операции, но сам постарался остаться в тени, поручив ее выполнение генералу В.Л. Покровскому, командиру 1-го Кубанского конного корпуса, входившего в состав Кавказской армии. Покровский ввел в Екатеринодар свои части и арестовал лидеров «самостийников», один из которых был повешен.
    После поражений Добровольческой армии под Орлом и начала ее отступления Деникин под давлением правых генералов и политиков 26 ноября (9 декабря) 1919 г. снял Май-Маевского и назначил Врангеля командующим Добровольческой армией. Он вступил в командование, когда части армии уже сдали Харьков. Решив, что наиболее рациональным направлением отхода является крымское, он стал отводить основные силы армии в Крым. Однако Деникин, опасаясь разрыва с казачьими областями, приказал отводить армию на Дон; выполнение этого приказа стоило армии больших потерь. Он жесткими мерами пытался бороться с грабежами, пьянством, спекуляцией и мздоимством военных и гражданских чинов, обвиняя при этом Деникина в потворстве этим явлениям, разложившим армию. В ситуации, когда армии ВСЮР отступали, а в тылу нарастали развал и паника, Врангель попытался склонить командующих армиями (Донской – генерала В.И. Сидорина и Кавказской – генерала Покровского) к отстранению Деникина с поста главкома, для чего созвать совещание командующих. Однако Сидорин во время их личной встречи высказался против, мотивировав тем, что казаки откажутся подчиняться главнокомандующему с баронским титулом, а Деникин, узнав о планах Врангеля, запретил созыв совещания. Поскольку Врангель столь открыто обнаружил свои намерения занять пост главкома ВСЮР, Деникин 20 декабря (2 января 1920 г.) снял его с поста командующего Добровольческой армии и свернул ее в Добровольческий корпус, командиром которого был назначен генерал А.П. Кутепов. Врангелю главком приказал ехать на Кубань и Терек для формирования новых казачьих корпусов, но, прибыв в Екатеринодар, тот обнаружил, что точно такой же приказ был отдан генералу А.Г. Шкуро. Отказавшись от выполнения возложенной задачи, он получил новую – организовать оборону Новороссийска. Но вскоре после его приезда в Новороссийск генерал А.С. Лукомский был назначен Черноморским генерал-губернатором; поскольку его ведению подлежали и вопросы укрепления Новороссийского плацдарма, Врангель счел, что и эта возложенная на него задача отпала сама собой. 14(27) января он получил из Одессы предложение командующего войсками Новороссийской области и Крыма генерала Н.Н. Шиллинга занять должность его помощника по военной части. Деникин сначала дал согласие на это назначение, но ввиду оставления Одессы 25 января (7 февраля) и переезда Шиллинга в Севастополь речь могла идти теперь только о поездке в Крым. Хотя на Деникина оказывалось с разных сторон, включая представителей союзников, давление с тем, что бы он назначил Врангеля командующим войсками в Крыму, он не дал на это согласие. В этой ситуации Врангель принял решение оставить армию, 27 января (9 февраля) подал прошение об отставке и уехал в Крым. В Севастополе командование Черноморского флота, обещав поддержку, убедило его оказать давление на Шиллинга, совершенно дискредитированного после поражений в Новороссии и позорной эвакуации Одессы, при которой ни войска, ни беженцы вывезены не были. Встретившись с Шиллингом, Врангель предложил передать ему военную власть в Крыму «при полном разрыве с Деникиным». Однако генерал Я.А. Слащов, командир 3-го армейского корпуса, единственной боеспособной силы в Крыму, отказался стать на сторону Врангеля и поддержал Шиллинга. В результате 8(21) февраля Деникин уволил Врангеля в отставку и потребовал от него покинуть территорию ВСЮР. Перед отъездом в Константинополь Врангель написал Деникину многостраничное письмо, в котором изложил свой взгляд на историю их служебных и личных взаимоотношений. Он обвинил Деникина в том, что тот, допустив стратегические и политические ошибки, приведшие к поражению, всюду видит «измену», «цепляется за власть» и не отдает ее тем, кто еще может спасти положение (имея в виду себя). Это письмо Врангелем и его сторонниками было размножено и широко распространено в армии, в тылу и за границей. 20 марта (2 апреля) в Константинополе Врангель был приглашен на встречу с командованием британских сил в Турции и Черном море. На этой встрече ему, во-первых, было сообщено, что Деникин, эвакуировав остатки ВСЮР из Новороссийска в Крым, решил оставить свой пост и назначил военный совет из старших начальников для выборов себе преемника, пригласив на него и Врангеля (это было сделано под давлением английской миссии). И во-вторых, предложено вернуться в Крым и вступить в главное командование ВСЮР (чему гарантировалась поддержка) при условии немедленного прекращения борьбы с большевиками и заключения мира. Врангель принял это условие и 22 марта (4 апреля) на британском эсминце «Emperor of India» прибыл в Севастополь. Появившись на заседании военного совета, он ознакомил старших начальников с ультиматумом британского правительства. Хотя поначалу на пост главкома претендовал Кутепов, а Сидорин был против Врангеля, это обстоятельство склонило совет остановиться на кандидатуре Врангеля, которая демонстративно была поддержана англичанами. В тот же день Деникин издал приказ о назначении Врангеля главкомом ВСЮР. Одним из первых приказов Врангель открыто объявил себя военным диктатором, присвоив всю полноту власти. Во главе созданного им правительства при главкоме он поставил Кривошеина, назначив начальниками центральных управлений, за редким исключением, опытных бюрократов с дореволюционным стажем и правыми убеждениями. Стремясь извлечь уроки из поражений Колчака и Деникина, он придавал первостепенное внимание укреплению дисциплины в армии, налаживанию ее отношений с населением и проведению мероприятий, которые хотя бы частично удовлетворили интересы крестьян и промышленных рабочих. Этот курс получил название «левой политики правыми руками». В отличие от несколько прямолинейного Деникина, Врангель продемонстрировал способность трезво учитывать реальную ситуацию в России и произошедшие посте 1917 г. изменения, умение отбрасывать идеи, учреждения и людей, которые показали свою несостоятельность, и готовность идти на компромиссы со всеми военно-политическими силами, могущими быть союзниками Белого движения в борьбе против большевиков (ему принадлежит формула «Хоть с чертом, но против большевиков!»). Однако его компромиссы и уступки были чисто тактическими, скорее формальными, чем по существу. В течение апреля – мая 1920 г. Врангель решительными и жесткими мерами укрепил дисциплину в частях и реорганизовал остатки ВСЮР в Русскую армию (считая, что название «добровольческая» дискредитировано). Начальником своего штаба он назначил своего давнего помощника генерала П.Н. Шатилова. Своими приказами он запретил самоуправство и насилия в отношении мирного населения. Чтобы покончить с казачьей «самостийностью», он снял с должности и отдал под суд командира Донского корпуса генерала Сидорина, а также навязал казачьим атаманам и правительствам, оказавшимся в Крыму «без народов и территорий» два договора, по которому присвоил себе всю полноту власти над казачьими войсками. Чтобы привлечь на сторону Русской армии крестьян, он первым из вождей Белого движения решился на аграрную реформу в интересах крестьян, сломив сопротивление помещиков: 25 мая (6 июня) издал «приказ о земле», по которому крестьяне получали за выкуп часть помещичьих земель, уже фактически захваченную ими. Наконец, он попытался привлечь в союзники Н.И. Махно и добиться того, чтобы Украинская повстанческая армия поддержала Русскую армию в борьбе с большевиками. В области национальной политики стремился наладить сотрудничество с украинскими организациями и Грузией. Будучи монархистом и искренне считая евреев одними из главных виновников гибели России, он противодействовал монархической и погромной агитации в армии и в тылу, считая недопустимым «натравливать одну часть населения на другую». Во внешней политике Врангель переориентировался с Великобритании, настаивавшей на отказе от активных наступательных операций ради удержания Крыма как плацдарма антисоветских сил, на Францию, требовавшую перехода в наступление ради поддержки польской армии, воюющей против Красной армии. Однако, несмотря на все усилия его и его представителей в Европе и США, Врангелю не удалось ни получить крупный иностранный заем, ни денежные суммы в валюте, которыми располагали российские заграничные учреждения. В результате казне хронически не хватало денег, не на что было закупить необходимое количество вооружения, боеприпасов, обмундирования, снаряжения, топлива и т.