Село Сакмара Оренбургской области

Тема в разделе "Оренбургская область", создана пользователем Владислав, 31 окт 2014.

  1. Владислав
    Offline

    Владислав ФилосоФил

    Регистрация:
    20 дек 2009
    Сообщения:
    5.986
    Спасибо:
    8.292
    Отзывы:
    156
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Оренбург
    Имя:
    Владислав
    Интересы:
    ФИЛобутонистика
    Исследователи Оренбургского края предполагают, что в конце 17 века на побережье Яика, ниже реки Сакмары, возник городок Сакмара, вскоре разрушенный башкирами.
    Известны несколько гипотез.

    Первая говорит о том, что первоначально городок Сакмара был основан ниже устья реки Сакмара.

    Во второй сказано: указ 1725 года о юридическом оформлении Сакмарского городка.

    В работах оренбургских исследователей сведения о Сакмарском городке противоречивы. Более того, эти данные обобщены. В Государственном архиве Оренбургской области имеются материалы о границах Уральского войска за 1755-1836 гг., где отмечается, что Уральское войско распространяло владения свои в те местности, где ныне Оренбург и недалеко от него основанный в 1720 году городок Сакмара.

    В архивных материалах есть сведения о заселении Сакмарской станицы российскими казаками, в которых сказано и о месте нахождения так называемого «старого городка» и его названии: «…сей город получил название, которым Сакмара прежде называлась Сакмарской станицей, заселена в 1725 году российскими казаками…» (5, с.4). П. И. Рычков в книге «История Оренбуржья» приводит данные, что в Сакмаре 260 дворов, в которых проживает 711 человек мужского и 732 человека женского пола; данные о земельных наделах, о водяных мельницах на речках Янгизе и Каргалке.

    В 19 веке сенатор Иосиф Дебу писал: «Городок Сакмарск основан в 1723 году казаками, жившими прежде в Астраханской губернии, а ныне к Уральскому войску причисленными».

    d54914306aa28a70c027158f80ac0178.jpg

    Ученый И.А. Чернавский утверждает: «Выходцами из Яицкого войска основан городок Сакмарск в 1725 году» .
    Большая часть ученых, основываясь на исторических данных, считает, что Сакмарск был основан, вероятно, «выходцами» из Сибири, совместно с яицкими и исетскими казаками.
    Такого взгляда придерживается и Сырнев, который пишет: «Первоначальное поселение на месте Сакмарска заведено было в 1719 году старообрядцами или другими беглецами с сибирских заводов…»

    Один из исследователей Оренбургского края П. И. Рычков, на первый взгляд, решает этот вопрос противоречиво. В «Истории Оренбургского края» он пишет: « Сакмарский городок заведен сходцами из Сибири в 1720 году, к которым пристало несколько яицких казаков, живших тогда в Сакмаре малым юртом». Однако в «Оренбургской типографии» Рычков совершенно не упоминает о сибирских сходцах, а сообщает следующее: «Сакмарская станица заселена за 30 лет до основания Оренбурга охотниками из яицкого корпуса»

    Опираясь на труды исследователей Оренбуржья, можно предположить, что одними из первых людей, появившихся на Сакмарских берегах на рубеже 17-18 веков, были яицкие казаки.
    Места эти были в то время дикие и малолюдные.
    Известно, что первоначально русское население, образовавшее на реке Яик и его притоках казацкую общину, составляли беглые с Волги, Дона и их притоков.
    Сюда бежал народ «всякого чина и облика». Крепостные крестьяне, стрельцы и посадские люди, бобыли, рекруты и солдаты, то есть все те, кому по разным причинам стало трудно жить на Руси.

    «Социальный состав населения на Яике в первую половину 17 века выявлен по списку Богдана Змиева, составленного в 1632 году и по первой переписи яицких казаков, произведенной полковником Захаровым, командированном Петром 1, в 1723 году»

    Хотя царское правительство разрешило прием только вольных людей, казаки поступали по-своему: «на поле к себе беглых людей не призываем, опосля не ссылаем». Все беглые в подавляющем большинстве становились казаками. Процент непринятых в казаки, как показывает перепись полковника Захарова, был не высок. По данным этой же переписи в Приуралье жили, правда, в небольшом количестве, «иногородцы»: мордва, чуваши, черкесы, вышедшие из Московского государства, а также взятые в плен шведы и немцы. В среде казаков были и татары, башкиры, калмыки и киргиз-кайсаки.

    Вольные сыны Яика увидели в устье реки Сакмары черноземные почвы, удобные для скотоводства и земледелия, леса, множество озер, обилие пушного и дикого зверя. Место было наиболее удобным для их встреч с самарскими казаками, с которыми они жили в большой дружбе, разъезжали вместе по Сакмаре и Яику, устраивая во время ночлегов и остановок по берегам этих рек временные опорные пункты, называемые «станом» или «притоном». Вероятно, на месте такого пункта и был устроен Сакмарский городок.

    Закрепиться в устье реки яицким казакам все же не удалось. Не раз их поселение разорялось жившими в этих местах башкирами. Последние смогли легко это сделать из-за слабой защищенности городка, отсутствия в этих местах каких-либо естественных укреплений.

