Сибирские стрелки в Первой мировой войне

Тема в разделе "Россия. Русская Императорская Армия", создана пользователем zunder1, 27 дек 2012.

  1. zunder1
    Offline

    zunder1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 дек 2012
    Сообщения:
    6.582
    Спасибо:
    33.658
    Отзывы:
    444
    Страна:
    European Union
    Из:
    *
    Интересы:
    *
    f408d18a2ec97fc3cdd952ad1d4.jpg


    П.А. Новиков
    Сибирские стрелки в Первой мировой войне

    Более 100 лет отделяют нас от событий Первой мировой войны. Этот масштабный конфликт занимает ключевое место в мировой и российской истории XX в. Однако изучение Первой мировой войны еще далеко от завершения как благодаря введению в научных оборот новых источников, так и за счет переоценки прежних схем и положений.

    В данной статье дается краткий обзор воинских соединений и частей, отправленных на фронт из Сибири, а также приводятся и анализируются наиболее информативные свидетельства о сибирских стрелках.
    Причем приоритет отдан наблюдениям отдельных очевидцев, дающим весьма яркую и рельефную картину, рассмотрены данные о потерях как сибирских частей, так и русской армии в целом.

    К 1914 г. в Приамурском военном округе (Дальний Восток) дислоцировались 1, 4 и 5-й в Иркутском (Восточная Сибирь) – 2 и 3-й Сибирские армейские корпуса в Омском (Западная Сибирь) – 11-я Сибирская стрелковая дивизия.
    В военное время в Иркутском округе дополнительно должен был развернуться 6-й Сибирский корпус из 12-й и 13-й Сибирских второочередных дивизий, в Омске – 14-я Сибирская дивизия. Полки этих трех дивизий формировались на базе скрытых кадров 7, 8 и 11-й Сибирских дивизий.

    Каждый полк первой очереди выделял второочередному 19 офицеров, одного военного чиновника и 262 солдата. При мобилизации Россия в дополнение к 70 полевым пехотным дивизиям и 18 стрелковым бригадам развертывала еще 35 резервных дивизий (53–84-е пехотные и три Сибирские).

    С 1910–1911 гг. в состав армейских корпусов входили все войска, расположенные в корпусных районах. Ранее инженерные войска, мортирная и тяжелая артиллерия в состав корпусов не входили, а лишь придавались им для совместных упражнений.
    Теперь же артиллерийские бригады были подчинены начальникам пехотных или стрелковых дивизий, а для комплектования личным составом каждый корпус получил ближайшие к гарнизонам районы. Однако выполнить последнее правило в Иркутском военном округе было почти невозможно, так как при потребности в нижних чинах запаса мобилизации в 150 тыс.чел. в районе округа в 1913 г. имелось только 41 тыс.
    чел. Этого было недостаточно для укомплектования даже первоочередных частей, всего же не хватало до 23% личного состава. «Огромные расстояния и плохие пути сообщения (Иркутского) округа, замедляющие прибытие запасных на сборные пункты, препятствуют П.А. Новиков Сибирские стрелки в Первой мировой войне назначению определенных территориальных районов для войсковых единиц. Введено в принцип посылать первые укомплектования, ранее прибывшие на сборные пункты, в войска 2-го Сибирского армейского корпуса: ближайших уездов к Чите – в 4-ю Сибирскую дивизию, более западных – в 5-ю Сибирскую» [1, л. 71]. Недостающие Иркутскому военному округу люди направлялись из Омского (70159 чел.) и Казанского (40669 чел.) округов [2, с. 122].

    Для ускорения прибытия в Польшу 1-го и 2-го Сибирских корпусов из Забайкалья и Приморья предназначенные для их окончательной мобилизации запасные 10-ти уездов Вятской и Пермской губерний были поданы при перевозке соединений на запад. Заблаговременно в уезды были высланы офицеры обоих корпусов [3, с. 98]. Кроме того, до войны корпуса уже содержались в усиленном составе. В большинстве
    же полевых войск после мобилизации в ротах было 25–30% кадровых (действительной службы) солдат, остальные были призваны из запаса.
    В целом в 1914 г. русская кадровая армия проявила себя с лучшей стороны. «Многие войсковые части дали блестящие образцы доблести, стойкости в бою и неутомимости. Но наряду с такими частями, обнаружились и другие, от которых можно было бы требовать проявления большей сопротивляемости и напряжения.
    Разница не только войск 1-й и 2-й очереди. В рамках одной категории боевой удельный вес различался. Причины пестроты различны: условия жизни, обучения и комплектования воинских частей новобранцами и запасными, индивидуальные качества начальства, традиции частей и округов, известная самостоятельность командующих войсками округов в руководстве обучением» [4, с. 190]. Учитывая относительную (в сравнении с солдатами) однородность генеральского и офицерского состава императорской армии, отметим, что за военные неудачи не всегда ответственно только высшее командование. Это, однако, не значит, что «высочайшей доблести русских войск и их не имеющей равной тягучести» не приходилось много раз кровью искупать недостатки собственного руководства.