д. Единственным источником денег стал печатный станок, что вело к стремительному росту цен и обнищанию населения, включая офицеров, чиновников и интеллигенции. Русская армия испытывала хронический недостаток во всем. В условиях товарного голода и инфляции части, не получая вовремя жалования, вскоре опять начали грабить жителей. Уклонение Франции и Великобритании от бескорыстной материальной помощи Русской армии привел Врангеля к полному разочарованию в союзниках. 25 мая (6 июня) 25-тысячная Русская армия вышла из Крыма и, разгромив полуразложившуюся 13-ю красную армию, заняла северные уезды Таврической губернии и продвинулись в направлении Екатеринослава и Таганрога. Однако все попытки Врангеля и его штаба развить успех ни к чему не привели. Крестьянство Таврии и казачество Дона и Кубани, разоренные войной, не желавшие больше воевать и недовольные грабежами и репрессиями белых, не поддержали власть Врангеля, поэтому не удалось как наладить пополнение и снабжение армии, так и расширить занимаемую территорию. Попытки захватить Кубань, Екатеринославскую губернию и часть Правобережной Украины окончились неудачей. Махно отверг предложенный союз, заключил договор с командованием Южного фронта и его отряды развернули боевые действия против частей Русской армии. В результате обескровленная Русская армия в октябре оставила Северную Таврию, а в ноябре не смогла удержать и Крым. Врангель сделал все возможное для проведения планомерной эвакуации и вывоза наибольшего числа войск: погрузка прошла в относительном порядке и (более чем на 100 судах) в Турцию было вывезено почти 75 тыс. офицеров, казаков, солдат и чиновников, а также около 60 тыс. гражданских беженцев, большая часть которых была связана с армией. В Турции своей главной задачей Врангель считал сохранение армии как боеспособной силы и создание опирающегося на эту силу органа, который мог бы претендовать на роль российского правительства в изгнании. Тем самым и ему самому обеспечивалось сохранение статуса главнокомандующего. Армия, сведенная в три корпуса, была размещена в лагерях и содержалась за счет денежных средств Франции. За зиму 1920/21 гг. командованию удалось путем отсева тех, кто разочаровался в Белом движении, суровых мер и организации регулярных занятий восстановить дисциплину и боеспособность частей. В марте 1921 г. Врангель сформировал Русский совет как «преемственный носитель законной власти». Однако ни правительства стран Западной Европы, ни большинство эмигрантских организаций не признали Русский совет, поскольку считали вооруженную борьбу с большевистской властью России проигранной, а самого Врангеля – слишком правым и дискредитированным, чтобы возглавлять военно-политическую эмиграцию. Поэтому никаких денег для содержания армии и помощи беженцам Врангель не получил. Французское же правительство, во-первых, опасаясь (в этом с ним было солидарно британское) сохранять столь грозную силу на Босфоре и, во-вторых, не желая более нести расходы, постепенно сокращало выдачу продовольствия, а его представители в Турции всеми мерами подталкивая офицеров, солдат и казаков к переходу на положение гражданских беженцев, отъезд на работу в другие страны, вплоть до стран Южной Америки, и даже возвращение в Советскую Россию. Наконец, казачьи атаманы и правительства разорвали договорные отношения с главнокомандующим и вышли из подчинения ему. Между тем, занимаясь преимущественно политическими и финансовыми вопросами, Врангель все меньше внимания уделял военным; в результате реальную военную власть постепенно забирал в свои руки генерал Кутепов, командир Добровольческого корпуса.
    Чтобы сохранить остатки армии, Врангель вынужден был во второй половине 1921 – первой половине 1922 гг. перевезти их в Болгарию и Королевство Сербов, Хорватов, Словенцев (Югославию), где они из-за отсутствия у штаба главкома средств постепенно были переведены на «трудовое положение», то есть стали зарабатывать на жизнь своим трудом. Многие начали покидать части и разъезжаться по разным странам. В сентябре после переезда в Сербию прекратил существование Русский совет. Сам Врангель поселился со своей семьей и штабом в городке Сремские Карловцы (Сербия). В декабре 1921 г. в Константинополе при помощи своего секретаря Н.М. Котляревского он начал писать воспоминания о периоде своей жизни с ноября 1916 по ноябрь 1920 гг., которые были закончены в декабре 1923 г. в Сремских Карловцах. Одним из главных мотивов этой работы стала необходимость отстоять в глазах эмиграции свою позицию в конфликте с Деникиным, который уже начал публикацию «Очерков русской смуты». В 1924 г., когда военнослужащие Русской армии расселились по разным странам и стали зарабатывать на жизнь собственным трудом, оставшиеся без войск штабы превратились в подобие объединений однополчан и везде, где жили бывшие офицеры, возникали различные военные организации, Врангель создал «Русский общевоинский союз» (РОВС). По его замыслу, РОВС должен был позволить ему сохранить в своих руках централизованное руководство всеми военными организациями, оградить офицерство от влияния различных политических сил (от социалистов до монархистов) и, по мере возможности, поддерживать его мобилизационную готовность. Врангель, сохранив за собой звание главнокомандующего Русской армией, стал председателем РОВС. Все более отстраняясь от монархистов, Врангель стремился, прежде всего, насколько позволяли остатки казны, оказывать материальную помощь офицерам и уберегать их от участия в авантюристических действиях против СССР, которые, по тогдашнему соотношению сил, могли привести лишь к неоправданным потерям и дискредитации РОВС. В частности, он с большой настороженностью относился к тем, кто приезжал из СССР и искал контакты с эмигрантами, выдавая себя за представителей неких подпольных организаций, ведущих борьбу против большевиков. Благодаря этому ему удалось уберечь себя и свое окружение от вовлечения в «Трест», провокационную операцию ОГПУ. Поскольку, однако, штаб-квартира РОВС находилась в Париже, генерал Кутепов без его ведома создал внутри РОВС подчиненную только ему структуру, которая на средства, получаемые от иностранных разведслужб, вела разведывательную и диверсионную работу на территории СССР (в значительной степени под контролем ОГПУ). Это привело к серьезной размолвке между ним и Кутеповым. В 1925 г. семья Врангеля, в которой родился еще один ребенок – сын Алексей, переехала в Брюссель, а сам он с матерью остался в Сремских Карловцах, где среди прочих дел зимой 1926 г. приступил к редактированию своих воспоминаний и подготовке их к изданию. Решение об издании диктовалось, во-первых, материальными причинами (деньги в казне РОВС иссякли, поступления извне почти прекратились и он сам с семьей жил на очень скудные средства) и, во-вторых, необходимостью дать ответ на деникинское изложение конфликта между ними в «Очерках русской смуты». В ноябре 1926 г. Врангель переехал в Брюссель. Он активно искал средства на создание организации, которая могла бы вести разведывательную и контрразведывательную работу против СССР и притом была бы ограждена от проникновения в нее агентуры ОГПУ и Разведуправления РККА. Ознакомившись с 5-м, последним томом «Очерков русской смуты», он принял также решение ускорить публикацию своих воспоминаний. Поскольку иностранные и эмигрантские издательства одно за другим отказались их печатать, он передал их А.А. фон Лампе для публикации в летописи «Белое дело». В феврале 1928 г. он вызвал фон Лампе из Берлина в Брюссель и совместно с ним отредактировал их окончательно и по совету фон Лампе дал им название – «Записки». При этом он сократил текст на 1/8 их объема; в частности, сняты были критические характеристики Николая II и наиболее резкие места из полемики с Деникиным (годы изгнания умерили честолюбие Врангеля и он, очевидно, с одной стороны, уже не считал себя совершенно правым в конфликте с Деникиным, с другой – осознал, какой вред Белому движению на юге России объективно принесла его борьба за пост главкома ВСЮР независимо от его субъективных намерений). В марте 1928 г. Врангель заболел гриппом. Состояние его заметно ухудшалось, и 11 апреля врачи диагностировали у него туберкулез левого легкого. Надежды на выздоровление почти не было, и он отдал распоряжения на случай смерти. Одним из них было: после издания «Записок» в 5-м и 6-м томах летописи «Белое дело» оригинальный полный текст воспоминаний сжечь (это было сделано с соблюдением всех формальностей 31 октября). 25 апреля 1928 г. он умер (есть версия, что он был отравлен агентом ОГПУ, но пока она серьезными аргументами не подтверждена). Генрал П.Н. Врангель был похоронен в Брюсселе, на кладбище в Юккль-Кальвет. В октябре 1929 г. прах был перевезен в Белград, где перезахоронен в русской церкви Св.Троицы.