    На существование в устье реки поселения яицких казаков указывал и английский путешественник Джон Кестель, ездивший в 1736 году в ставку казахского хана Абул-Хаира.
    Вот что он записал по этому поводу: «19 сентября 1736 года перед полуднем мы пристали у реки Сакмара и стали ожидать высланных казаков (выше он указывает, что в Сакмарск были высланы четыре казака). Здесь в 30-ти верстах от нового города Сакмарска находится разрушенный башкирами более 30 лет назад старый город Сакмарск».

    В 5-6 километрах от современного районного центра в Сакмару впадает ее приток Салмыш, место это отличается не только красотой и первозданностью, но и большими лесными массивами, которые в прошлом могли служить защитой от кочевников. «Уже в 1719 году - сообщает историк С.А. Девяткин, - беглецы сибирских заводов и старообрядцы крепко осели при впадении реки Салмыша в Сакмару» (

    Сакмарск был построен в виде укрепления, к востоку от нынешнего поселения.
    Городок находится в 30-ти километрах от Оренбурга на северо-восток по старому Уфимскому тракту. Сакмарский городок был основан в 1713 году, то есть на 30 лет раньше Оренбурга охотниками из Яицкого войска.
    Это казачье поселение удерживало от вторжения в войсковые пределы беспокойных башкир, часто бунтовавших в то время и наводивших своими набегами ужас на соседние русские поселения.

    «Однако поселению не суждено было долго просуществовать. Уже через год на казаков напали башкиры и разорили поселок.
    Следующее крупное нападение башкир на казачий поселок произошло в 1720 году. Атаману Сибирякову, как и в первый раз удалось спасти людей, скрытно переправив их на противоположный берег реки. На этот раз разъяренные башкиры сожгли поселение. Перед Сибиряковым и его соратниками встал вопрос: «что делать дальше?» Строить новый поселок на пепелище не имело смысла. Кроме того, постоянная угроза нападения со стороны башкир и других кочевников делала пребывание небольшой группы казаков в этом открытом незащищенном месте крайне опасным»

    Таким образом, в результате набегов на городок башкир, поселение несколько раз разрушалось, и перед казаками стал вопрос о строительстве такого поселения, которое было бы хорошо укреплено и защищено.

    «Сибиряков решил подняться вверх по Сакмаре и отыскать более подходящее для поселения место. Таким местом стала находящаяся недалеко возвышенность на правом берегу Сакмары, с трех сторон омываемая рекой и командующая над окружающей местностью. Здесь атамана и его людей встретили исетские казаки во главе с атаманом Иваном Горевановым, прибывшие сюда с верховья Сакмары весной 1720 года. Сибиряков решил присоединиться к более многочисленной группе Гореванова. По обоюдному согласию исетские и яицкие казаки продолжили совместно строить поселок и назвали его Сакмарск»

    Об участии исетских казаков в основании крепости сообщает автор статьи «к 200-летию Сакмарской станицы» П. Юдин. Этого мнения поддерживались и многие историки Оренбургского казачьего войска. И все же главную роль в обустройстве Сакмарска на его нынешнем месте сыграли не исетские казаки, беглые люди и старообрядцы, а выходцы с Яика. Именно их стараниями маленькое поселение на берегу реки было превращено в крепость.

    Произошло это следующим образом. Один из энергичных атаманов яицкого корпуса Василий Арапов, вместе с казаками, жившими в Астраханской губернии, 28 апреля 1723 года продал челобитную в Сенат. В ней он просил разрешить ему (Арапову) с казаками выше Яицкого городка делать разъезды по реке, где нужно содержать заставы и на устье реки Сакмара построить крепость, вооруженную пушками, «для отпору каракалпацких и киргиз-кайсакских орд»

    В сентябре 1724 года Василий Арапов, вместе с несколькими казаками-охотниками прошли вверх по Яику и на излюбленном яицкими казаками месте, при устье реки Сакмары, стали строить Сакмарский городок. Но затем Арапов изменил свое намерение и решил искать более защищенного от набегов степных кочевников места. Погрузившись с 25-ю казаками и их семействами на лодки, атаман Арапов поплыл вверх по реке и остановился на том месте, где находится современный Сакмарск.

    Атаман стал лагерем на юго-западном конце подковообразного изгиба реки Сакмары, на возвышенности, которая с тех пор называется Араповой горой.

    Таким образом, первая попытка выходцев из Яика закрепиться в устье реки предпринималась в самом начале 18 века. Однако, после разорения Сакмарского городка башкирами, его жители не ушли с этих мест. Проводившаяся в 1723 году перепись яицких казаков отметила, что «уже были вверх по реке Сакмаре казаки с атаманом Фомой Тимофеевым Сибиряковым и есаулом Гавриилом Лукьяновым Шугаем - всего четырнадцать человек».
    Занимаясь рыболовством, они со временем пристали к другой группе людей, появившихся на берегах реки чуть позже яицких казаков, но уже пришедших с ее верховьев.