    Во время Первой мировой войны из Сибири на фронт было отправлено 6 Сибирских армейских корпусов или 14 Сибирских стрелковых дивизий, 9 Забайкальских, 8 Сибирских, 2 Амурских, Уссурийский казачий полк, Приморский драгунский полк. Штаб и управления 6-го Сибирского корпуса были сформированы по приказу Верховного Главнокомандующего №36 от 2 сентября 1914 г.
     
    Fishunter нравится это.
  2. zunder1
    Offline

    zunder1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 дек 2012
    Сообщения:
    6.582
    Спасибо:
    33.658
    Отзывы:
    444
    Страна:
    European Union
    Из:
    *
    Интересы:
    *
    По окончании формирования в Иркутске штаб и управления корпуса
    выступили на театр военных действий в г. Седлец. На
    11 октября в 6-й Сибирский корпус входили 13-я (раз-
    вернута в Красноярске) и 14-я (в Омске) Сибирские
    дивизии, позднее 13-я будет заменена на 3-ю Сибир-
    скую (до войны дислоцировалась во Владивостоке).
    Еще один корпус (7-й Сибирский) и 9 дивизий
    с 15-й по 22-ю Сибирские, а также Сводная Сибир-
    ская были сформированы уже в действующей армии,
    на фронте. Корпус образован летом 1915 г., а диви-
    зии – в конце 1916 г. – начале 1917 г. При этом по две
    дивизии сформированы при 3-м и 7-м Сибирских
    корпусах, по одной при остальных: 1, 2, 4, 5, 6-м.
    При перевозке мобилизованных порой возникали
    проблемы. Подпоручик П. Шапошников, комендант
    станции Зима в июле 1914 г., вспоминал: «Из вагонов
    неслись песни, звуки гармони и крики подвыпивших
    “чалдонов”, будущих лихих Сибирских стрелков,
    крепких, как таежные кедры, тяжелых на подъем, но
    безудержных и упрямых, если уж поднялись, часто
    доходящих до штыка в атаках 1914–1915 гг. Расстоя-
    ния длинные в Сибири. По 5–6 дней езды в душном
    вагоне нервировало людей, надоедало. Поэтому
    кое-где были опасные взрывы, почти бунты. Против
    кого? Да, против всех и никого! Чтобы поразмяться.
    Была и агитация против «начальства». Ведь Сибирь
    в то время была полна политических ссыльных.
    Как-то получаю телеграмму от коменданта станции
    Красноярск об эшелоне из Омска: “Эшелон буйный,
    грабит казенки, на станции (название забыл!) им
    убит комендант станции штабс-капитан Иванов”»
    [5, с. 6]. При 20-минутной остановке в Зиме «пас-
    сажиров» сумели словесно образумить, а до 10 чел.,
    успевших в селе Зима ограбить водочную «казенку»,
    задержать. Впоследствии, в 1916 г. «Инструкция
    начальника поезда по передвижению эшелона на
    Театр военных действий» была переработана – ему
    предоставлены права командира батальона, а солдат
    для предотвращения массовых побегов полагалось
    размещать в вагонах повзводно, а не так, как это
    было ранее, по уездам.
    Сибирские стрелки стали последним крупным
    резервом первоочередных частей Российской импе-
    рии, брошенным на чашу весов начального периода
    войны. Насколько стратегически грамотно был за-
    действован этот резерв – это вопрос к русскому Вер-
    ховному командованию, вопрос острый. Однако все
    сибирские части подтвердили блестящую репутацию,
    заслуженную в русско-японскую войну. Сначала они
    сражались на северо-западном направлении, затем
    на всем протяжении Восточного фронта от Балтики
    до Румынии, а часть забайкальских казаков – и в Ази-