    http://youtu.be/LjVPhHHSTn8
     

    Вложения:

    • P.N.Vrangel.jpg
      P.N.Vrangel.jpg
      Размер файла:
      146,5 КБ
      Просмотров:
      32
    • Vrangel_111.jpg
      Vrangel_111.jpg
      Размер файла:
      100,3 КБ
      Просмотров:
      31
    • Vrangel.jpg
      Vrangel.jpg
      Размер файла:
      84,8 КБ
      Просмотров:
      28
  5. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    Антон Иванович Деникин

    ДЕНИКИН Антон Иванович (1872, д. Шпеталь Дольный Варшавской губ. - 1947, г. Анн-Арбор, штат Мичиган, США) - военный деятель, один из лидеров белого движения. Родился в бедной семье отставного майора, в прошлом крепостного крестьянина. В 1882 - 1890 годы учился в Ловичском реальном училище и проявил блестящие способности к математике. С детства мечтая о военной службе, в 1892 году окончил Киевское пехотное юнкерское училище. В 1899 году окончил Академию Генштаба и был произведен в капитаны. В 1898 году в военном журн. "Разведчик" был напечатан первый рассказ Деникина, после чего он много работал в военной журналистике. Суть своих политических симпатий выразил так: "1) Конституционная монархия, 2) Радикальные реформы и 3) Мирные пути обновления страны. Эти мировоззрения я донес нерушимо до революции 1917 года, не принимая активного участия в политике и отдавая все свои силы и труд армии". Во время русско-японской войны 1904 - 1905 проявил отличные качества боевого офицера, дослужившись до звания полковника, и был награжден двумя орденами. К революции 1905 отнесся крайне отрицательно, но приветствовал Манифест 17 октября, считая его началом преобразований. Полагал, что реформы П.А. Столыпина смогут разрешить главный вопрос России - крестьянский. Деникин успешно служил и в 1914 был произведена генерал-майоры.
    С началом первой мировой войны командовал бригадой, дивизией. Доблесть Деникина, проявленная в боях, высшие награды (два Георгиевских креста, Георгиевское оружие, украшенное бриллиантами) вознесли его на вершину военной иерархии. Февральская революция 1917 ошеломила Деникина: "Не были подготовлены вовсе ни к такой неожиданно скорой развязке, ни к тем формам, которые она приняла". Деникин был назначен помощником начальника штаба при Верховном главнокомандующем, командовал Зап., потом Юго-Зап. фронтом. Стремясь сдержать развал империи, требовал введения смертной казни не только на фронте, но и в тылу. Увидел сильную личность в Л. Г. Корнилове и поддержал его мятеж, за что был арестован. Освобожденный Н.Н. Духониным Деникин, как и другие генералы, бежал на Дон, где наряду с М.В. Алексеевым, Л.Г. Корниловым, А. М. Калединым занимался формированием Добровольческой армии. Участвовал в 1-м Кубанском ("Ледяном") походе.
    После гибели Корнилова в 1918 занял пост Главнокомандующего вооруженными силами Юга России. Имея 85-тысячную армию, материальную помощь Англии, Франции, США, Деникин вынашивал планы взятия Москвы. Воспользовавшись тем, что главные силы Красной Армии воевали против А.В. Колчака, Деникин весной 1919 двинул в наступление Добровольческую армию. Летом 1919 Деникин занял Донбасс, вышел на стратегически важный рубеж: Царицын, Харьков, Полтава. В окт. он взял Орел и угрожал Туле, но оставшиеся до Москвы 200 верст Деникин преодолеть не смог. Массовая мобилизация населения в Деникинскую армию, грабежи, насилия, установление военной дисциплины на милитаризованных предприятиях, а самое главное, восстановление права собственности помещиков на землю обрекли Деникина на провал. Деникин был лично честен, но его декларативные и расплывчатые заявления не могли увлечь народ. Усугубили положение Деникина внутренние противоречия между ним и казачьей верхушкой, стремившейся к сепаратизму и не желавшей восстановления "единой и неделимой России". Борьба за власть между Колчаком и Деникиным мешала вести согласованные военные действия. Армия Деникина, неся большие потери, вынуждена была отступать. В 1920 Деникин эвакуировал остатки своей армии в Крым и 4 апр. 1920 на английском миноносце покинул Россию. Жил в Англии. Отказавшись от вооруженной борьбы с большевиками, Деникин написал 5-томное воспоминание-исследование "Очерки русской смуты", важный источник по истории гражданской войны. Материальные затруднения заставили Деникина скитаться по Европе. В 1931 он завершил работу над крупным военно-историческим исследованием "Старая армия". После прихода к власти Гитлера Деникин заявлял, что необходимо поддерживать Красную Армию, которую после разгрома фашистов можно будет использовать для "свержения коммунистической власти". Выступал с осуждением эмигрантских организаций, сотрудничавших с фашистской Германией. В 1945 под влиянием слухов о возможности насильственной депортации в СССР эмигрировала США. Деникин работал над кн. "Путь русского офицера" и "Вторая мировая война. Россия и зарубежье", которые не успел завершить. 7 августа 1947 г., на 75-м году жизни, Деникин скончался от повторного сердечного приступа в госпитале Мичиганского университета (г. Анн Арбор). Последние его слова, обращенные к жене Ксении Васильевне, были: «Вот, не увижу, как Россия спасется». После отпевания в Успенской церкви он был похоронен с воинскими почестями (как бывший главнокомандующий одной из союзных армий времен Первой мировой войны) сначала на военном кладбище Эвергрин (г. Детройт).
    15 декабря 1952 г. останки его были перенесены на русское кладбище Св. Владимира в Джексоне (штат Нью-Джерси).

    http://youtu.be/jbjIbvCmAx4
     

    Вложения:

    • 01_3.jpg
      01_3.jpg
      Размер файла:
      26,3 КБ
      Просмотров:
      25
    • 932.jpg
      932.jpg
      Размер файла:
      14,6 КБ
      Просмотров:
      26
    • deniki14.jpg
      deniki14.jpg
      Размер файла:
      35,5 КБ
      Просмотров:
      27
  6. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    Каппель Владимир Оскарович