    В марте 1725 года Василий Арапов отправился по казачьим делам в Петербург. Свое пребывание в столице энергичный атаман активно использовал для решения дел, связанных с вооружением Сакмарской крепости. Он, в частности, просил правительствующий Сенат ускорить выдачу разрешения на ее строительство. К этому его вынуждали набеги башкир на поселение коренных жителей, уже несколько раз разорявших поселение яицких казаков Сакмары. Исследователь края П.И. Рычков писал: «Сначала поселение оных (казаков) принуждены были от башкирцев многие разорения и обиды претерпевать, яко башкиру поселение оных казаков на их землях весьма противно»

    Просьба атамана Арапова была удовлетворена. Сенат своей резолюцией разрешил ему построить крепость на реке Сакмаре, но только: «…быть ему, Арапову, со товарищами под смотрением атамана Меркурьева и других Яицких старшин».

    «Грамота на Яик, войсковому атаману Григорию Меркурьеву и всему войску Яицкому» начинается следующими словами: «Сего 1725 года апреля 28 дни, подданным в государственную коллегию доношением, приезжий в Санкт-Петербург с Яику Легкой станицы атаман Василий Арапов требовал о дозволении ему и другим казакам, которые желают быть на границе на заставах по Яику выше Яицкого города на устье реки Сакмары, поселение иметь и крепость построить, дабы неприятельские люди в Россию пройти не могли, и для отпору от оных неприятелей дать им 4 пушки и к ним порох, ядры и прочее…»

    Далее события, по С.Н. Севастьянову, развивались так: « Согласно ходатайству атамана Арапова военная коллегия вошла о сем с донесением в Правительствующий Сенат, который резолюцией от 26 мая 1725 года постановил: «разрешить Арапову построение крепости на реке Сакмаре, но с тем условием, если войсковой атаман и все войско Яицкое пожелают иметь это поселение…».
    Во исполнение означенной резолюции военная коллегия указом от 4 июня 1725 года приказала: «Дозволить Арапову с согласия атамана Меркурьева построить на устье реки Сакмары крепость; отпустить с ним, с Араповым, из Москвы 5 пушек чугунных и к ним порох и ядра; на Яик послать Императрицина Величества Грамоту…»

    Императрица Екатерина І 19 июня 1725 года подписала грамоту, разрешающую атаману Василию Арапову сооружение крепости в устье реки и вооружение ее пушками. Эту дату и считают официальной датой основания Сакмарска. Грамота была послана в Яицкий городок атаману Меркурьеву. Согласно этой грамоте Военная коллегия отпустила из Москвы для вооружения Сакмарской крепости «пять чугунных пушек, в том числе и две трех- и три двухфунтовых, и к ним пороху и ядер по усмотрению Главной Артиллерии». Последняя выделила ему «2 пуда пороху, 300 ядер, дроби, картечи на 200 зарядов».

    Выделенные пушки предписывались сначала «отвести на Яик от Москвы до Самары водою на судне, которое нанять или купить из данных ему прогонных денег». На Сакмару же их отдать в том случае, если против этого не будет возражать Яицкое казачье войско. Возражений никаких не было. И пушки с боеприпасами благополучно прибыли в Сакмарск.

    Возвратившись в Сакмарск, Арапов собрал всех казаков на круг, где огласил решение Сената и разъяснил Сакмарцам их задачи. Здесь же создалось управление Сакмарского городка. Атаманом единогласно избрали Арапова. В казачьем укреплении построили деревянную церковь во имя святого Великомученика Дмитрия Солунского, так же построили и станичную избу. Когда строительство закончилось, в присутствии всего населения городка был дан залп орудий, возвестивший о рождении новой крепости. Казаки стали успешно обороняться от нападений беспокойных соседей. «Как они городком поселились, - заметил по этому поводу П.И. Рычков, - то уже обороняться и противиться башкирским набегам стало нетрудно».

    В августе императрица подарила еще одну пушку Сакмарскому городку: «Дабы уберечь Россию от нападков и разорения соорудить крепость оную на этом месте реке Сакмаре и вооружить ее пушками чугунными да ядрами. А посему повелеваю, открыть подаренную пушку, по указу ее величества, государыни императрицы за верную службу на реке Сакмаре атаману Василию Арапову и есаулу Петру Качугуру со товарищами. Август 17 дня 1725 года» (14, с.41). Эта пушка и по сей день хранится а Областном краеведческом музее. На ней выбита надпись «По указу Ее Величества, Государыни, Императрицы за верную службу дана на новое место на Сакмару атаману Василию Арапову и есаулу Петру Качугуру со товарищами».

    Таким образом можно утверждать, что Сакмарский городок возник на рубеже 17 - 18 веков и датой его рождения следует считать 1700 год. Встреча в 1724 году атаманов Арапова и Ивана Гореванова способствовала объединеию групп казаков и постройке нового селения. Благодаря челобитной в Сенат и поездке в Петербург Арапова казаки получили официальное разрешение на строительство крепости. Вследствие пожара 1806 года селение утратило статус крепости, было перенесено за вал на место современной Сакмары.

    http://bibliofond.ru/view.aspx?id=706802
     
  2. Владислав
    Offline

    Владислав ФилосоФил

    Регистрация:
    20 дек 2009
    Сообщения:
    5.986
    Спасибо:
    8.292
    Отзывы:
    156
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Оренбург
    Имя:
    Владислав
    Интересы:
    ФИЛобутонистика
    Храм Казанской иконы Божией Матери села Сакмара



    Тушканова Е.А., Мишучков А.А.
    (г.Оренбург)


    Храмы Оренбургского края несут в себе бесценную историческую память, о людях, осваивающих яицкую степь, ее защитниках, ее молитвенниках и святых. Именно с появлением храма поселение становилось деревней, полноценным местом обитания, малой Родиной. В границах Оренбургской области до революции 1917 г. храмов насчитывалось более семисот, около половины из них были каменные, четверть домовые. В настоящее время восстановлено только около двухсот. С восстановлением сельских храмов у жителей деревни появляется уверенность, что Бог их не забыл, что деревня социально и демографически не умрет. Восстановление исторической памяти о храмах становится духовной задачей общества, этапом осознания своего культурного кода, не позволяющему народу перестать быть таковым.