    атской Турции и Западной Персии.
    Сибирские стрелки особенно отличились в боях
    за Варшаву, Лодзь в Августовских лесах. А.В. Туркул
    писал: «Сибиряки, чалдоны, крепкий народ. Я пом-
    ню, как эти остроглазые и гордые бородачи ходили
    в атаку с иконами поверх шинелей, а иконы большие,
    почерневшие, дедовские. Из окопов другой норовит
    бабахать почаще, себя подбодряя, а куда бабахает и не
    следит. Сибирский же стрелок бьет редко, да метко…
    Губительную меткость их огня и боевую выдержку
    отмечают многие военные писатели» [6, с. 10].
    Бои за Варшаву в конце сентября 1914 г. отражены
    и в художественной прозе:
    Из-за Уральских гор, из лесных дебрей Забайкалья,
    с верховьев Амура, – еще дальше, из глубины Азии
    с рубежа Маньчжурских степей, от самых крайних
    пределов России, раскинувшейся на две страны
    света, – каждый день отходили красные поезда,
    бесконечно-длинные, медленные, как пульсация крови
    в жилах организма… Покинув свои поезда, сибирские
    стрелки выстраиваются для похода и столица, которую
    нужно спасти, принимает их в свое недра. Неведомый
    город, прекрасный, изнеженный, почти веселый, будто
    он не успел еще поверить в кровавый ужас, надвинув-
    шийся на него так неожиданно. Стрелки идут мерным
    шагом вперед, к своей цели. Поступь их тверда, лица
    спокойны и непроницаемы. Бесконечным потоком
    серых шинелей, папах и штыков разрезают они живую
    стену толпы, запрудившей площади и улицы, и тихо
    колышатся впереди, точно хоругви перед крестным
    ходом их знамена, в дыму и крови освященные на
    Маньчжурских равнинах… Новый взрыв громового
    «ура», и авиаторы видят сверху серую пелену си-
    бирских папах, клином врезавшуюся в густые ряды
    германцев… Молча и сосредоточенно гонят они перед
    собой обезумевшего врага, упорство которого слом-
    лено сразу и бесповоротно, занимая одну за другой
    его траншеи, усеивая свой путь грудами вражеских
    трупов, сами не зная, где кончится их преследование.
    Битва выиграна, германцы отступили от Варшавы…
    И в широких волнах той же песни по-прежнему звучит
    сила, самая грозная из всех – сила побеждающей воли
    человека» [7, с. 14–16].
    Исследователь А. Смирнов подчеркивает, что
    «Первая мировая война еще раз показала, что боевые
    качества войск зависят не только от уровня их выучки,
    но и от особенностей тех или иных групп населения,
    а также от армейских традиций части. Так, среди сол-
    дат русской пехоты явственно выделялись сибиряки.
    В 1914 – начале 1915 г. солдаты-сибиряки еще были
    сконцентрированы в Сибирских стрелковых дивизиях,
    но в дальнейшем и в них, и в других соединениях слу-
    жили уроженцы, как Сибири, так и остальной «Расеи»
    [8, с. 23]. Например, в 17-м Сибирском полку среди
    119 убитых с 3 по 24 ноября 1914 г. до половины – уро-
    женцы Иркутской губернии, остальные – Енисейской
    губернии и Забайкальской области; в 18-м Сибирском
    полку среди 116 убитых с 27 сентября по 17 ноября
    1914 г. половина уроженцы Енисейской губернии,
    остальные Черниговской, Полтавской, Люблинской идругих
    [9, л. 1; 10, л. 1]. В потерях 47-го Сибирского
    полка в октябре 1914 г. – январе 1915 г. преобладали
    уроженцы Томской губернии.
     