    Владимир Оскарович Каппель родился 16 (28) апреля 1883, Санкт-Петербургская губерния — 26 января 1920, разъезд Утай, около станции Тулун близ г. Нижнеудинска — российский военачальник, Генерального штаба подполковник (1916 г.), Генерального штаба генерал-лейтенант (1919 г.). Участник Первой мировой и Гражданской войн. Один из руководителей Белого движения в Сибири. Главнокомандующий армиями Восточного фронта. Кавалер орденов Святого Георгия 3-й и 4-й степеней, ордена Святого Владимира 4-й степени, орденов Святой Анны 2-й, 3-й и 4-й степеней, орденов Святого Станислава 2-й и 3-й степеней. Создал из небольшого отряда добровольцев одну из самых надёжных воинских частей армии адмирала Колчака — легендарный Волжский («Каппелевский») корпус. В декабре 1919 г., приняв командование гибнущим Восточным фронтом, спас армию от окружения под Красноярском и вывел её к Байкалу, хотя и ценой собственной жизни.
    Образование
    Завершил начальное образование в 1894 году. Окончил 2-й кадетский корпус в Петербурге (1901), служил юнкером рядового звания в Николаевском кавалерийском училище (окончание в 1903 по первому разряду и выпуск в 54-й драгунский Новомиргородский полк с производством в корнеты). В 1913-м окончил Николаевскую академию Генерального штаба. В академии получил высокую оценку за доклад «Служба автомобиля в армии. Главнейшие основания организации автомобильных войск».
    Первое десятилетие офицерской службы
    С 1903 служил в 54-м драгунском Новомиргородском полку (в 1907 переименован в 17-й уланский Новомиргородский полк): с 1903 — корнет, с 1906 — поручик. С 1907 — полковой адъютант. В 1903—1906 полк был расквартирован в Варшавской губернии, с 1906 — в Пермской, где привлекался для борьбы с боевой организацией «лбовцев».
    В аттестации поручика В. О. Каппеля за 1908, в частности, говорилось:
    В служебном отношении обер-офицер этот очень хорошо подготовлен, занимал должность полкового адъютанта с большим усердием, энергией и прекрасным знанием. Нравственности очень хорошей, отличный семьянин. Любим товарищами, пользуется среди них авторитетом. Развит и очень способен. В тактическом отношении, как строевой офицер, очень хорошо подготовлен… Имеет большую способность вселять в людей дух энергии и охоту к службе. Обладает вполне хорошим здоровьем, все трудности походной жизни переносить может.
    В 1910 году был награждён орденом Святого Станислава 3-й степени. В 1913 году окончил Императорскую Николаевскую военную академию по первому разряду с правом получения преимуществ при прохождении службы штата (переведён в Генеральный штаб 2 февраля 1915 года), был произведён в штаб-ротмистры. За успехи в изучении военных наук 8 мая 1913 года был награждён орденом Святой Анны 3-й степени. С 1913 года служил в Московском военном округе. В 1914 года был прикомандирован к Николаевской офицерской кавалерийской школе с целью «изучения технической стороны кавалерийского дела».
    Участие в Первой мировой войне
    В момент начала войны Владимир Оскарович находился в действующей армии. Был назначен в штаб 5-го армейского корпуса (командир — генерал от кавалерии А. И. Литвинов), где с 23 июля 1914 года по 3 февраля 1915 года исполнял обязанности обер-офицера для поручений. В сентябре 1914 г. В. О. Каппель оказался в числе первых с начала войны офицеров, удостоенных награды орденом Святого Георгия. Затем штаб-ротмистр Каппель был направлен непосредственно на фронт в должности старшего адъютанта штаба 5-й Донской казачьей дивизии (с 9 февраля 1915 г.). Произведён в капитаны. В октябре-ноябре 1915 г. исполняет обязанности старшего адъютанта штаба 1-го кавалерийского корпуса (командир — генерал от кавалерии В. А. Орановский), действовавшего в составе 1-й армии Западного фронта. С 9 ноября 1915 г. по 14 марта 1916 г. — старший адъютант штаба 14-й кавалерийской дивизии. В ноябре 1915 г. Владимир Оскарович временно исполняет обязанности начальника штаба дивизии. С 18 марта 1916 г. переведён на должность штаб-офицера для поручений в Управление генерал-квартирмейстера штаба Главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта. В это время в штабе фронта под руководством главнокомандующего генерала от кавалерии А. А. Брусилова началась разработка самой успешной за всю войну операции Русской армии — Луцкого прорыва (позже получившего название «Брусиловский прорыв»). В. О. Каппель принял вместе с другими офицерами деятельное участие в разработке этой операции.
    После этого с 16 июня по 12 августа 1916 г. был временно командирован в 3-ю армию, в штаб Сводного корпуса генерал-лейтенанта Н. И. Булатова, где занимал сначала должность «штаб-офицера по части Генерального штаба», а затем — должность начальника оперативного отделения. 15 августа 1916 г. Владимир Оскарович был произведён в подполковники и вернулся в штаб Юго-Западного фронта на должность помощника начальника Оперативного отделения Управления генерал-квартирмейстера.
    После присяги временному правительству
    Февральская революция весьма тяжело сказалась на моральном состоянии Каппеля, ...но, будучи убежденным монархистом, Владимир Оскарович понимал, что говорить в то время об этом, звать к этому - значит только вредить принципу монархии. Взбесившаяся страна, от полуграмотного солдата до профессоров и академиков, открещивалась от этого. Всякое напоминание об этом заставляло настораживаться. «Призрак реакции» только разжигал эту злобу к старому. Надо было не говорить, а действовать... а потом, когда страсти остынут, звать русский народ к настоящей русской жизни, возглавляемой потомками тех, кто триста лет вёл страну по пути славы и правды
    2 августа 1917 года, накануне Корниловского выступления, Владимир Оскарович становится начальником Разведывательного отделения штаба Главнокомандующего армиями Юго-Западного фронта. В заявлении солдат, состоявших при штабе Юго-Запаного фронта в г. Бердичеве, говорится, что подполковник В. О. Каппель, наряду со своим непосредственным начальством — Главнокомандующим фронтом генералом А. И. Деникиным, начальником штаба генералом С. Л. Марковым и генерал-квартирмейстером М. И. Орловым, попал в число приверженцев старого, монархического строя, несомненно участников контрреволюционного заговора
    …которых надлежало немедленно снять с занимаемых должностей.
    Однако, в отличие от генералов Деникина и Маркова, Владимир Оскарович арестован не был, и даже был допущен к временному исполнению должности начальника Оперативного отделения Управления генерал-квартирмейстера штаба фронта. По данным В. Е. Шамбарова в 1917 году Владимир Оскарович успел послужить также командиром батальона в Корниловском ударном полку.
    Уже 2 октября 1917 г. В. О. Каппель оставил службу и убыл в разрешённый ему по болезни отпуск в Пермь к своей семье. На фронт мировой войны Владимир Оскарович уже больше не вернулся и окончательного развала армии также уже не застал…
    Великий Сибирский Ледяной поход
    С ноября 1919 — генерал-лейтенант. В середине ноября 1919 Каппель был назначен командующим 3-й армии, составленной в основном из пленных красноармейцев, не прошедших достаточной подготовки. Они, в большинстве, при первой возможности, переходят на сторону красных. Во время крушения власти правительства Колчака — главнокомандующий белыми войсками в Сибири (с 12 декабря 1919, после оставления белыми войсками Новониколаевска). С непрерывными боями войска Каппеля отходили вдоль железной дороги, испытывая огромные лишения в условиях 50-ти градусного мороза, совершив беспримерный 3000-верстный путь от Омска до Забайкалья.
    15 января адмирал Колчак был выдан чехами эсеро-меньшевистскому Политцентру, захватившему Иркутск. Узнав об этом, Каппель вызвал на дуэль командующего чехами и словаками в Сибири Яна Сырового, однако не получил от него ответа на вызов. В ходе отступления под Красноярском в начале января 1920 года армия Каппеля была окружена в результате мятежа генерала Зиневича, потребовавшего от Каппеля сдачи в плен. Однако, после ожесточённых боёв, каппелевцы смогли обойти город и вырваться из окружения.
    Дальнейший путь армии Каппеля проходил по руслу реки Кан. Этот участок пути оказался одним из самых тяжёлых — во многих местах лёд реки подтаивал из-за незамерзающих горячих источников, что давало многочисленные полыньи в условиях почти 35-градусного мороза. Во время перехода Каппель, ведший своего коня, как и все остальные всадники армии, в поводу, провалился в одну из таких полыней, однако никому об этом не сказал. Только через день, в деревне Варга, генерал был осмотрен врачом. Врач констатировал обморожение ступней обеих ног и начавшуюся на почве обморожения поднимающуюся гангрену. Была необходима ампутация, однако доктор не располагал ни необходимыми инструментами, ни медикаментами для проведения полноценной операции, в результате чего ампутация части левой ступни и пальцев правой была проведена простым ножом без анестезии.
    Несмотря на перенесённую операцию, Каппель продолжал руководить войсками. Отказался он и от предложенного чехами места в санитарном поезде. Впридачу к обморожению, провал в полынью послужил причиной сильной простуды генерала. Однако Каппель ехал во главе своей армии даже тогда, когда мог держаться на лошади, лишь будучи привязанным к седлу. Один из участников похода (получившего позднее название Великий Сибирский Ледяной поход) А. А. Федорович вспоминал:
    Стиснувшего зубы от боли, бледного, худого, страшного, генерала на руках вынесли во двор и посадили в седло. Он тронул коня и выехал на улицу — там тянулись части его армии — и, преодолевая мучительную боль, разгоняя туман, застилавший мозг, Каппель выпрямился в седле и приложил руку к папахе. Он отдал честь тем, кого вел, кто не сложил оружие в борьбе. На ночлег его осторожно снимали с седла и вносили на руках в избу.
    21 января 1920 года Каппель, чувствуя свою неспособность дальше командовать армией из-за сильного ухудшения состояния здоровья, передал командование войсками генералу С. Н. Войцеховскому, который вступил в должность только после его смерти. Ему же Каппель передал своё обручальное кольцо с просьбой передать его жене, и один из своих Георгиевских крестов. 22 января умирающий генерал руководил совещанием в Нижнеудинске, на котором было решено ускорить движение войск к Иркутску, взять его с ходу, освободить адмирала Колчака и отбить золотой запас, после чего установить связь с контролировавшим Забайкалье атаманом Г. М. Семёновым и создать новый боевой фронт.
    В последние дни жизни Каппель продиктовал обращение к сибирским крестьянам, в котором, в частности, говорилось: За нами с запада подвигаются советские войска, которые несут с собой коммунизм, комитеты бедности и гонения на веру Иисуса Христа. Где утверждается советская власть, там не будет трудовой крестьянской собственности, там в каждой деревне небольшая кучка бездельников, образовав комитеты бедноты, получит право отнимать у каждого все, что им захочется. Большевики отвергают Бога, и, заменив Божью любовь ненавистью, вы будете беспощадно истреблять друг друга. Большевики несут вам заветы ненависти к Христу, новое, «красное» Евангелие, изданное в Петрограде коммунистами в 1918 году...
    Смерть генерала
    26 января 1920 года, на разъезде Утай, около станции Тулун близ города Нижнеудинска, Владимир Оскарович Каппель умер от двухстороннего воспаления лёгких. Последними словами генерала были:
    «Пусть войска знают, что я им предан был, что я любил их и своею смертью среди них доказал это».
    Полковник В. О. Вырапаев сопровождавший Каппеля в Ледяном походе вспоминал
    20 или 21 января 1920 года, чувствуя, что силы его оставляют, Каппель отдал приказ о назначении генерала Войцеховского главнокомандующим армиями Восточного фронта. В последующие два-три дня больной генерал сильно ослабел. Всю ночь 25 января он не приходил в сознание. На следующую ночь наша остановка была в доме железнодорожного смотрителя. Генерал Каппель, не приходя в сознание, бредил армиями, беспокоясь за фланги, и, тяжело дыша, сказал после небольшой паузы: «Как я попался! Конец!» Не дождавшись рассвета, я вышел из дома смотрителя к ближайшему стоявшему эшелону, в котором шла на восток вместе с чешскими войсками румынская батарея имени Марашети. Я нашел батарейного врача К. Данец, который охотно согласился осмотреть больного и захватил нужные принадлежности. Быстро осмотрев больного генерала, он сказал: «Мы имеем один патрон в пулемете против наступающего батальона пехоты. Что мы можем сделать?» И тут же тихо добавил: «Он умрет через несколько часов». У генерала Каппеля было, по определению доктора К. Данец, двухстороннее крупозное воспаление легких. Одного легкого уже не было, а от другого оставалась небольшая часть. Больной был перенесен в батарейный лазарет-теплушку, где он через шесть часов, не приходя в сознание, умер. Было 11 часов 50 минут 26 января 1920 года, когда эшелон румынской батареи подходил к разъезду Утаи, в 17 верстах от станции Тулуна в районе города Иркутска.
    После смерти генерала было принято решение не хоронить его тело на месте его смерти во избежание поругания его большевиками. Отступающие войска везли положенное в гроб тело генерала с собой в течение почти месяца, пока не достигли Читы, где Каппель и был похоронен в Кафедральном соборе Александра Невского (чуть позже его прах был перенесён на кладбище Читинского женского монастыря). Однако уже осенью 1920 года, при подходе частей красной армии к Чите, оставшиеся в живых каппелевцы перевезли гроб с телом генерала в Харбин (северный Китай) и погребли его у алтаря Иверской церкви. На могиле был поставлен памятник, разрушенный китайскими коммунистами в 1955 году (другие источники приводят 1956 год). По ряду данных, есть основания предполагать, что разрушение могилы Каппеля было санкционировано секретными директивами КГБ.По воспоминаниям полковника Вырапаева, благодаря предусмотрительности участкового пристава руководившего похоронами в Чите Каппеля похоронили в мерзлоте, и когда при перевозке в Харбин гроб вскрыли, тело не изменилось.
     

