Эстонские каратели на Псковщине

Тема в разделе "Национальные части. Полиция и хиви", создана пользователем Putnik 1963, 13 фев 2012.

  1. Putnik 1963
    Offline

    Putnik 1963 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    13 апр 2011
    Сообщения:
    550
    Спасибо:
    68
    Отзывы:
    1
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Псков
    вот, нашол ещё такие записи:
    "За что эстонские фашисты получали Железные кресты на Псковщине?"

    В годы Великой Отечественной на Псковщине действовали 10 тысяч эстонских карателей. Их жертвами стали более 350 тысяч человек
    Александр Пиигли, командир взвода карателей.

    "Я достреливал раненых"

    ...На этой фотографии - не немецкие солдаты. Это эстонский карательный взвод Александра Пиигли.
    Почему эти парни решили встать на сторону фашистов? На допросах (Пиигли и его подчиненных арестовали спустя десятки лет после войны) напирали на то, что пошли на предательство "под нажимом обстоятельств".
    Артур Пупарт опасался отсылки в Германию, Георг Вески боялся, что припомнят его комсомольское прошлое... Но это никак не объясняет того, что они избрали для "бегства" именно полицейский батальон, а не какую-нибудь хозчасть.
    Может, дело в том, что каждому эстонцу, вступившему в полицейский батальон, немцы обещали надел в три гектара земли на оккупированной территории?
    14 томов уголовного дела Пиигли и его сослуживцев. Страницы пожелтели... Но показания карателей до сих пор звучат зловеще.
    На Псковщину взвод прибыл весной 42-го. Уже спустя месяц в первый раз вышли "на дело".

    "Арестованных за содействие партизанам содержали в концлагере под поселком Полна, - рассказывал на допросе Пиигли. - Время от времени их вывозили на расстрелы". Эстонские каратели боялись партизан. Поэтому каждому арестованному сначала связывали руки, потом на тентованных грузовиках везли в лес.
    Из показаний рядового Георга Вески: "Вместе с другими солдатами взвода под командованием Пиигли в сопровождении немецкого офицера и солдат мы вывезли из Полны 10 заключенных... Их привязали к вбитым в землю кольям. Стреляли по команде Пиигли. Один человек после залпа не упал. Пиигли подошел и несколько раз выстрелил в него из пистолета".
    Сам Пиигли, судя по протоколу, подтвердил последний факт: "Я выстраивал солдат для расстрела и подавал необходимые команды. А в случае необходимости достреливал раненых".

    "За усердие в борьбе с партизанами"

    За полтора года каратели из взвода Пиигли успели порядочно наследить на Псковщине. Следствие доказало пять фактов расстрела мирных граждан: в июне 1942 года - 9 человек, в июле 1942-го - 10, в августе 1942-го - еще 10, в сентябре 1942 года - 25 - 30 человек.
    Следствие доказало участие бойцов Пиигли в карательных рейдах в составе 37-го эстонского полицейского батальона. Только в ходе операции "Болотная лихорадка" каратели убили более 12 000 человек. Группа Пиигли была на хорошем счету у немцев. За "проявленное усердие в борьбе с партизанами" эстонца даже наградили: он получил Железный крест II степени.
    В 1943 году немецкое командование приступило к формированию из эстонских полицейских частей дивизии СС. Пиигли вместе с Артуром Пупартом и Вернером Соэром перешли на службу в его ряды, приняли присягу на верность фашистской Германии и участвовали в боях против Красной Армии. "Боевой путь" Пиигли закончил в 1945-м в Чехословакии, в лагере для военнопленных, где скрывался под другой фамилией.
    Установить его личность смогли лишь в конце 60-х. Пиигли арестовали. По делу вместе с ним проходили еще шесть солдат его взвода: Харри Юксарра, Георг Вески, Эдуард Лумисте, Арнольд Танга, Артур Пупарт и Вернер Соэр. Пятерых из них, как и самого Пиигли, приговорили к высшей мере.
    Взвод Пиигли: каждому эстонцу, вступившему в полицейский батальон, немцы обещали три гектара земли.
    Но еще больше бывших карателей до сих пор в федеральном и международном розыске: срока давности по таким делам в России нет - каратели и предатели реабилитации не подлежат.
    Сергей Ермолаев ("КП" - Псков").