    По теме статьи авторами был привлечен в основном материал из книги церковного историка Чернавского Н.Н, четырежды упоминающем храм; местного краеведа Севастьянова С. Н., описывающего Сакмарское село. К сожалению, не удалось обнаружить клировые ведомости по Казанскому храму в Государственном Архиве Оренбургской области (ГАОО). Скорее всего, они могут находиться в г. Уральске, так как старообрядческая церковь, а с 1869 г. – единоверческая церковь, относилась к ведению Уральского казачьего войска. Основным источником стала летопись храма Казанской иконы Божией Матери, официальный сайт храма Казанской иконы Божией Матери, а также интервью с жителями села.

    История основания храма Казанской иконы Божией Матери была обусловлена значимыми событиями того времени. В 1713 г. атаман Фома Тимофеевич Сибиряков и есаул Гаврила Лукьянович Шугай собрали 14 казаков из Яицкого городка (ныне г. Уральск) и выдвинулись на место немного выше слияния рек Сакмара и Яик. Здесь, на правом берегу Сакмары, они основали поселение с названием Сакмарск. После неоднократного нападения башкир они в 1720 г. спустились ниже по течению, где объединились с исетскими казаками атамана Ивана Гореванова и воздвигли крепость с названием Сакмарск. В центре военного укрепления поставили смотровую вышку, рядом рубленная деревянная церковь. Все казаки были старообрядцами, набожные люди, которые спасались от нажима государевой власти, призывающей к церковному воссоединению. Обиду на царскую власть пересилила военная нужда (набеги башкир). Сход сакмарских казаков обратился к Государыне Императрице с просьбой о включении в служилое казачье сословие и основании крепости Сакмарск.

    В грамоте об основании крепости Сакмарска, выданной императрицей ЕкатеринойI атаману Василию Арапову от 19 июня 1725 г., предписано: «…Дабы уберечь Россию от нападения и разорения соорудить крепость оную на реке Сакмаре и вооружить её пушками чугунными да ядрами. А посему повелеваю, чтоб крепость была построена».

    На горе (в народе называется «Могильная гора») была отстроена крепость, ограждённая рвом, деревянным заплотом с проездными воротами, возле которых стояли пушки. Внутри укрепления находилась вышка, дом атамана, где собирались казаки для принятия важных решений, и улицы казачьих изб. Деревянный храм в селе Сакмара был отстроен уже к 1733 году , а освящён в 1751 году в честь Казанской иконы Божией Матери.

    Но 1760 году случился пожар. Все постройки были деревянными, поэтому сгорело почти всё, в том числе и церковь. Казаки были в берлинской экспедиции (шла Семилетняя война), поэтому пожар остановить было некому. Тогда нужно было всю Сакмару отстраивать заново, как и церковь.
    В1825 г. в центре села была построена каменная Казанская церковь. Позволим себе дать полностью цитату из дела о закладке каменной церкви в Сакмарском городке от 24. 05. 1825 г.: «Будучи в собраниях при оных делах Сакмарского общества…, вследствие указа Оренбургской духовной консистории от 12 ноября 1824 года дело 2452 к Уральскому благочинному священнику ИосафуИоанно(вич)у, сообщаем Ему о прибытии его сюда (в Сакмарск) для освящения места на заложение в Сакмарском городке вновь предположенной церкви вместо сгоревшей деревянной церкви (по первому причащению прихожан), (предложено) иметь в данном месте у причта смотрение – инструкции церковным старостам, высочайше утверждённым 18 числа мая. Но поскольку благочинный Иосаф Иоаннов до сего времени в Сакмарск по посланному к нему сношению не прибыл…, то чтобы строящие церковь не остановили работу и не понесли со стороны станицы неминуемый убыток, то решено платить каждому человеку за прогульный день по 2.50…, и о чём здешний священник Сергий извещен».

    Отцом Сергием и благочинным священником была освящена каменная Казанско-Богородицкая церковь в Сакмарске 21 июля 1828 г. Церковь представляла собой «восьмерик на четверике» (из учётной карточки, хранящейся в настоящее время в храме). Ограда была деревянной на каменном фундаменте. Храм стал важной осью духовной и социальной жизни села.