    Вложения:

    • kappel.jpg
      kappel.jpg
      Размер файла:
      36,4 КБ
      Просмотров:
      30
    • Kappel.jpg
      Kappel.jpg
      Размер файла:
      49,6 КБ
      Просмотров:
      24
  7. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    На похоронах поэтом Александром Котомкин-Савинским было прочитано стихотворение

    НА СМЕРТЬ КАППЕЛЯ

    Тише!.. С молитвой склоните колени:
    Пред нами героя родимого прах.
    С безмолвной улыбкой на мертвых устах
    Он полон нездешних святых сновидений…
    Ты умер… Нет, верю я верой поэта —
    Ты жив!.. Пусть застывшие смолкли уста
    И нам не ответят улыбкой привета,
    И пусть неподвижна могучая грудь,
    Но подвигов славных жива красота,
    Нам символ бессмертный — твой жизненный путь
    За Родину! В бой! — ты не кликнешь призыва,
    Орлов-добровольцев к себе не сзовешь…
    Но эхом ответят Уральские горы,
    Откликнется Волга… Тайга загудит…
    И песню про Каппеля сложит народ,
    И Каппеля имя, и подвиг без меры
    Средь славных героев вовек не умрет…
    Склони же колени пред Символом веры
    И встань за Отчизну, родимый народ!


    В 2001 году по инициативе Иркутского казачьего войска в районе станции Утай в Иркутской области на месте гибели Каппеля был установлен четырёхметровый памятный крест.
    Весной 2005 году в кафедральном соборе Читы был установлен уникальный киот святому равноапостольному князю Владимиру — небесному покровителю Владимира Каппеля.
    В г. Белеве Тульской обл. установлена мемориальная доска на доме, где проживала семья Каппель, его отец служил в г. Белеве по жандармской части. На Троицком кладбище г. Белева установлен крест на символической могиле Каппеля. (Считается, что его отец был похоронен на этом кладбище).
    В декабре 2006 году останки Владимира Каппеля были перевезены из Харбина в Москву для перезахоронения в Донском монастыре. Председатель синодального отдела Московского патриархата по взаимодействию с Вооружёнными силами протоиерей Димитрий Смирнов заявил в связи с перезахоронением останков Каппеля:
    Генерал Владимир Каппель — одно из достояний России как человек, который проявил себя настоящим русским генералом, стратегом и героем. Всё, что с ним связано, должно быть окружено почётом. 13 января 2007 года генерал Каппель был захоронен на кладбище Донского монастыря рядом с могилами Антона Ивановича Деникина и Ивана Александровича Ильина.
    После перезахоронения в Донском монастыре останков генерала В. О. Каппеля, 28 июля в день его небесного покровителя — св. князя Владимира, возродилась традиция собираться на его могиле всем тем, кто чтит его память, следует его заветам. Это очень важное дело, так создается преемственность между новым поколением и старой Россией (значение этого явления отметил и епископ Егорьевский Марк). Ведь с момента захоронения генерала Каппеля в 1920 году и до разрушения памятника каппелевцы во Владимиров день собирались в Харбине на его могиле у гранитного креста, служили панихиду по погибшему воину Владимиру, отдавшему свою чистую душу «за други своя». Ныне связь времен восстановлена.

    Награды:
    орден Святого Станислава 3-й степени (1910);
    орден Святой Анны 3-й степени (1913 — за успешное окончание Николаевской академии Генерального штаба);
    орден Святого Георгия 4-й степени (1914);
    орден Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом (1915);
    орден Святой Анны 2-й степени с мечами (1915);
    орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (1915);
    орден Святой Анны 4-й степени «За храбрость» (1916);
    орден Святого Георгия 3-й степени (1919).

    http://youtu.be/OvbTF8wI4qc
     

    Вложения:

    • 1-1.JPG
      1-1.JPG
      Размер файла:
      66,6 КБ
      Просмотров:
      22
    • 1-2.JPG
      1-2.JPG
      Размер файла:
      96,1 КБ
      Просмотров:
      20
    • 1.JPG
      1.JPG
      Размер файла:
      70 КБ
      Просмотров:
      23
  8. Хольт
    Offline

    Хольт Завсегдатай SB

    Регистрация:
    12 май 2008
    Сообщения:
    2.844
    Спасибо:
    507
    Отзывы:
    8
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Край сосновый
    Спасибо.
    Вот в тему думаю будет
     
  9. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    Спасибо Вам Вернер Хольт[​IMG]
     
  10. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    Дроздовский Михаил Гордеевич

    Дроздовский.jpg

    Михаил Гордеевич Дроздовский (7 [19] октября 1881, Киев — 14 января 1919, Ростов-на-Дону) — русский военачальник, Генерального штаба генерал-майор (1918). Участник Русско-японской, Первой мировой и Гражданской войн.
    Один из видных организаторов и руководителей Белого движения на Юге России. Дроздовский «стал первым в истории Белого движения генералом, открыто заявившим о своей верности монархии — в то время, когда „демократические ценности“ Февраля были ещё в чести».
    Единственный из командиров Русской армии, сумевший сформировать добровольческий отряд и привести его организованной группой с фронта Первой мировой войны на соединение с Добровольческой армией — организатор и руководитель 1200-вёрстного перехода отряда добровольцев из Ясс в Новочеркасск в марте—мае (н. ст.) 1918 года. Командир 3-й стрелковой дивизии в Добровольческой армии.

    Начало службы
    С 1901 служил в Лейб-Гвардии Волынском полку в Варшаве в чине подпоручика. С 1904 — поручик. В 1904 поступил в Николаевскую академию Генштаба, но, не приступив к обучению, отправился на фронт Русско-японской войны.
    В 1904—1905 служил в 34-м Восточно-Сибирском полку в составе 1-го Сибирского корпуса 2-й Маньчжурской армии. Отличился в боях с японцами с 12 по 16 января 1905 года у деревень Хейгоутай и Безымянной (Семапу), за что приказом войскам 2-й Маньчжурской армии № 87 и 91 был награждён орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость». В бою у деревни Семапу был ранен в бедро, но уже с 18 марта командовал ротой. 30 октября 1905 года за участие в войне был награждён орденом Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом, а на основании приказов № 41 и 139 по Военному ведомству получил право на ношение светло-бронзовой медали с бантом «В память Русско-японской войны 1904—1905 годов».

    Офицер Генерального штаба
    После окончания Академии 2 мая 1908 года «за отличные успехи в науках» был произведён в штабс-капитаны. Два года проходил цензовое командование ротой в Лейб-Гвардии Волынском полку. С 1910 года — капитан, обер-офицер для поручений при штабе Приамурского военного округа в Харбине, с ноября 1911 — помощник старшего адъютанта штаба Варшавского военного округа. 6 декабря 1911 года награждён орденом Святой Анны 3-й степени. Получил право на ношение светло-бронзовой медали «В память 100-летия Отечественной войны 1812 года». Позднее Михаил Гордеевич также получит право на ношение светло-бронзовой медали «В память 300-летия царствования Дома Романовых».
    С началом в октябре 1912 года первой Балканской войны Михаил Гордеевич подаёт прошение о командировании на войну, однако получает отказ.
    В 1913 г. окончил Севастопольскую авиационную школу, где изучил воздушное наблюдение (совершил 12 полётов каждый продолжительностью не менее 30 мин.; всего в воздухе находился 12 часов 32 минуты), а также познакомился с флотом: выходил в море на броненоносце на боевую стрельбу, и даже ходил в море на подводной лодке и спускался под воду в водолазном костюме. По возвращении из авиационной школы Дроздовский вновь служил в штабе Варшавского военного округа.