    НАША СПРАВКА

    В 1941 году в Псковской области проживали около 1,5 млн. человек. Спустя три года здесь осталось менее 570 тыс. За время фашистской оккупации почти 1 млн. псковичей погибли, были угнаны в Германию или эвакуированы. Очень многие стали жертвами тех, кто служил в эстонских карательных батальонах.
    Захватив в 1941 году Псковскую область, немцы моментально сформировали здесь полицейские батальоны безопасности. Костяк - офицеры бывшей эстонской армии и члены националистических кружков. Область была поделена между двумя органами управления - округами "Эстония" и "Латвия".
    Всего в Псковской области действовало 10 эстонских батальонов численностью около 10 000 человек. Из эстонцев было сформировано и местное отделение СД (немецкой службы безопасности, занимавшейся разведкой и контрразведкой).
    Выходцами из Эстонии в Пскове было укомплектовано отделение гестапо, которое подчинялось немецкому руководству, но было самостоятельной структурой. По воспоминаниям очевидцев, человек, попавший в немецкое гестапо, еще имел шансы остаться в живых. С теми, кого забирали эстонцы, прощались навсегда.
    Точное количество людей, погибших на Псковщине от рук эстонских карателей, установить не удалось. Всего же, по данным областной комиссии по расследованию злодеяний и ущерба, причиненного немецко-фашистскими захватчиками, в лагерях на территории Псковской области были убиты более 350 тысяч человек.

    pigli2.jpg
    pigli_kp.jpg
     
  2. Wolf09
    Offline

    Wolf09 Рядовой запаса

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    9.905
    Спасибо:
    46.199
    Отзывы:
    621
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История Государства Российского
    51245.jpg
    Фотография из архива УФСБ РФ по Псковской области.


    В августе 1942 года Пиигли со своими подчиненными участвовал в расстреле у станции Замогилье 10 советских граждан, содержащихся в Полне в качестве заложников. Эти граждане со связанными руками были вывезены карателями на автомашине до станции Ямм, а затем поездом до станции Замогилье, где в 50-ти метрах от железнодорожной насыпи у деревянного строения они были расстреляны. Пиигли руководил доставкой обреченных к месту расстрела, выстраивал солдат, указывал, кто из них в кого должен стрелять, подавал команду, а потом из пистолета достреливал тех, кто еще не был убит.

    Осенью 1942 года, Пиигли со своим взводом участвовал в расстреле за связь с партизанами большой группы советских граждан, численностью 25-30 человек. Этих граждан каратели в поселке Полна погрузили на крытые грузовые автомашины, вывезли в лес, разделили на две группы и поочередно расстреляли. У всех граждан, для затруднения побега предварительно за спиной были связаны руки. Пиигли руководил расстрелом, а после него лично из пистолета достреливал тех, кто подавал признаки жизни.

    В конце 1942 года взвод Пиигли был переведен в город Псков и присоединен к 37 эстонскому полицейскому батальону. В начале 1943 года они были переведены на территорию Карамышевского района, где несли охранную и патрульную службу и неоднократно выезжали на карательные операции против советских партизан. С весны 1943 года по февраль 1944 года Пиигли и его взвод в составе 37 полицейского батальона участвовали в карательных операциях против партизан, в сожжении деревень и расстрелах мирного населения. Пиигли приказывал своим подчиненным поджигать деревни, расстреливать мирных граждан, проводить иные карательные действия. За проявленное усердие в борьбе с партизанами Пиигли был награжден немецким командованием железным крестом второй степени. После изгнания оккупантов из Псковской области, Пиигли продолжал службу в немецкой армии. В 20-ой эстонской дивизии СС, где командовал сначала взводом, а потом ротой. За доблесть в боях с Красной армией награжден железным крестом первой степени.

    51247.jpg
    Следственный эксперимент.
    А.Пиигли показывает место, на котором в 1942 году находилось здание Полновской тюрьмы.