    Fishunter нравится это.
  3. zunder1
    Offline

    zunder1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 дек 2012
    Сообщения:
    6.582
    Спасибо:
    33.658
    Отзывы:
    444
    Страна:
    European Union
    Из:
    *
    Интересы:
    *
    В феврале 1915 г. среди убитых солдат 45-го
    Сибирского полка уроженцы уже практически всех
    губерний России, у 16-го Сибирского полка сибиряков
    не более 10%. В потерях 32-го Сибирского полка на
    озере Нарочь 8-16 марта 1916 г. половину составляли
    уроженцы Тобольской и Томской губерний, среди
    оставшихся – Вятской, Акмолинской и др. [11, л. 84;
    12, л. 68; 13, л. 62]. В 48-м Сибирском полку среди
    убитых 3–9 июля 1916 г. уроженцев Оренбургской
    губернии – 5 чел., Уфимской – 4, Казанской – 1,
    Пермской, Тобольской – 1. В 17-м Сибирском полку
    среди 3 убитых и 7 раненных в январе 1917 г. уже
    ни одного сибиряка…
    Приведем несколько примеров доблести сибир-
    ских стрелков. В германской армии каждый батальон
    имел свое знамя. За Первую мировую войну русским
    трофеем стало единственное германское знамя –
    1-го батальона 34-го фузилерного королевы Вик-
    тории Шведской полка. Этот батальон был пленен
    3-м Сибирским стрелковым полком под началом
    генерал-майора В.А. Доброжанского 13 февраля
    1915 г. под Праснышем [14, с. 38]. Знамя, сорванное
    с древка, было брошено в колодец, в котором оно и
    было найдено (полотнище, навершие и ленты). Фузи-
    леры входили в 6-ю германскую резервную бригаду,
    совершенно разбитую сибиряками.
    Еще три германских знамени захватывали русские
    войска, но сразу были отбиты немцами в рукопашном
    бою. Это знамена 128-го и 141-го германских полков,
    взятые в Гумбиненском сражении соответственно
    107-м Троицким и 108-м Саратовским русскими
    полками. Временным русским трофеем было и знамя
    2-го батальона 2-го резервного гвардейского пехот-
    ного полка. Под ударами сибиряков 9 октября 1914 г.
    у Бакаларжева 2-й батальон 18-го ландверного полка
    сжег свое знамя, а в феврале 1916 г. в Августовских
    лесах 1-й батальон 17-го германского пехотного полка
    потерял знамя. Его обнаружили много дней спустя под
    трупами убитых и вернули в полк.
    12 февраля 1915 г. в районе того же Прасныша
    «отряд, собранный из команд конных разведчиков
    2-й Сибирской дивизии, под командой капитана
    5-го Сибирского полка Толстова у д. Эмова атаковал
    австрийскую пехоту с артиллерией. Взяты пленные
    и 4-х орудийная батарея» [15, с. 43]. Капитан Толстов
    с разведчиками в конном строю не раз опрокидывал
    и вражескую кавалерию.
    Западнее Варшавы у Воли Шидловской 1 июня
    1915 г. 14-я Сибирская дивизия первой из русских
    соединений подверглась газобаллонной атаке немцев.
    Пострадало 5983 чел., из них 891 умер от отравления
    хлором [16, с. 174]. Несмотря на потери, были отбиты
    более 10 атак.
    Под Праснышем 11–12 февраля 1915 г. 1-й Сибир-
    ский корпус, захватив 10 тыс. пленных, установил
    рекорд для операций Антанты. Он же в марте 1916 г.
    неудачно наступал у озера Нарочь, потеряв до поло-
    вины состава убитыми и ранеными. В Брусиловском
    прорыве участвовал 5-й Сибирский корпус, перебро-
    шенный с Северного фронта. Последние примеры
    боевой славы сибирских стрелков: удар на Митаву
    в конце 1916 г. и летнее наступление 1917 г. всех
    фронтов, проваленное из-за революционного развала.
    Однако разложение русской армии в 1917 г. быстро
    покончило с некогда крепкими боевыми традициями
    соединений. Последовало братание и фактическое
    перемирие с врагом.
    В пункты довоенного квартирования Сибирские
    корпуса уже не вернулись. Вот примеры завершения
    их боевого пути: 2-й Сибирский корпус был расфор-
    мирован в Ярославле в конце марта 1918 г. [17, л. 18;
    18, л. 284]. 3-й Сибирский корпус встретил немецкое
    наступление 18 февраля 1918 г. в составе 2-й армии
    Западного фронта, и ему в отличие от Гренадерского
    и 9-го армейского корпусов удалось избежать немец-
    кого плена. Прибыв в Смоленск, штаб 3-го Сибир-
    ского корпуса расформировался, распустил личный
    состав, сдав вывезенные им дела отчетность.
    4-й Сибирский корпус встретил демобилизацию
    в 6-й, самой южной, армии Румынского фронта.
    После упорных боев с отрядами Центральной Рады
    и румынскими войсками из всей 6-й армии только
    части 4-го Сибирского и 47-го армейского корпусов
    прорвались к Одессе и Тирасполю. Здесь они соеди-
    нились с 1-й революционной армией и участвовали
    в боях против румын.
    6-й Сибирский корпус был демобилизован в мар-
    те 1918 г. в Камышлове Пермской губернии. 7-й Си-
    бирский корпус встретил перемирие в 7-й армии
    Юго-Западного фронта. 12 декабря 1917 г. комитет
    47-го Сибирского полка, а 15 декабря и комитет 51-го
    Сибирского, отправили в Центральную Украинскую
    раду свои резолюции: «Рада на требование русских
    революционных войск о замене их украинцами на
    территории Украины, ввиду украинизации Юго-
    Западного и Румынского фронтов, ответила арестом
    военно-революционных комитетов, разоружением
    русских революционных частей, шедших против
    контрреволюционных попыток Каледина и Ко»
    [19, с. 468, 579]. Полковой комитет 47-го Сибир-
    ского полка заявил, что «полк с позиций снимается
    и требует беспрепятственного пропуска через Украину
    со всем имуществом и оружием, что свое требова-
    ние в случае препятствий полк поддержит всеми
    имеющимися у него средствами – включительно до
    оружия». Дивизии 7-го Сибирского корпуса были рас-
    формированы в марте 198 г. Демобилизация 7-й армии
    завершились в апреле в городах Центрально-Черно-
    земного района.
     