    Служение Богу, Царю и Отчеству являлись заветом каждого русского, христианина и казака. Старообрядцы верят, что царская власть – от Бога, что защита Отечества – есть главная цель жизни казака. На этих трех ценностях базировалась вся жизни сакмарского казачества. Службы в храме совершались еженедельно. Казаки перед каждым походом приходили в храм взять благословение на военный поход, заручиться поддержкой святых. В отсутствие мужей-казаков женщины молились на обетные иконы, чтобы ничего с защитниками не случилось, чтобы они вернулись домой живыми. История сохранила факты участия сакмарцев в шведском походе Петра I, в турецкой войне 1735 – 1739 гг., в семилетней войне с Пруссией – 1756 – 1763 гг., в походах на Хиву, в усмирении бунтовавших башкир, крестьян в губерниях российских.

    Деревянный храм в селе Сакмара горел несколько раз по причине несовершенства отопления – в 1832 г, в 1850 г. Из дела по указу из Оренбургской Духовной консистории об «освящении церкви Пресвятой Богородицы, выстроенной в Сакмарском городке» от 29 августа 1751 г., узнаем: «Указ Ея императорского величества самодержицы всероссийскияЕлизаветы – духовной Оренбургской консистории протопопу Василию Иоаннову, что имевшаяся второго Сакмарского городка церковь Божия во имя Пресвятыя Богоматери сгорела по вине (указано лицо), взявшего бремя отопления печи. Образа иконостаса и все вещи из той церкви Божьей вынесены. Повелеваем атаману Сакмарского городка Василию Тамбовцеву построение вместо той сгоревшей на том же месте деревянную церковь Божью. Заложить оную в присутствии иерея с провозглашением молебствия и водоокропления. Церковь построить в вышину аршина шести вершков, в длину аршина осьми вершков, в ширину аршина четыре вершков». Из дела узнаем, что священником Богородицкого храма Сакмарского городка был священник Феодор Григорьевич.

    Согласно Указу Святейшего Синода № 1650 от 19 сентября 1861 г.сакмарским казакам нового обряда была разрешена постройка молитвенного дома, а потом и церкви. Службы временно стали совершать в молитвенном доме. Как свидетельствует прошение от 5 марта 1870 г., «жителей Сакмарской станицы к Оренбургскому губернатору о превращении молельного дома в церковь» от имени К. Боборыкина: «Строительству храма (нового обряда) мешали из «корыстных побуждений» старообрядцы раскольники во главе с «управителем Санковым», которые жили «без спасительных Таинств, Причащения Пречистых Тайн и крови Христовой». «Престол для храма есть, также облачения и сосуды, вскоре назначен будет им священник». «Жители Сакмарской станицы ещё в 1861 г.выходили с просьбой к Пресвященному Антонию устроить молитвенный дом, потом и церковь на одинаковых правах (со старообрядцами)». В силу того, что «Сакмарская станица, принадлежавшая вместе с церковью Уральскому Казачьему войску, в 1869 г. 8 марта с населением в 3812 душ была отчислена в состав Оренбургского Казачьего войска», необходимо было позаботиться духовной и государственной власти о разрешении церкви нового обряда в Сакмарске.

    Второе прошение казаками было отправлено Его Преосвященству Митрофану Епископу Оренбургскому и Уральскому: «Вследствие отклонения Вашего Преосвященства от 19 сентября за № 3407 имею честь уведомить, что хотя на основании Высочайше утверждённого в 5 день мая 1865 года положения о разделении бывшей Оренбургской губернии на Уфимскую и Оренбургскую, жители Сакмарской станицы подчинены общей в губернии полиции на наше войсковое сословие, имеющее особое Губернское начальство, (которое) не имело непосредственного влияния, и администрации управления подчинялась лишь косвенно. В настоящее время в силу нового закона о причислении жителей Сакмарской станицы в Оренбургское казачье войско, в мое владение как Указного атамана означенной станицы, то я до сего времени лишён возможности сделать что-либо в пользу соглашения Сакмарских казаков к обращению молитвенного дома в храм. Предавая себя архипастырским молитвам Вашим, имею честь быть с современным почтением и преданностью Вашего Преосвященного, покорнейший слуга К. Боборыкин».

    Возведению второго храма в Сакмарске препятствовал еще и тот факт, что «Сакмарская станица, согласно Высочайше утверждённому в 8 день марта 1869 г. положения Военного Совета от Уральского казачьего войска отошла и находится в настоящее время в управлении Атамана Оренбургского казачьего войска». С обращением от 5 марта 1870 г. к военному начальнику Оренбургской губернии обратился секретарь В. Ясижют: «Я обращаюсь к Вашему Превосходительству и прошу у моего Покорнейшего Превосходительства принять участие в побуждении жителей Сакмарской станицы к обращению молитвенного дома в церковь». Наконец,произошло историческое событие: «В ноябре 1869 года единоверческая Казанско-Богородицкая церковь Сакмарской станицы по распоряжению Преосвященного Оренбургского Варлаама отчислена от Уральского благочиния и передана в непосредственное ведение Оренбургской Духовной Консистории».Произошло примирение православных старообрядцев и последователей нового обряда в один единоверческий приход. Таким образом, был преодолён раскол у жителей села Сакмарска, когда в Казанский храм не пускали новообрядцев, а в молитвенный дом – старообрядцев.