    Участие в Первой мировой войне
    В начале Первой мировой войны получил назначение исполняющего должность помощника начальника общего отделения штаба главнокомандующего Северо-Западным фронтом. С сентября 1914 г. — обер-офицер для поручений штаба 27-го армейского корпуса. Применил на практике опыт, полученный за время пребывания в лётной школе, во время полётов на аэроплане и на воздушном шаре. С декабря 1914 г. — исполняющий должность штаб-офицера для поручений при штабе 26-го армейского корпуса. С 22 марта 1915 года — Генерального штаба подполковник, утверждён в занимаемой должности. 16 мая 1915 года назначен исполняющим должность начальника штаба 64-й пехотной дивизии. Возглавив штаб, постоянно находился на передовой, под огнём — весна и лето 1915 г. для 64-й дивизии прошли в бесконечных боях и переходах.
    1 июля 1915 года за отличия в делах против неприятеля награждён орденом Святого Равноапостольного Князя Владимира 4-й степени с мечами и бантом.
    «Приказом командующего 10-й армией 2 ноября 1915 года за № 1270 награждён Георгиевским оружием за то, что, принимая непосредственное участие в бою 20 августа 1915 года у местечка Оханы, произвёл под действительным артиллерийским и ружейным огнём рекогносцировку переправы через Месечанку, руководя форсированием её, а затем, оценив возможность захвата северной окраины местечка Оханы, лично руководил атакой частей Перекопского полка и умелым выбором позиции способствовал действиям нашей пехоты, отбивавшей в течение пяти дней наступавшие части превосходных сил противника».
    С 22 октября по 10 ноября 1915 года — исполняющий должность начальника штаба 26-го армейского корпуса.
    С лета 1916 года — Генерального штаба полковник. Служил на Юго-Западном фронте. 31 августа 1916 года руководил атакой на гору Капуль.
    В бою на горе Капуль был ранен в правую руку. В конце 1917 г. за храбрость, проявленную в этом бою, был награждён орденом Святого Георгия 4-й степени.
    Несколько месяцев лечился в госпитале, с января 1917 г. — исполняющий должность начальника штаба 15-й пехотной дивизии на Румынском фронте.Как писал ближайший помощник Дроздовского по службе в штабе 15-й дивизии Генерального штаба полковник Е. Э. Месснер, служивший в 1917 г. и.д. старшего адъютанта Генерального штаба в чине штабс-капитана: …не вполне оправившись от тяжёлого ранения, он прибыл к нам и стал начальником штаба 15-й пехотной дивизии. Мне нелегко было служить при нём старшим адъютантом: требовательный к себе, он был требовательным и к подчинённым, а ко мне, его ближайшему помощнику, в особенности. Строгий, необщительный, он не вызывал любви к себе, но уважение вызывал: от всей его статной фигуры, от его породистого, красивого лица веяло благородством, прямотой и необыкновенной силой воли.
    Эту силу воли Дроздовский и проявил, по словам полковника Е. Э. Месснера, передав ему штаб дивизии и вступив 6 апреля 1917 г. в командование 60-м Замосцким пехотным полком той же дивизии — всеобщая революционная расшатанность не помешала ему быть властным командиром полка и в бою, и в условиях позиционной обстановки.
    В 1917 году в Петрограде произошли события, переломившие ход войны: Февральская революция положила начало развалу армии и государства, в итоге приведя страну к октябрьским событиям. Отречение Николая II произвело на Дроздовского — убеждённого монархиста — очень тяжёлое впечатление. Приказ № 1 привёл к развалу фронта — уже в начале апреля 1917 г.
    attach.jpeg
    Октябрьские события в Петрограде — захват власти большевиками и последовавшее вскоре фактическое прекращение войны — привели к полному развалу Русской армии, и Дроздовский, видя всю невозможность продолжения своей службы в армии в таких условиях, стал склоняться к продолжению борьбы в иной форме.
    В конце ноября — начале декабря 1917 г. вопреки своей воле он был назначен начальником 14-й пехотной дивизии, но уже вскоре сложил с себя командование, занявшись формированием добровольческих антисоветских формирований.
    После прибытия в ноябре 1917 г. на Дон Генерального штаба генерала от инфантерии М. В. Алексеева и создания там Алексеевской организации (преобразованной позднее в Добрармию), между ним и штабом Румынского фронта была налажена связь. В результате на Румынском фронте возникла идея о создании Корпуса русских добровольцев для последующей его отправки на Дон.Организация такого отряда и его дальнейшее соединение с Добровольческой армией стало с этого момента главной целью Дроздовского.
    Тем временем в подчинённой ему дивизии у Дроздовского возникает серьёзный конфликт с местным комитетом; комитет угрожал начальнику дивизии арестом. Это обстоятельство подтолкнуло Дроздовского к отъезду в Яссы (где располагался штаб Румынского фронта), для чего уже выше упоминавшийся его бывший сослуживец Е. Э. Месснер выписал Дроздовскому «липовый» документ — предписание отправиться в командировку в штаб фронта.


    Поход из Ясс в Новочеркасск
    11 декабря (24 декабря) 1917 Дроздовский прибывает в Яссы, где готовилось формирование добровольческого корпуса, который должен был перейти на Дон и присоединиться к Добровольческой армии Генерального штаба генерала от инфантерии Л. Г. Корнилова. Дроздовский стал одним из организаторов этого корпуса, одновременно участвуя в деятельности тайной монархической организации. Он пользовался непререкаемым авторитетом благодаря своей решительности.
    К февралю 1918 года, однако, командование фронта отказалось от проекта создания добровольческого формирования и освободило от обязательств добровольцев, давших подписку о службе в корпусе.
    Причиной такого решения стало отсутствие связи с Доном и изменение военно-политической ситуации на территории Украины (Украина заявила о своей независимости, заключила мир с Центральными державами, объявила нейтралитет и на проход вооружённого отряда по её территории требовалось специальное разрешение).
    Однако полковник Дроздовский, назначенный командиром 1-й бригады в формировавшемся корпусе, принял решение вести добровольцев на Дон. Выступил с призывом:


    Я иду — кто со мной?
    В его отряд вошло около 800 человек (по другим данным 1050 человек), большинство из которых составляли молодые офицеры. Отряд состоял из стрелкового полка, конного дивизиона, конно-горной батареи, лёгкой батареи, гаубичного взвода, технической части, лазарета и обоза. Этот отряд в марте — мае 1918 совершил 1200-вёрстный поход из Ясс до Новочеркасска. Дроздовский поддерживал в отряде жёсткую дисциплину, пресекал реквизиции и насилие, уничтожал встречавшиеся на пути отряды большевиков и дезертиров.
    Походники свидетельствовали впоследствии, что, несмотря на всю свою кажущуюся простоту, Дроздовский всегда умел оставаться командиром отряда, выдерживая необходимую дистанцию в отношении своих подчинённых. В то же время он, по словам его подчинённых, стал для них настоящим командиром-отцом. Так начальник артиллерии бригады полковник Н. Д. Невадовский оставил такие свидетельства о чувствах, которые испытывал командир непосредственно после кровопролитных ростовских боёв: … ростовский бой, где мы потеряли до 100 человек, отразился на его психологии: он перестал быть суровым начальником и стал отцом-командиром в лучшем смысле этого слова. Проявляя лично презрение к смерти, он жалел и берёг своих людей.
    Впоследствии такое отеческое отношение Дроздовского к своим бойцам уже в ходе Второго Кубанского похода Добрармии — когда он порой тянул с началом операций, стараясь максимально их подготовить и затем действовать наверняка, избегая ненужных потерь, и зачастую несколько медлил, по мнению главнокомандующего, с развертыванием атак, дабы создать максимально безопасные для дроздовцев условия — порой даже вызывало недовольство главнокомандующего Добровольческой армией генерал-лейтенанта А. И. Деникина.
    Пройдя походным порядком из Румынии до Ростова-на-Дону, отряд 4 мая занял город после упорного боя с отрядами Красной армии. Выйдя из Ростова, отряд Дроздовского помог казакам, восставшим против советской власти, взять Новочеркасск. Уже к вечеру 7 мая дроздовцы, восторженно приветствуемые жителями Новочеркасска и забрасываемые ими цветами, стройными рядами входили в столицу Области Войска Донского, фактически избавив донцов от перспективы получить её из рук немецких оккупационных войск. Так закончился 1200-вёрстный двухмесячный «Румынский поход» Первой отдельной бригады Русских добровольцев.