    Fishunter нравится это.
  4. zunder1
    Offline

    zunder1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 дек 2012
    Сообщения:
    6.582
    Спасибо:
    33.658
    Отзывы:
    444
    Страна:
    European Union
    Из:
    *
    Интересы:
    *
    История
    Немцы надолго запомнили сибирских стрелков.
    Так, немецкий генерал Второй мировой войны
    Г. Блюментрит писал: «Сибиряк, которого частично
    или даже полностью можно считать азиатом, еще
    выносливее, еще сильнее и обладает значительно
    большей сопротивляемостью, чем его европейский
    соотечественник. Мы уже испытали это на себе во
    время первой мировой войны, когда нам пришлось
    столкнуться с Сибирским армейским корпусом» [20,
    с. 72]. В русском переводе, вероятно, допущена не-
    точность, не корпус, а корпуса. Тот же Блюментрит
    вспоминал: «В 1914–1918 гг. как лейтенант, я первые
    два года сражался против русских после первого боя
    с французами и бельгийцами в Намюре в августе
    1914 г. В наших самых первых атаках на Русском
    фронте мы быстро осознали, что встретили совершен-
    но других солдат, чем французы и бельгийцы. Более
    суровых воинов с крепким боевым духом и решитель-
    ностью. Мы терпели значительные неудачи. В те дни
    это была Русская Императорская армия. Суровые, но
    в общем добродушные, они имели привычку предавать
    огню в военных целях города и деревни в Восточной
    Пруссии, когда их силы отходили… когда я называю
    основную массу Русской армии добродушной, я гово-
    рю об их европейских войсках. Значительно тверже
    были Азиатские войска, Сибирские корпуса в их
    жестоком поведении» [21].
    Блюментриту вторит Э. Людендорф, в 1914 г. – на-
    чальник штаба германского Восточного фронта: «Си-
    бирские корпуса были особенно сильны и доставили
    нам много хлопот» [22, с. 79]. Весьма образны и рус-
    ские свидетельства. Например, в автобиографичном
    художественном произведении маршал Р.Я. Мали-
    новский приводит свои впечатления как рядового
    1914 г. в боях под Сувалками: «Левее, у сибиряков,
    шли упорные штыковые схватки. Там германская пе-
    хота, окрыленная недавней победой над гренадерами,
    не сдавалась. Но, разобравшись, с кем имеет дело, по-
    теряла устойчивость и отступила» [23, с. 100]. Другой
    очевидец: «Когда российский какой полк стоит, гер-
    манцы выставляют 2 часовых, а как только разведали,
    что подошел сибирский, то 20 часовых выставят».
    Когда-то в русской армии при каждом полку фор-
    мировался свой запасной батальон, для чего из войск
    выделялось небольшое число офицеров и солдат.
    С 1911 г. число запасных батальонов было уменьше-
    но, они стали считаться общеармейским достоянием.
    Укомплектования посылались из разных тыловых ба-
    тальонов в различные фронтовые части [24, с. 211]. Ге-
    нерал Н.Н. Головин указывал: «Раненые, как правило,
    не возвращались в свои части… Дух части понижала
    взаимная «чуждость» начальников и подчиненных.
    В.А. Сухомлинов (военный министр 1909–1915 гг.) и
    его сотрудники понимали идеи укомплектования очень
    узко, если можно так выразиться, материалистично,
    только в смысле ускорения мобилизации [25, с. 26].
    Другими словами, недооценивалась духовная состав-
    ляющая территориальной системы комплектования.
    Для пояснения обратимся к рассказу подполковни-
    ка 6-го Сибирского полка Л.В. Сейфулина «Сибирские
    стрелки». В нем телефонист ефрейтор Ширкин от-
    лежал в лазарете в Петрограде 6 месяцев и так рас-
    сказывал о том, что произошло дальше:
    Как выписались мы из лазарету, так нас значит сбили
    в кучу человек с тыщу, а может и больше, и погнали нас
    в манеж на разбивку, куды кого значит… Ну и видим
    мы, что нас, сибиряков, гонют в россейские полки,
    в пехоту, кого куда… Мы, было, начальство, чтобы,
    значит, в свою часть. Невозможно говорят, некогда вас,
    по фронту катать, да ваши полки разыскивать, поэтому
    даже и неизвестно, где они, ваши полки-то… Замолчали
    мы, обидно это нам, но ничего не поделаешь, потому
    начальство. Друг от дружки не отбиваться, да нас, вот
    с нашей дивизии человек сорок было… Построили это
    нас, подравняли… Стоим это мы ждем… А начальство
    бегает, суетиться и все друг дружку ремешки поправляет.
    Генерал объявил: «Гляди, гляди молодцами, ребята, вас
    провожать опять на позиции будет сам Государь Импе-
    ратор». Ну, думаю себе я, теперь наше дело выгорит.
    Глядь, идет Царь по фронту. Мы это «ура» кричим,
    а за ним начальства этого страсть. Стал обходить фронт.
    Расспрашивает которых, как и что… Я стою, грудь
    вперед выпятил, аж дышать тяжело… Вот и ко мне
    подходит Царь.
    – Здорово, кавалер!
    – Здравия желаю, Ваше Императорское Величество.
    – Совсем здоров? – спрашивает. – Хорошо ли ле-
    чили?
    – Покорнейше благодарим Ваше Императорское
    Величество, всем много довольны, только…
    – Что? – Быстро это так спросил.
    – Обида маленькая выходит…
    – Какая обида? Кто тебя обидел?
    – Позвольте доложить, Ваше Императорское Вели-
    чество, так что, никак нет, никто не обидел, только об-
    ратно в свою часть не пущают… я, как есть, сибирский
    стрелок, потому в Сибирском стрелковом полку мы, так
    мне служить в Россейской пехоте никак невозможно…
    У нас своя часть есть.
    – Какая же эта часть? – спрашивает Царь, а сам
    смеется.
    – 1-й Сибирский корпус, Ваше Императорское Вели-
    чество… Нас тут с одной дивизии человек 40 есть.
    – Хорошо, – говорит, – обижать вас не буду…
    А где крест получил?
    – Папьяницы, за Аршав городом, Ваше Император-
    ское Величество.
    – Спасибо за службу, – говорит.
    – Рады стараться, Ваше Императорское Вели-
    чество.
    Обернулся это Царь к начальству, да и говорит:
    – Отправить этих орлов по своим гнездам… По-
    том, как уехал Царь, подлетывает ко мне молодой гене-
    рал и спрашивает:
    – Как это ты осмелился?
    – Виноват, – говорю, – Ваше Превосходительство,
    но как мы есть сибирские стрелки, нам в Россейской
    пехоте никак невозможно. Потому с полку нас уволили
    в лазарет, а не то, чтобы в Россейскую пехоту.
     