    Преодолению данного раскола как проявлению религиозного невежества способствовал и факт преодоления неграмотности в селе. С появлением церковной школы в 1832 г. количество грамотных жителей Сакмарска увеличилось до 70% (данные переписи 1872 г.). В Сакмарске действовали две школы: казачья мужская и женская. Церковная школа находилась в частной квартире казака Скородумова. Учились по прописям, один экземпляр которых до сих пор хранится в школьном краеведческом музее села Сакмары. Местный священник, отец Прокофий Учаев, был законоучителем и заведующим школой. Также в школе преподавала учительница, окончившая курс в епархиальном училище. Село значительно выросло, к 1 января 1900 г. в нём было сооружено 18 каменных и 1179 деревянных домов.Из клировых ведомостейархивного фонда ГАОО по Оренбургской Духовной консистории о церкви Сакмарской станицы имеются записи, датируемые 1901 г.: «Казанская Богородицкая Единоверческая церковь построена тщанием и усердием жителей станицы на их собственные средства. Церковь зданием каменная, не исключая и пола, с каменной колокольнею и деревянною оградою на каменном фундаменте. Престолов в храме три: во имя Казанской иконы Божией Матери; во имя святого великомученика Димитрия Солунского; во имя трех святителей: Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста». Святые покровители села Сакмарского откликались на самые важные нужды казаков: военные казаки молились покровителю воинства вмчн. Димитрию Солунскому, о их возвращении из походов Божией Матери молились казачки, а дети молились трем святителям. Ни один из документов по храму в настоящее время не сохранился, в связи с тем, что церковь дважды горела. Но чудом уцелела в Сакмарском школьном музее печать храма иконы Казанской Божьей Матери второй пол. XIX в., которую использовали для подтверждения документов по церковным делам, касающихся, в основном, выдачи зарплаты священнослужителям и работникам церкви.

    Престольными праздниками храма были 21 июля, 4 ноября – Казанской иконы; 12 февраля – день памяти святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста; 8 ноября – вмчн. Димитрия Солунского.

    Новой страницей в истории храма является период его разрушения в эпоху Советской власти и атеистическая борьба с верующими. Село Сакмара, как и всю страну,в 1917 г. постигла трагическая участь. Люди стали бояться ходить в храм, поэтому было организовано несколько молельных домов в селе.

    Последним священником Казанского храма при Советской власти был Михаил Алексеевич Горбунов, служивший два года (1927 – 1929гг.). О нем рассказала его дочь, Мария Михайловна: «В церкви не было батюшки, и наши сельчане поехали в Оренбург просить, чтобы нашего отца рукоположили в сан священника. Папу вызвали в Оренбург, уговаривали принять священство. Бабушка, его мать, не хотела этого, отговаривала, мама тоже – такое смутное время! Но отец принял сан. Он ведь все время пел на клиросе, ему от церкви оторваться было тяжело. Став священником отец Михаил духовно сплотил рассыпавшийся приход. За его благочестивую жизнь священника уважали не только православные, но и мусульмане. «Так, когда однажды был сильнейший пожар в Татарской Каргале, к отцу Михаилу приехал мулла, встал на колени и просил: «Ой, Мыхайла, моли русский Бог Мыкола тушить наша Каргала!». Тот успокоил: «Конечно, помолюсь. Там ведь и русские тоже есть. Помолюсь!». Потом этот мулла приезжал, благодарил. «Я, – говорит, – подъезжать стал – уже почти что утушили Каргалу!». В 1929 г. церковь закрыли. По воспоминаниям дочери священника М.М.Тиховой, «её решили взорвать, но взрыв не получился. Пытались маломощным трактором стянуть крест – не удалось. Пригнали из Оренбурга более мощный трактор. Путем расшатывания снесли крест, затем разгромили колокольню, сняли шесть колоколов. Самый большой был сильно поврежден. В лесу, напротив Виселичной горы, вырыли траншею и все в нее сбросили, закопали трактором. Жителей не допустили, была усиленная охрана. Боясь наказания, люди украдкой разобрали по домам иконы. Верх церкви сломали, жители села разобрали камень». После закрытия храма в 1929 г. отец Михаил стал работать кузнецом.

    Кто-то из односельчан позавидовал семье Горбуновых, которые недавно приобрели дом, и стал строчить доносы. В них говорилось, что священник Горбунов проводит антисоветскую пропаганду. В 1930 г. отец Михаил был арестован за антисоветскую пропаганду, отбывал наказание в различных исправительно-трудовых лагерях, в том числе на Беломорканале. Срок был равен 8 годам, но за «хорошую дисциплину и ударный труд» отца Михаила отпустили на два года раньше. Мария Михайловна вспоминает о лагерной жизни отца: «На Камчатке в лагере вместе со мной отбывали срок еще два священника. Один был старенький, немощный – мы его водили под руки. И он умолял: «Миша, ешьте мою пайку! Я старый, больной, не выживу. А вы еще людям пригодитесь, может, и послужите!» Нам не запрещали – мы каждый вечер втроем служили. Встанем и молимся. А потом к нам и другие люди стали присоединяться. Утром не разрешали служить, надо было работать. А вечером собирались и в камере служили».

    В 1937г. на отца Михаила написали вновь донос. «Факты» в бумаге приводились серьезные: вредительство и контрреволюционный заговор. Вместе с другими такими же «заговорщиками» его обвинили в умышленном повреждении железнодорожных рельс. Он был расстрелян на месте оренбургской голгофы – в Зауральной роще под Оренбургом.