    Командир дивизии в Добровольческой армии
    Вскоре после окончания Румынского похода Дроздовский выехал на совещание в штаб Добровольческой армии, располагавшийся в ст. Мечетинская. Там был разработан план дальнейших действий и решено дать отдых и Добрармии — в районе Мечетинской, и отряду Дроздовского — в Новочеркасске.
    Находясь в Новочеркасске, Дроздовский занимался вопросами привлечения в отряд пополнений, а также проблемой финансового его обеспечения. В разные города им были отправлены люди для организации записи добровольцев: так в Киев им был командирован подполковник Г. Д. Лесли. Работа вербовочных бюро дроздовцев была организована настолько эффективно, что 80% пополнения всей Добрармии первое время шло именно через них. Очевидцы указывают и на определённого рода издержки такого способа вербовки: в одних и тех же городах порой встречались вербовщики аж нескольких армий, в том числе и самостоятельные агенты бригады Дроздовского, что приводило к нежелательной конкуренции. К результатам работы Дроздовского в Новочеркасске и Ростове также относится организация им в этих городах складов для нужд армии; для раненых дроздовцев в Новочеркасске им был организован лазарет, а в Ростове — при поддержке его друга профессора Н. И. Напалкова — госпиталь Белого Kреста, оставшийся до конца Гражданской войны лучшим госпиталем белых. Дроздовский читал лекции и распространял воззвания о задачах Белого движения, а в Ростове его стараниями даже начала выходить газета «Вестник Добровольческой армии» — первый белый печатный орган на Юге России.От донского атамана генерала от кавалерии П. Н. Краснова Дроздовскому было предложение влиться в состав формируемой Донской армии на правах «Донской пешей гвардии» — донцы вообще не раз позже предлагали Дроздовскому обособиться от генерала Деникина — однако Дроздовский, не преследуя никаких личных интересов и чуждый мелочного честолюбия, неизменно отвечал отказом, заявляя о своём непреклонном решении соединиться с Добровольческой армией.
    Важно отметить, что Дроздовский после завершения его отрядом Румынского похода и прибытия на Дон, находился в положении, когда мог сам выбирать свой дальнейший путь: присоединиться к Добровольческой армии Деникина и Романовского, принять предложение донского атамана Краснова, или же стать вовсе самостоятельной и независимой силой.
    8 июня 1918 г. — после отдыха в Новочеркасске — отряд (Бригада русских добровольцев) в составе уже около трёх тысяч бойцов выступил на соединение с Добровольческой армией и прибыл 9 июня в станицу Мечетинская, где после торжественного парада, на котором присутствовало руководство Добрармии — генералы Алексеев, Деникин, штаб и части Добровольческой армии, приказом № 288 от 25 мая 1918 г. главнокомандующего Генерального штаба генерал-лейтенанта А. И. Деникина Бригада Русских добровольцев полковника М. Г. Дроздовского была включена в состав Добровольческой армии[19]. Значение присоединения бригады Дроздовского вожди Добрармии переоценить вряд ли могли — их армия почти удвоилась в своей численности, а такой материальной части, какую дроздовцы внесли в армию, она не видела с момента своей организации в конце 1917 года.
    В состав бригады (позднее — дивизии) вошли все части, пришедшие с Румынского фронта:
    2-й Офицерский стрелковый полк,
    2-й Офицерский конный полк,
    3-я инженерная рота,
    лёгкая артиллерийская батарея,
    взвод гаубиц в составе 10 лёгких и 2 тяжёлых орудий.
    1.jpg
    Части отряда полковника Дроздовского недолго задержались в Мечетинской после парада, проследовав по его окончании на расквартирование в станицу Егорлыцкая.
    При переформировании Добровольческой армии в июне 1918 года отряд полковника Дроздовского составил 3-ю пехотную дивизию и участвовал во всех боях Второго Кубанского похода, в результате которого Кубань и весь Северный Кавказ были заняты белыми войсками. М. Г. Дроздовский стал её начальником, причём одним из условий вхождения его отряда в состав армии стала гарантия его личной несменяемости в должности её командира.
    Однако к этому времени Дроздовский был уже готов к выполнению самостоятельной роли — те полгода, что прошли со времени начала развала Румынского фронта, научили его полагаться только на себя, а также на проверенные и надёжные кадры. На самом деле, Дроздовский уже имел довольно солидный, а что ещё важнее — весьма успешный опыт организационной и, само собой, боевой работы. Знавший себе цену и весьма высоко себя оценивавший, на что, безусловно, имел вполне заслуженное право (признаваемое и высоко ставившим его генералом Деникиным), осознававший собственную значимость и пользовавшийся полной поддержкой своих спаянных монархическим духом подчинённых, для которых он ещё при жизни стал легендой, Дроздовский имел на многое свой личный взгляд и ставил под сомнение целесообразность многих распоряжений штаба Добрармии.
    Современники и соратники Дроздовского высказывали мнение, что руководству Добровольческой армии имело смысл использовать организаторские способности Михаила Гордеевича и поручить ему организацию тыла, дать наладить снабжение армии или назначить его военным министром Белого юга с поручением организации новых регулярных дивизий для фронта. Однако руководители Добровольческой армии, возможно, опасаясь конкуренции со стороны молодого, энергичного, умного полковника, предпочли отвести ему скромную роль начальника дивизии.
    В июле-августе Дроздовский участвовал в боях, приведших ко взятию Екатеринодара, в сентябре взял Армавир, но под напором превосходящих сил красных был вынужден его оставить.
    К этому времени относится переход напряжения в отношениях между 3-й пехотной дивизией и штабом армии в фазу конфликта. Во время Армавирской операции Добровольческой армии, на дивизию Дроздовского была возложена задача, не выполнимая одними только её силами и по мнению её начальника, вероятность неудачи всей операции, вследствие буквального выполнения распоряжений штаба Добрармии, переоценивавшего силы дивизии, была весьма высока. Находясь всё время среди своих войск, правильно оценивая свои силы, а также силы противника, Дроздовский, руководствуясь словами Суворова «ближнему по его близости лучше видно», после неоднократного описания в своих рапортах положения дивизии и возможности достижения гарантированного успеха за счёт переноса операции на пару дней и усиления ударной группы за счёт имевшихся резервов, видя безрезультатность этих докладов, 30 сентября 1918 года фактически игнорирует приказ Деникина.
    В ноябре Дроздовский руководил своей дивизией во время упорных боёв под Ставрополем, где, возглавив контратаку частей дивизии, был 13 ноября 1918 г. ранен в ступню ноги и отправлен в госпиталь в Екатеринодар. Там его рана загноилась, началась гангрена. В ноябре 1918 года был произведён в генерал-майоры. 8 января 1919 г. в полубессознательном состоянии был переведён в клинику в Ростов-на-Дону, где скончался.
    Первоначально похоронен в Екатеринодаре в Кубанском войсковом соборе Святого Александра Невского. После наступления красных войск на Кубань в 1920 году дроздовцы, зная, как обращаются красные с могилами белых вождей, ворвались в уже оставленный город и вывезли останки генерала Дроздовского и полковника Туцевича; их останки были перевезены в Севастополь и тайно перезахоронены на Малаховом кургане. На могилах были поставлены деревянные кресты с дощечками и надписями «Полковник М. И. Гордеев» на кресте у могилы генерала Дроздовского и «капитан Туцевич». Место погребения знали только пять дроздовцев-походников. Символическая могила Дроздовского существует на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем, где установлен памятный знак.
    После смерти генерала Дроздовского его именем был назван 2-й Офицерский полк (один из «цветных полков» Добровольческой армии), развёрнутый позднее в четырёхполковую Дроздовскую (Стрелковую генерала Дроздовского) дивизию, Дроздовскую артиллерийскую бригаду, Дроздовскую инженерную роту и (действовавший отдельно от дивизии) 2-й Офицерский конный генерала Дроздовского полк.

    Посмертная судьба
    Торжественные похороны Дроздовского были в Екатеринодаре. Тело было захоронено в склепе в кафедральном соборе. Затем рядом с Дроздовским похоронили погибшего 2 июня 1919 под Лозовой от разрыва собственного снаряда полковника Туцевича, командира Первой Дроздовской батареи.
    Когда Добровольческая армия отступила из Екатеринодара в марте 1920, дроздовцы ворвались в уже оставленный город и вывезли из собора гробы с телами Дроздовского и Туцевича, чтобы не оставлять их красным на поругание. Тела были погружены в Новороссийске на транспорт «Екатеринодар» и перевезены в Крым. В Крыму оба гроба были вторично погребены на Малаховом кургане Севастополя, но, в связи с непрочностью положения, под чужими фамилиями на крестах.
    Во время Великой Отечественной войны могилы на упорно оборонявшемся от немцев кургане были перерыты воронками от тяжёлых снарядов. Точное место захоронения Дроздовского сейчас неизвестно.

    Награды
    Орден Святого Георгия 4-й степени
    Орден Святого Равноапостольного Князя Владимира 4-й степени с мечами и бантом
    Орден Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом
    Орден Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость»
    Орден Святого Станислава 3-й степени с мечами и бантом
    Георгиевское оружие.
    Медаль «В память русско-японской войны» (1906) с бантом
    Медаль «В память 100-летия Отечественной войны 1812 г.»
    Медаль «В память 300-летия царствования дома Романовых»
    800px-Drozdovskiy_medals.jpg

    Дроздовцы
    Имя генерала Дроздовского имело большое значение для дальнейшего развития Белого движения. После смерти генерала его именем был назван созданный им 2-й Офицерский стрелковый полк (в дальнейшем развернутый в дивизию), 2-й Офицерский конный полк, артиллерийская бригада и бронепоезд. «Дроздовцы» были одними из наиболее боеспособных подразделений Добровольческой армии и впоследствии В. С. Ю. Р., одной из четырёх «цветных дивизий» (малиновые погоны). В 1919 году «дроздовцы» под командованием полковника А. В. Туркула отличились, взяв Харьков, в 1920-м — успешными действиями в ходе рейда на Кубани, в Крыму и на Днепре. В ноябре 1920 года ядро дивизии эвакуировалось в Константинополь, позднее базировалось в Болгарии.
    http://ru.wikipedia.org/wiki/%C4%F0...CC%E8%F5%E0%E8%EB_%C3%EE%F0%E4%E5%E5%E2%E8%F7



    Дроздовский и дроздовцы: "Крестоносцы распятой Родины…" http://calvaryguard.com/ru/kanz/hist/zal/drozd/
     
    Праздник и PaulZibert нравится это.
  11. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    PaulZibert нравится это.
  12. Wolf09
    Online

    Wolf09 Главный редактор Команда форума

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    7.940
    Спасибо:
    36.142
    Отзывы:
    476
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского

     
    PaulZibert нравится это.
  13. SLESU
    Offline

    SLESU Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 сен 2013
    Сообщения:
    1.059
    Спасибо:
    1.499
    Отзывы:
    24
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Новосибирск
    Имя:
    Владимир
    Интересы:
    ВОВ
    Нравится все. Это наша история, противоречивая, но достойная уважения. Бабушка мне в детстве рассказывала, как через село проходили войска Каппеля и как в их доме, как в самом большом, квартировались. Солдаты, помню рассказывала, играли в какую то игру, как то через строй бегали и лупасили друг друга ремнями. Квартировались не долго, в село прискакали несколько всадников и кричали "Красные!", "Красные!". Белогвардейцы бежали так быстро, что даже не поднимали то, что сваливалось с повозок (на крутом берегу у моста через р. Каргат). Бабушкиной семье достались не плохие трофеи, из того, что помню - ящик мыла, какие то ткани...С тех времен, на берегу реки Каргат, примерно на границе Убинского и Здвинского районов, стоит в металлической ограде памятник, кому, не знаю. Местные говорили " белые мужиков постреляли".
     