    Fishunter нравится это.
  5. zunder1
    Offline

    zunder1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 дек 2012
    Сообщения:
    6.582
    Спасибо:
    33.658
    Отзывы:
    444
    Страна:
    European Union
    Из:
    *
    Интересы:
    *
    – Да сам то ты кто? – спрашивает.
    – Ефрейтор 9-й роты 8-го Сибирского стрелкового
    полка, Иван Ширкин, Ваше превосходительство, – го-
    ворю.
    – Русский?
    – Так точно, Ваше превосходительство, русский,
    только Сибирского стрелкового полка, – обратно до-
    кладаю ему, потому боюсь, что он меня на словах
    метко пымает и опять в Россейскую пехоту загонит.
    «А ну тебя», – говорит, и даже рукой махнул. Ну, думаю
    себе, махай не махай, а быть мне дома в своей роте. Так
    и вышло: дали нам вагон, причепили к кульерскому
    поезду на Аршаву, пулей поперли, так что на 5 сутки
    я уже к ротному явился» [26, с. 14–15].
    Таким образом, доля уроженцев Сибири в рядах
    сибирских армейских корпусов и Сибирских стрел-
    ковых дивизий была наибольшей осенью 1914 г.,
    сразу после мобилизации. Какой-либо системы в по-
    следующих пополнениях не отмечается. Призывники
    из сибирских губерний пополняли обычные пехотные
    части, и, наоборот, уроженцы Европейской России
    становились бойцами сибирских стрелковых полков.
    Не выявлено какого-либо соответствия ни между за-
    пасными бригадами и губерниями призыва личного
    состава, ни между запасными полками и частями
    действующей армии. Как следствие, если в конце
    1914 г. сибирские части были отмечены как наиболее
    стойкие, то в конце 1916 г. именно в них происходят
    первые антивоенные выступления.
    По опыту 1914–1915 гг. на Сибирские корпуса
    возлагают самые ответственные задачи, но, попол-
    ненные новым личным составом, они начинают разо-
    чаровывать командование. Так было 2 июля 1915 г.
    с 12 и 13-й Сибирскими дивизиями, образовавши-
    ми новый 7-й Сибирский корпус. «Боевая слава,
    заработанная ими на полях Галиции и в Карпат-
    ских горах», позволила командующему 5-й русской
    армией генералу П.А. Плеве считать стрелков на-
    дежным прикрытием города Митава. «Но слава этих
    дивизий была заработана теми, кто остался на полях
    сражений, а здесь из испытанных бойцов было не
    более 7–8%» [27, с. 30]. В дальнейшем снижение бое-
    способности продолжилось. Особенно напряженная
    ситуация была на Северном фронте. В середине де-
    кабря 1916 г. его командующий генерал Н.В. Рузский
    говорил: «Рига и Двинск – два распропагандирован-
    ных гнезда». Командующий Юго-Западным фронтом
    А.А. Брусилов сообщал: «7-й Сибирский корпус при-
    был из Рижского района совершенно распропаган-
    дированным, люди отказывались идти в атаку, были
    случаи возмущения».
    При описании войн и сражений очень важны све-
    дения о людских потерях. Относительно сибирских
    стрелков есть две группы данных.
    Во-первых, это записи о потерях в журналах воен-
    ных действий 3-го Сибирского корпуса [28]. Журналы
    заполнялись с 27 августа 1914 г. по 31 августа 1917 г.,
    причем регулярные записи о суточных потерях появи-
    лись только после 14 апреля 1915 г. По этим неполным
    данным потери корпуса составили: 7043 нижних чина
    убито, 25191 нижний чин ранен и контужен, 10209
    нижних чинов пропало без вести, 309 контужено, один
    перебежал к немцам, 2 обморожено, 7 отравлено газом,
    42 дезертировали. Учитывая еще и записи выбывших
    без разделения на убитых, раненых и пропавших
    в 14765 чел., получим общие потери 3-го Сибирского
    армейского корпуса в 57559 чел. При этом необходимо
    пояснить, что по штатам 1914–1915 гг. русский корпус
    насчитывал 886 офицеров, 120 врачей, 121 классного
    чиновника, 40099 строевых и 6960 нестроевых ниж-
    них чинов. В 1916–1917 гг. численность выросла до
    1248 офицеров, 147 врачей, 195 чиновников, 52015
    строевых и 16062 нестроевых солдат.
    Во-вторых, были проанализированы именные
    списки потерь нижних чинов 13, 14, 15-го, 16, 17, 18,