    В 60-х гг.XXв. пришла открытка о реабилитации священника Горбунова. Удалось узнать о последних днях батюшки, по рассказам Марии Михайловны, «уже после реабилитации 60-х годов об отце мы узнали от дяди Вани Головченко, он жил на станции Сакмарской. Головченко обвинили в поджоге. Посадили в тюрьму в Оренбурге, и угодил он в одну камеру с моим отцом. Вечером открывается дверь, в камеру втаскивают и швыряют не поймешь кого – окровавленное тело. Дядя Ваня подошел, присмотрелся: «Лексеич, да неужто это ты?!». Без сознания, не отвечает. Когда отец очнулся, Головченко стал уговаривать: «Лексеич, пожалуйста, уж как хочешь, во всем сознавайся, все подписывай – отсидишь, да хоть живой останешься!». А он отказался: «Нет, я не могу перед Богом клеветать ни на себя, ни на других. Что будет, тому и быть, на все воля Божия!». Дядя Ваня восемь лет отсидел и вернулся, а отца тогда же расстреляли».

    Храм, начиная с 1929г., советская власть стала постепенно разрушать. Надгробный камень над могилой Прокофия Учаева перенесли на кладбище, а места около церкви перекопали так, что все возможные захоронения священников за алтарём превратились в смесь земли и костей. Каменную оградку разобрали. Перед войной устроили в здании церкви зерносклад, позднее – кинотеатр под названием «Родина». Вспоминает Ольга Ларькина о своих походах в кинотеатр: «И только старые люди сердились: грех ходить в кинотеатр, потому что это – обезглавленное и переделанное здание церкви. А мы-то – ходили… Господи, прости!». Казанскую площадь перед храмом переименовали именем В.Ульянова (Ленина), памятник которого стоит до сих пор напротив здания храма.

    Период восстановления Казанского храма приходится на время новой либеральной России. В день праздника Святой Троицы 1992 г. прихожане стали горячо молить Бога о возвращении церковного здания верующим. И 1 августа 1992 г. здание храма было возвращено православным. Двадцать человек образовали приходское управление: Петров Пётр Григорьевич, ПетроваНина Семёновна, Щуплова Антонина Алексеевна. Восстановительные работы возглавлял Олег Борисович Ступичкин, который станет в будущем священником и будет убит в селе Шайтанка Екатеринбургской епархии на Рождество. За 1992 г. было около шестидесяти крестившихся.11 апреля 1993 г. по благословению митрополита Леонтия (Бондаря, †1999), церковь освятил схиархимандрит Серафим (Томин, †2013), первое богослужение провел иерей Сергий Иванцов, служивший в храме Казанской иконы Божией Матери с 1992 по 1993 гг. Прихожане восстанавливали храм своими силами, прилагая все возможные усилия. С 1993 по 1994 г. в приходе служил иеромонах Карион. С 16 апреля 1995 г. по настоящее время в храме служит священник Василий Иванчук. Митрополитом Оренбургским и Бузулукским Леонтием он был рукоположен 12 февраля в сан диакона, а 26 февраля 1995 г. – в сан иерея. Указом от 15 апреля 1995 г. отец Василий направлен в Сакмару настоятелем храма Казанской иконы Божьей Матери. С первых же дней службы в храме отец Василий сразу установил четкий регламент работы, соответствующий правилам и нормам. Стала регулярно проводиться Божественная литургия, совершаться таинства крещения, венчания, причастия. Священник Василий выезжает на требы во все села Сакмарского района. Он стал душой села Сакмары, подавая своим дружным семейством нравственный пример сельчанам. У батюшки Василия и его супруги Галины девять детишек: Михаил, Анастасия, Анна, Ольга, Марина, Ирина, Кирилл, София, Андрей. Под его руководством храм уже был почти готов к освящению. Но за грехи, постигшие людей в «лихие 90-е», Господь посетил сакмарцев. В день грозного Архистратига Михаила, 21 ноября 1998 г. в храме произошёл пожар, который оставил лишь голые стены от здания. Из летописи Сакмарского храма: «Мы вызвали пожарных, а сами с молитвой на устах стали выносить иконы и церковную утварь. Пожарные, безуспешно пытавшиеся погасить огонь, вышли следом, и сразу рухнула крыша на то место, где только что были люди. Выгорело все, остались одни обгорелые каменные стены. Митрополит Оренбургский и Бузулукский Леонтий тогда сказал: «Сгорела не церковь, а место, которое оскверняли». Храм отстраивается почти заново, но дело движется медленно из-за нехватки средств. Объем строительства большой: высота храма 30 метров, ширина 16 метров, длина 34 метра». За время своего почти 20-тилетнего служения отец Василий награждён от правящего Архиерея Митрополита Оренбургского и Саракташского Валентина набедренником, камилавкой, наперстным крестом, в 2008 г. – возведён в сан протоиерея.