    Тата63, Wolf09 и Чегадай нравится это.
  14. Славентий
    Offline

    Славентий «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    25 ноя 2009
    Сообщения:
    1.137
    Спасибо:
    2.380
    Отзывы:
    35
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Имя:
    Вячеслав
    Интересы:
    Гражданская война, ВОВ
    Как Деникин Чечню усмирял.
    Весной 1919 года в Чечне сложилась крайне неприятная для Белой армии ситуация. Чечня стала очагом сепаратизма и большевизма. Решить проблему было поручено генералу Деникину. И он свою задачу выполнил. Ситуация К весне 1919 года в Чечне сложилась крайне неприятная для Белых ситуация. Да, они взяли Грозный ещё 23 января, но все равно в Чечне была крайне сильна большевистская пропаганда и многие чеченцы вместе с Красными комиссарами продолжали оказывать сопротивление. Подавить Чечню только военной силой было невозможно, поскольку на фронтах было неспокойно. Большая часть Белой армии была занята на важных участках и передислоцировать подразделения не имела возможности. Решить ситуацию с Чечней было поручено генералу Деникину. Задача перед ним стояла непростая. На Красных работало время, оставлять серьезный очаг сепаратизма и большевизма в подожженном виде было нельзя, нужно было его гасить. Но как? Пушкина убили в бою Первым попытался "одолеть" чеченцев генерал Шатилов, он провел несколько операций, но они не были успешными, а сам Шатилов был ранен в бою. На его посту его сменил полковник Пушкин. Полковник Пушкин был убит в бою. Нужно было кардинально менять тактику. Это и сделал взявшийся за дело генерал-майор Даниил Драценко (на фото). Учитывая опыт предыдущих операций, он понял, что использовать для подавления врага традиционные военные приемы, которые хороши на фронте, будет неправильным. Он разработал свою операцию по подавлению чеченцев. Тактика Драценко Драценко понял, что для того, чтобы победить чеченцев, надо их понимать, поэтому первым делом он нашел нескольких "экспертов" из числа старейшин, и узнал у них не только психологию чеченцев, но и расклад сил в чеченском обществе. Драценко также изучил систему чеченских тейпов, узнал, что чеченское общество далеко не однородно. Для чеченцев это была не Гражданская война, и уж тем более не война народная. Это была война "соседская". Основная конфронтация была между чеченцами и терскими казаками. У них оставались свои территориальные и имущественные счеты. Чеченские "интеллигенты" также сказали на встрече, что "движение чеченцев нельзя рассматривать как явление большевизма, ибо горцы, будучи мусульманами, по своей природе враждебны атеистическому коммунизму". Определенный когнитивный диссонанс испытывали "белые", когда, например, наблюдали в бинокль, как проходит большевистский сход, на котором мелькают зеленые исламские флаги и красные большевистские. За одним таким съездом перед самым началом операции Драценко "белые" наблюдали в бинокль из станицы Ермолаевской. Об этом сохранилось воспоминание: "Этот случай - весьма показательный, он характеризует чеченцев не только как добрых мусульман, глубоко чтящих истины Корана, но и способных митинговать под красными флагами и слушать речи представителя безбожного Интернационала". Подавление Деникина в Чечне поминают до сих пор. Тактика, которую применял в бою генерал Драценко состояла в том, чтобы сровнять с землей в прямом смысле несколько аулов, стоящих у реки Сунжа, а затем отвести войска обратно, чтобы провести переговоры. Первым стал аул Алхан-Юрт. Чеченцы оказывали сопротивление, но натиск Кубанского пластунского батальона, конницы и артиллерии был так непрекословен, что аул пал. Белые сжигали все, что можно сжигать, крушили все, что можно крушить, пленных не брали, но нескольких чеченцев отпустили - чтобы они рассказали "как это может быть". В том бою было убито больше 1000 чеченцев. Деникин ясно давал понять, что он не шутит. На следующий день Драценко атаковал и сжег аул Валерик. На этот раз сопротивление было слабее. Съезд 11 апреля 1919 года в Грозном был проведен съезд, на котором Деникин высказал свои условия мира. Несмотря на то, что некоторые требования были выражены весьма ультимативно (выдать пулеметы и артиллерию, возвратить награбленное имущество) большинство чеченцев согласилось с ними. На митинге с Деникиным был также английский представитель Бриггс. Его роль ограничиласась тем, что он заверил чеченцев в том, что "заграница" на стороне Белых (что бы там ни твердила красная пропаганда). Некоторые аулы, впрочем, и после съезда продолжили сопротивление. Цоцин-Юрт и Гудермес сопротивлялись, но были подавлены Драценко со всей жесткостью. Деникину удалось изменить расклад сил в Чечне, но уже через год сюда снова придут Красные, а белые генералы вскоре эмигрируют. Некоторые, как генерал Драценко, через 20 с небольшим лет станут офицерами вермахта.

    Источник: Как Деникин Чечню усмирял
    © Русская Семерка russian7.ru
     
    Wolf09 нравится это.
  15. PaulZibert
    Offline

    PaulZibert Команда форума

    Регистрация:
    28 апр 2008
    Сообщения:
    18.968
    Спасибо:
    12.364
    Отзывы:
    187
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Порѣчье
    Интересы:
    РИА ПМВ, РККА до 1946, СССР 20-е-60
    Пишут много чего. А для меня Деникин был и есть одним из героев России. И останется таким, не смотря на любые статейки и прочее. И пятитомник "Очерки Русской смуты" рекомендую почитать.
     
    Wolf09 нравится это.
  16. Славентий
    Offline

    Славентий «Старая Гвардия SB»

    Регистрация:
    25 ноя 2009
    Сообщения:
    1.137
    Спасибо:
    2.380
    Отзывы:
    35
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Имя:
    Вячеслав
    Интересы:
    Гражданская война, ВОВ
    Это ваше мнение, и оно имеет право быть. Но, согласитесь, другое, отличное от вашего, тоже имеет право на жизнь. И потом Антон Иванович - был живым человеком, и имел как положительные, так и отрицательные поступки.
     
    Последние данные обновления репутации:
    Игорь77: 1 пункт (Хороший ответ) 21 окт 2014
    Тата63, Игорь77, Wolf09 и ещё 1-му нравится это.
  17. Игорь77
    Offline

    Игорь77 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    2 окт 2010
    Сообщения:
    326
    Спасибо:
    512
    Отзывы:
    10
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Смоленск
    Как правило большинство людей хотят знать о своих героях только хорошее, и ничего плохого. Сам грешен, сколько раз ловил себя на том, что принимаю информацию о симпатичном мне персонаже только позитивную, и отметаю негатив.
     
  18. владимир1
    Offline

    владимир1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 сен 2008
    Сообщения:
    5.468
    Спасибо:
    4.688
    Отзывы:
    98
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Кроме того, именно Деникин попал в интересное положение. Вообще то не из столбовых дворян. Во втором поколении в офицерах ходил.
    Красные могли приплести понятно из-за чего.
    Белых тоже показывать пушистиками не надо. Как бы не говорили, но при царе процветала кастовость. И Деникин, не обсуждаем его реальные качества, попадал на злой язык еще и тем, кто считал себя древнее Укров. Рюриковичи по сравнению с ними - вообще пацанята в коротких штанишках.
     
    Адольф нравится это.
  19. PaulZibert
    Offline

    PaulZibert Команда форума

    Регистрация:
    28 апр 2008
    Сообщения:
    18.968
    Спасибо:
    12.364
    Отзывы:
    187
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Порѣчье
    Интересы:
    РИА ПМВ, РККА до 1946, СССР 20-е-60
    К чему это?) Споры Красные vs Белые контрпродуктивен впринципе. В целом я симпатизирую белым, таким как Деникину, Каппелю, Войцеховскому, и некоторым другим. Среди Красных есть тоже интересные фигуры. Понятно что без СССР не было бы сильной современной России. По этому каждый останется при своём мнении. Альтернативной истории нет. Есть наша общая. Поэтому для меня не приемлем снос памятников, например.
     
  20. владимир1
    Offline

    владимир1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 сен 2008
    Сообщения:
    5.468
    Спасибо:
    4.688
    Отзывы:
    98
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Дело не в красных.
    В Белом движении многие считали, что именно Деникин своей мягкотелостью профукал Россию.
    Не критикую, а просто спрашиваю. Назовите мне фамилию русского генерала, участника Белого Движения, который в случае победы мог бы 11 июля 26 года заложить тракторный завод, у 17 июля 1930 года его запустить и 17 июля 1940 выпустить 232700 шт тракторов???? Кто, назовите???
    Кто из них мог бы 8 января 1930 года заложить в степи другой тракторный и 1 октября 1931 года его запустить, чтоб каждые 6 минут с конвейера сходила новая машина? Кто и на какие шиши?
    А Запородская ГЭС? 15 марта 1927 года начато строительство, а 1 мая 1932 года пущен первый блок.
    Кто мог это сделать? Так за что любить? Могу ответить, только за ПМВ, но как раз о действиях этих любимых генералов мы и не говорим, хотя есть о чем.
     
Статус темы:
Закрыта.

Поделиться этой страницей

Сейчас читают тему (Пользователи: 0, Гости: 0)