    На судебном заседании Пиигли полностью признал себя виновным и рассказал об обстоятельствах совершения им преступлений. Виновность Пиигли, кроме его признания, полностью подтверждается имеющимися в деле документами, показаниями потерпевших, свидетелей, и другими доказательствами. Пиигли совершил особо опасное государственное преступление, длительное время руководил карательным подразделением, руководил расстрелом 54-59 советских граждан, лично достреливал раненых, участвовал в карательных операциях против партизан и мирного населения, активно участвовал в боях против частей Советской армии, длительное время скрывался от правосудия под вымышленной фамилией. На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 300,301,309,315 УПК РСФСР, судебная коллегия по уголовным делам Псковского областного суда приговорила: Пиигли Александра Карловича признать виновным по пункту "а" статьи 64 УК РСФСР и подвергнуть его смертной казни с конфискацией имущества".

    Представители правоохранительных органов, проводивших следственные действия по делу Пиигли, заявили корреспонденту ИА REGNUM, что не все преступления Александра Пиигли нашли отражение в уголовном деле и сам его взвод тяжелых пулеметов лейтенанта Пиигли был лишь небольшой частичкой в системе карательных мер, осуществляемой фашистами с участием эстонских карателей в Псковской области. Например, 37-й батальон состоял из пяти рот, и насчитывал в общей сложности более 700 человек: они сжигали деревни и проводили массовые расстрелы, и большинство из карателей все же смогло уйти от ответственности. Сменив, как и Александр Пиигли (арестованный и осужденный в 1971 году) имя, до сих пор проживают в Эстонии.

    51248.jpg
    Останки советских людей, уничтоженных "взводом тяжёлых пулемётов", извлеченные из захоронения.

    51249.jpg
    Перезахоронение останков советских людей, расстрелянных эстонским взводом "тяжёлых пулемётов".


    Трагедия Ланевой Горы на Псковщине: Показания эстонских карателей леденят душу

    lanevgora300.jpg

    В современной Эстонии не принято упоминать об участии лиц эстонской национальности в зверствах, которые творили во время Второй мировой войны нацисты в Псковской области. Несколько лет назад ФСБ России обнародовала засекреченные ранее некоторые архивные документы, знакомство с которыми леденят душу.

    «Я хорошо помню, что первым выстрелил Алуоя. Он выстрелил в ребенка», - из показаний, данных во время следствия эстонским карателем Энном Оодла, принимавшего непосредственное участие в уничтожении деревни Ланева Гора.

    Голгофа Ланевой Горы

    Это была пятница, 22 октября 1943 года. Стоял чудесный осенний день, и если бы не война, жизнь казалась бы замечательной. Но этот день для большинства жителей деревни Ланева Гора Псковского района станет последним в их жизни. Те, кто уцелели, много лет спустя, оставили воспоминания о том, как в одно мгновение многолюдная деревня Ланева Гора стала кладбищем.

    Вспоминает Анна Ивановна Данилова:

    - Я тот день 22 октября помирать стану - буду помнить. В тот день мы сидели в избе. Кое-что перехватывали – особо поесть было нечего. Дома были все: мама с отцом, мамина сестра и я. Шел мне тогда двадцать второй год. Немцы в деревне тогда не стояли. Всю нашу деревню сказнили. Семьями убивали, никого из рода не оставили. Легко было воевать с женщинами и детишками малыми. Как тогда женщины плакали: «Пан, не трогайте нас! Мы же ничего не делаем…». Никого не пожалели. А когда судили тех эстонцев, что убивали и деревню жгли, они виноватились и прощение просили. Потом даже прошение о помиловании по почте прислали, чтобы мы подписали. А за что их надо было простить?

    Ланеву Гору эстонские каратели казнили за то, что партизаны в бою уничтожили несколько полицейских из 37-го охранного батальона. Полицейских немцы активно использовали в карательных операциях против мирных псковских деревень, а также жителей Ленинградской области. Они стали формироваться немцами сразу после оккупации Эстонии в 1941 году. В эти формирования вступали добровольцы из «лесных братьев», бывших членов буржуазно-националистических организаций. Оккупанты высоко отмечали усердие своих подручных. Они в своих приказах называли их «доблестными» и награждали медалями. На 20 августа 1942 года эстонская охранная часть № 37 насчитывала в своих рядах 760 человек. Штаб части находился в Пскове.