    Люди обратились к Богу, и храм медленно стал восстанавливаться. 9 ноября 2008 г. состоялось торжественное освящение и подъем главного купола церкви, которое было совершено митрополитом Оренбургским и Бузулукским Валентином.Храм стал духовным и архитектурным центром села Сакмара. Храм производит высокое эстетическое впечатление.Здание восстановленной церкви, как и предыдущей, трёхнефное, разделено четырьмя столпами. Центральный неф завершается барабаном с 8 оконными проёмами, которые украшены фигурными полуциркульными наличниками, шеей с эмитированными 6 оконцами и золочёной главкой в форме луковицы. На западном фасаде надстроена ярусная колокольня с большим золочёным куполом. Всего у церкви имеется 8 колоколов: 4 маленьких (зазвонных), 3 средних и 1 большой (набатный). Под колокольней строитсякрестильня и воскресная школа.

    Особо следует остановиться на святынях храма и прихожан. Реликвии храма и прихожан – ценнейшие свидетельства исторической памяти, которые играют важную роль в духовном воспитании веры и ценностей жителей Сакмары. Одной из них является Тихвинская икона Божией Матери, которую в 2003г. принесла в храм Пархоменко Мария Ивановна. Когда иконную доску поместили на аналое, произошло обновление иконы. Это случилось как раз в то время, «когда за океаном было принято решение вернуть в Россию Чудотворную Тихвинскую икону Божией Матери».Сейчас можно отчётливо увидеть не только иконописное изображение Богоматери с Младенцем, но и часть подписи.Такие чудеса свидетельствуют, что происходит самое главное – обновление веры в душах прихожан. И обновление икон символическое тому свидетельство.

    Примечательны и Царские Врата в иконостасе храма. «Царские врата, – что следует из интервью прихожан, – очень красивые, а вырезаны они Еленой Федоровной из липы. Художник по образованию, она в течение 11 месяцев вырезалас молитвой христианский символ – гроздья винограда, покрыла их воском. Виноградная лоза – это христианский символ труда над душой: сложно дается человеку выращивание винограда, но еще сложнее дается ему духовный труд. Так ей Господь на душу положил, взялась — и сделала. В кровь стирала руки, плакала от боли, но вырезала грозди винограда, изящный орнамент. И ни копейки не взяла за работу, сделала во славу Божию. Только сам материал оплатили, восемнадцать тысяч, а ее работа – дар нашему храму».

    В храме также находилось Распятие Христово.Из воспоминаний Натальи Ивановны Логуновой: «Эта женщина была одинокая, набожная очень и очень малоразговорчивая. В 1975-м году, почувствовав себя слабой, зазвала к себе мать мою, Марию Николаевну Комиссарову. И велела разобрать ей ветхую стену из камня внутри жилья. За ней оказалось малое пространство, а в нем – большая икона весом килограммов сорок и престольный крест. Икона Божией Матери с младенцем – большая и тяжелая, но лик ее был испорчен. Следы ее потерялись. Возможно, икона до сих пор в Сакмаре. А вот крест сохранился прекрасно. Распятие Христа, написанное яичными красками с золотом, хранилось в доме моей матери 35 лет. Был период тотального увлечения стариной, цель, конечно же, меркантильная. И было очень страшно за маму и за крест. Но Бог миловал, и он сохранился. Маме скоро исполнится 88 лет, и, будучи еще в светлой памяти, она пожелала вернуть крест православной церкви, хотя и староверка. Теперь он там, и на него можно посмотреть и помолиться».

    На левом столпе Казанского храма – Табынская икона Божией Матери, которая является покровительницей всей Уральской земли. Именно на этой иконе насчитывается немалое число цепочек с крестиками и колец. Это знак того, что люди получили исцеление, помолившись перед этой иконой. В храме есть ещё одна икона Божией Матери – Федоровская, на которой тоже висят цепочки, кольца и образок Богородицы.

    К этим святыням Казанского храма обращаются все верующие жителя Сакмары, и они имеют для всех важную историческую ценность. На непростых по отношению к религии и церкви этапах истории жители села делали всё возможное, чтобы сохранить иконы и иные ценные предметы религиозного культа.

    Подводя итоги статьи, сделаем выводы. Религиозность являлась важнейшим духовным приоритетом жизнисакмарцев, духовные события, связанные с Казанским храмом, тесно переплетаются с социальными событиями станицы Сакмара, общероссийской историей.

    Прошедшие два десятилетия XX – нач. XXIвв., после изменений в общественно-политической ситуации в стране характеризуются двойственностью: с одной стороны, активно началось возрождение религиозной жизни, с другой стороны, происходит дальнейшее духовное обнищание России, забвение в условиях вестернизации культуры своих исторических корней.

    http://orenclub.info/cmspage/801
     
    Последнее редактирование: 2 ноя 2014
    PaulZibert и Дождевой Земляк нравится это.
  3. Владислав
    Offline

    Владислав ФилосоФил

    Регистрация:
    20 дек 2009
    Сообщения:
    5.986
    Спасибо:
    8.292
    Отзывы:
    156
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Оренбург
    Имя:
    Владислав
    Интересы:
    ФИЛобутонистика
    Храм Казанской иконы Божией Матери села Сакмара

    24927450px-Sakmara_Gereja.jpg
     
    Последнее редактирование: 1 ноя 2014
    Дождевой Земляк нравится это.

Поделиться этой страницей

Сейчас читают тему (Пользователи: 0, Гости: 0)