    20, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52-го
    Сибирских стрелковых полков. Списков потерь 19, 25,
    26-го Сибирских полков в Российском государствен-
    ном военно-историческом архиве нет.
    Итого, есть сведения разной степени полноты по
    21 полку, из них наиболее полные по хронологии от-
    носятся к 4 полкам: 17-й Сибирский полк: 1439 убито,
    6610 ранено, 349 контужено и 5172 пропали без вести,
    итого, 13570 нижних чинов [29, л. 1–291; 30, л. 1–254].
    50-й Сибирский полк: 935 убито, 7894 ранено, 358
    контужено, 1380 пропали без вести и 5475 остались
    на поле сражения, итого, 16042 чел. [31, л. 1–294; 32,
    л. 1–301]. 51-й Сибирский: 907 убито, 6999 ранено,
    797 контужено, 581 пропали без вести, 5551 остались
    на поле сражения, итого, 14835 бойцов [33, л. 1–311;
    34, л. 1–286; 35, л. 1–307]. 52-й Сибирский: 1272 убито,
    6673 ранено, 276 контужено, 4920 пропали без вести,
    2575 остались на поле сражения, итого, 15716 чел.
    [28, 36, л. 1–308; 37, л. 1–266]. Таким образом, по до-
    кументальным данным каждый из этих полков потерял
    от 14 тыс. до 16 тыс. чел., при штате 4245 нижних
    чинов. Из них до 1500 убито, а 7500 пропали без ве-
    сти. Соотношение 1 к 5. Таким образом, общая убыль
    составила 4 полных состава, и к середине 1917 г. на
    фронтовых позициях стоял уже 5-й состав. Эти данные
    мало отличаются от утверждения А.А. Керсновского,
    что «шесть составов переменила вообще вся пехота. Но
    добрая треть наших дивизий 1-й и 2-й очереди, особен-
    но дравшиеся на Юго-Западном фронте, переменили за
    войну состав 10 раз и более» [38, с. 248].
    Очевидно, полковые списки потерь и служили
    основой для сообщения родным о судьбе солдат.
    С похоронными извещениями сельские старосты под
    расписку знакомили родителей погибших и возвращали
    их в волостное правление. Эти документы сохраняются
    в соответствующих фондах региональных архивов.
    Сопоставим полученные по Сибирским полкам
    результаты со сведениями в целом по России. По
    подсчетам Б.Ц. Урланиса, в Первой мировой войне
    русская армия потеряла 1200 тыс. убитыми, 240 тыс.
    умершими от ран, 11 тыс. – от газов, 155 тыс. умер-
    шими от болезней, 10 тыс. умершими в плену и 15
    тыс. – от несчастных случаев. Итого, 1811 тыс. чел.
    [39, с. 381]. При этом Б.Ц. Урланис особо упоминает
    недоучет убитых в картотеке Главного управления
    Генерального штата, насчитывавшей 626440 убитых
    [40, с. 31]. Другими словами, значительная часть про-
    павших без вести в действительности была убита, а
    не попала в плен. Учитывая то, что русская армия
    насчитывала примерно 500 действующих полков
    первой и второй очереди, то 1500 убитых на полк
    и дают схожую с картотекой (626 тыс.) цифру (750
    тыс. чел.). Считать ее полной нельзя, потому что при
    соотношении убитых и пропавших без вести 1 к 5
    оказавшихся в плену должно быть 3 млн 750 тыс.
    чел. По германским и австро-венгерским данным
    численность русских военнопленных составляла
    всего 2415 тыс. чел.
    Следовательно, на одного убитого по именным
    спискам полков приходится еще один убитый, запи-
    санный как пропавший без вести. Поэтому нельзя со-
    гласиться с А.А. Керсновским, что только «примерно
    третья часть – сохранили свои имена», а остальные –
    неизвестные солдаты. Их имена и фамилии указаны
    среди пропавших без вести, места погребений же
    действительно никому неизвестны.
    Известный военный теоретик генерал Н.Н. Голо-
    вин в 1931 и 1939 гг. определил потери русской армии
    в Первой мировой войне в 1300 тыс. убитых и 350
    тыс. умерших от ран [41, с. 137]. Это практически
    совпадает с оценками Урланиса и данными выбороч-
    ных исследований сельского населения Украины и
    Дона, давшими соответственно 1,33 и 1,21% убитых
    и пропавших без вести в Первой мировой войне от
    опрошенного населения [42, с. 58]. Таким образом,
    безвозвратные потери русской армии в 1914–1918 гг.
    составили от 1650 до 1811 тыс. чел.
     