    Из воспоминаний Анны Ивановны Даниловой:

    - Собрали нас у колодца человек шестьдесят. Стоим мы, вокруг нас – эстонцы. Разговаривают они меж собой, а о чем – непонятно. Разговор этот шел полчаса. А потом видим – наша деревня уже с двух концов горит.

    Нам разрешили разойтись по домам. Идем. А за нами, за каждой семьей, эстонские полицейские. Вошли мы в дом. Полицейский остался на улице. Мы сидим, сильно перепугались, и не знаем, что думать. Смотрю в окно, а от соседнего дома, где жила семья Дмитрия Федорова, к нам идет эстонец. Вошел и говорит: «Станьте спиной к кроватям». Мы стали. А он по нам очередью из автомата… Все на пол упали.

    Я лежу, чувствую, что живая, но раненая. А тетке моей совсем ничего не сделалось. Она вскочила и кричит: «Кто жив? Давайте в окно прыгать!». А дым уже по избе расползается, потолок стал прогорать. Я говорю: «Пока живая, не стану убегать, буду с родителями гореть». Пока осталась в избе, все ползала, ползала. Потом страшно стало сгореть живой. Как-то вывалилась в окно и поползла в окоп. А деревня горит. Кругом выстрелы, крики. Потом внезапно все смолкает. Эстонцы сели на коней и уехали. Напоследок еще скирды подожгли.

    Напротив нас жила тетя Нюша. Она и трое детей спрятались в погребе, и потому только живы остались. Я лежу неподвижно в окопе, и встать не могу, кость ноги перебита автоматной пулей. Наутро из соседней деревни приехали парнишки и увезли меня в телеге. Я у чужих людей лежала. А с партизанами у нашей деревни связи не было. Хотя они к нам захаживали, продукты собирали.

    В рядах карателей, убивавших женщин и детей в Ланевой Горе, находились Энн Оодла, Эрнст Пяхн, Иоханнес Алуоя, Аугуст и Вальтер Кукк, Бернхард Кангур. Они до конца войны преданно служили немцам. Эрнст Пяхн с весны и до осени 1944 года занимал командную должность в 41-м полицейском батальоне, Иоханнес Алуоя в Таллине в особой роте обучался диверсионному мастерству. Энн Оодла, Бернхардт Кангур и Вальтер Кукк с осени 1944 и до весны 1945 годов служили в 20-й Эстонской дивизии СС и участвовали в боях против Советской Армии. Почти 30 лет спустя возмездие настигло их. В июне 1973 года бывших карателей судили в Псковском областном суде. Бывшие каратели были признаны виновными в расстреле мирных людей. Анна Ивановна Данилова присутствовала на том суде вместе с другими уцелевшими односельчанами, свидетелями процесса.

    Две женщины, мать и дочь, узнали одного из карателей. Он ранил мать и застрелил ребенка у нее на руках. Младшую дочку тоже застрелил. Только старшая девочка уцелела. Она кричала на суде: «Вы стреляли в маму! Я вас узнала!». Женщины опознали Аугуста Кукка, который участвовал в карательной операции на Ланевой Горе вместе с братом Вальтером.

    Показания карателей, которые они давали на следствии, леденят душу.

    Из показаний Энна Оодла:

    «Мы вчетвером зашли в дом. В доме были четыре женщины и ребенок лет 10-11. Никто из женщин не плакал, ребенок тоже молчал. Солдаты вскинули оружие. Я хорошо помню, что первым выстрелил Алуоя. Он выстрелил в ребенка. Ребенок упал на пол. Потом снова выстрелил Алуоя. На этот раз он стрелял в женщину. После выстрелили Лыхмус и Кулласту. Оставалась в живых одна женщина. Я вскинул пистолет и выстрелил ей в область сердца.

    Закончив расстрел людей во втором доме, мы направились в четвертый. В доме находились четверо женщин и четверо детей. Крик людей, которые поняли, что их сейчас расстреляют, был душераздирающим. Стало жутко от крика людей. После расстрела «своей» женщины я не выдержал и вышел на улицу. В доме остались Алуоя, Кулласту и Лыхмус. Там продолжали звучать выстрелы.

    ...Затем мы зашли в другой дом. Там находились пять женщин. Алуоя вскинул винтовку и выстрелил в женщину. Перезарядив винтовку, сделал выстрел во вторую. Смерть женщины встретили молча. Ни одна о пощаде не просила. Потом в женщину стрелял Кулласту, затем женщину убил Лыхмус. Осталась не убитой одна женщина. Эту женщину убил я.

    Закончив расстрел людей в этом доме, мы вышли на улицу. У одного из домов раздался страшный пронзительный крик. Я пошел на крик. У горящего дома увидел женщину. Она лежала на земле лицом вниз. На ней горели волосы, горела одежда. Я вынул пистолет и прицелился в область сердца. Грянул выстрел. Женщина дернулась и затихла. Всего, таким образом, в деревне я убил пять человек. Одного мужчину и еще четверых женщин.

    Из показаний Аугуста Кукка:

    «Приказ мне дал Теммер. Он показал конкретный дом, приказал людей застрелить, а дом сжечь. Я пошел в этот дом и со мной Кангур. В доме были люди: четыре или пять человек. Кангур первым начал стрелять. Он выстрелил два или три раза. Потом я выстрелил в двух человек. Я произвел пять выстрелов».

    Из показаний Бернхарда Кангура:

    «Слышу, Оодла сказал своим подчиненным, что надо согнать людей и здесь Теммер дал мне приказ идти на пост. Я пошел. Затем Теммер отозвал меня с поста. Жители уже были собраны в центре деревни. Оодла дал приказ своей роте – жители должны быть расстреляны и деревня сожжена. Это был очень суровый человек. Оодла подошел ко мне, показал рукой на один из домов и сказал: «Идите вместе с Кукком Аугустом в этот дом, застрелите людей, а дом сожгите. Мы пошли в этот дом. Дверь была раскрыта. Я вошел и выстрелил в комнату один раз. Кукк Аугуст был рядом, он начал стрелять из полуавтомата. Я выстрелил один раз по одной женщине. Кукк выпустил пять-шесть зарядов».

    Из показаний Эрнста Пяхна:

    «Я отдал приказ своему взводу построиться. Вахтре подошел к взводу и отдал приказ командирам отделений и солдатам завести жителей в дома и расстрелять, а дома сжечь. Солдаты третьей роты под командованием Оодла напали на жителей деревни. Хватали их за руки, возникла паника, люди стали кричать. Из домов раздались отдельные выстрелы, крыши домов загорелись…».

    Что показательно. При аресте в 1972 году бывших карателей, Кангура Бернхарда и Кукка Аугуста, у них дома были обнаружены фотографии, на которых они изображены в военной форме оккупационной армии. Так трепетно убийцы женщин и детей относились к своему прошлому.

    После освобождения Псковской области от немецких оккупантов в апреле 1945 года злодеяния немецко-фашистских захватчиков расследовала специальная областная комиссия. Она установила, что всего в Псковском районе из 406 деревень полностью сожжено 325. В числе сожженных деревень Загорье, Подгорье, Скоморохова Гора, Ильинки, Турилово, Пестово, Кустовчино, Павлово и многие другие. В этом мартирологе, конечно, находится и Ланева Гора. Расстреляно и погибло в огне 65 жителей деревни, в том числе три грудных ребенка и 29 детей до 14-летнего возраста. Место захоронения местных жителей у деревни Ланева Гора является символическим. Списки погибших не сохранились. Общее количество погибших сельчан от руки эстонских карателей было установлено по опросу местных жителей. Поджогами деревень и расстрелами мирных советских граждан в Псковском районе руководили германские офицеры – начальник карательного отряда Хазлов и его заместитель Гросс.

    Обелиск на братской могиле у деревни Ланева Гора был установлен в 1968 году, в память о погибших в 1944 году воинах, при штурме немецкой оборонительной линии «Пантера». Останки их были перенесены в братскую могилу из 32 деревень.

    В 1991 году подручные фашистов из эстонских карательных отрядов пытались прикинуться жертвами «политических репрессий». В октябре 1991 года прокуратура Псковской области отказала бывшим карателям в реабилитации.

    Авторы: Лилия Быстрова, Анатолий Тиханов (Газета «Псковская провинция»).

    В материале использованы документы ФСБ России, которые хранились под грифом «Секретно».

     

Поделиться этой страницей

Сейчас читают тему (Пользователи: 0, Гости: 0)