    tamenshova и Fishunter нравится это.
  6. tamenshova
    Offline

    tamenshova Новобранец

    Регистрация:
    29 апр 2017
    Сообщения:
    1
    Спасибо:
    3
    Отзывы:
    0
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Екатеринбург
    Интересы:
    Генеалогический поиск
    Моего деда Михайлова Кирилла Анистифоровича, рожденного в семье староверов в феврале 1898 В селе Нижне-Талецком в нескольких километрах от Верхне-Удинска (ныне Улан-Удэ) могли призвать в 1917-1918 годах в царскую армию. Есть фотография его в военной форме с царским гербом на ремне (мой юный дед более худощав. чем его сослуживец).

    Где служил и успели ли его отправить в район боевых действий - неизвестно. В Красной армии в 1920 году в Верхне- Удинске служил, о чем свидетельствует сам в материалах архивного уголовного дела, присланного мне еще в 2014 года из Омского архива УФСБ. Расстреляли деда в 1933году где-то под Благовещенском, обвинив его, его братьев, братьев бабушки, прадеда Михайлова Анистифора Торховича и многих односельчан из сёл Ушмын и Бирма в подготовке крестьянского восстания. Погибли почти все взрослые мужчины из семей староверов. Все реабилитированы.

    Кирилл Анистифорович на службе. Примерно 1916г..JPG
     
    PaulZibert, zhulkov и Wolf09 нравится это.

Поделиться этой страницей

Сейчас читают тему (Пользователи: 0, Гости: 0)