"Растут стишки, не ведая стыда..."

В названии темы немного изменил знаменитую строку Ахматовой, поскольку свои сочинительства предпочитаю называть стишками.
Присоединяюсь к тем, кому на ум приходят рифмованные или не очень строки. В основном это слова из песенок.

Валерию В.

Не спится господу и он не знает сам
Что же такое колет словно спица
Земля не спит, и звери по лесам
Пытаются согреться и укрыться

Не спится господу, и океан без сна
Гремит всю ночь у изголовия столицы
Блесной скользит бессоная луна
И видит сплошь растерянные лица

Не спится господу, и деспоту не спится
Он мести и коварства ожидая,
Спустился вниз проверить колесницы
И выбрать понадежнее какая

Не спится господу, а три спецслужбы бдят
Но нет, не клеится сегодня спецработа
Не действует и самый сильный яд
И в сети не попало ни сексота

Не спится господу, и нет сна новобранцам
Им светят звезды, почести, напасти
Закрыты на замок границы царства
И мир разбит на две неравных части

Не спится господу, и спать скрипач не может
Листая сборник Шуберта и Листа
Он льстит себе: «Еще чуть-чуть и тоже
я стану знаменит. Как футболисты».

Не спится господу, глаз не смыкает бездна
Я жгу мосты, меня от дыма мутит
Что будет завтра к счастью неизвестно
Но гори ясно, чего уже не будет.

Не спится господу, и он не знает сам
Не спится господу, и океан без сна
Не спится господу, и деспоту не спится
Не спится господу, и пьяницам не спиться.




Плыву на лодке вниз по реке
Пишу стихи на странном языке
Вниз по реке шамана
То ли Волга, то ли Кама

Плыву на лодке - над водой дым
Я не успел умереть молодым
Но я спокоен, как Далай-Лама
Продолжается программа.

Если бы я знал, что я вернусь
У меня была б другая грусть
Если бы я знал, что я вернусь
Но стать судьей я все же не берусь.


Плыву на лодке среди пирамид
Джимми Моррисон у входа сидит
Смотрит на полет птичьих стай
Break on Through to the Other Side

Плыву на лодке среди облаков
В небе много таких чудаков
Со мною вместе Осип и Иосиф
И поэтому меня слегка заносит

У меня была б другая грусть
Если бы я знал, что я вернусь
Ах, если бы я знал, что я вернусь...
Но стать судьей я все же не берусь.

 

Льдины на Эльбе плывут по теченью
Льдины на Эльбе тонут, всплывают
И росколовшись при столкновеньи
Кем они были вчера забывают.
Льдины на Эльбе. Начало столетья
Льдины на Эльбе под небом морозным
Без промедленья и без сожаленья
На полпути к морю и звездам.



На вокзале, на вокзале
Жду я поезд из сказаний
Жду все лето, жду всю осень.
Где же черти его носят.
У меня нет багажа, только это не помеха.
Дверь вокзала бьет в косяк, говорит: „Пора уехать“.

А приедет этот поезд
С опозданьем лет на двадцать
И не знаешь что такое –
Плакать мне или смеяться.
Голубые вагоны покрыты инеем и пылью
За плечами проводниц, кажется, крылья.



Ангелочек в барочной церкви

Маленький смешной пузатый
С вечно шалыми глазами
В окружении подобных
Невменяемых сознаний
Может, белый мрамор храма
Выделяет слой за слоем
Назови его как хочешь
Но волшебный порошок
И ангелу всегда хорошо
Ангелу всегда хорошо.

Никаких императивов
Только визг и крыльев шелест
Давка за спиной Марии
Праздность, гиперинфантильность
Комы липкость после мессы
Атмосфера как в бассейне
Потому и подмывает
Взмыть под купол нагишом
Там ангелу всегда хорошо
Ангелу всегда хорошо.

 

Брат Анджелико, душа моя темна
Нынче страшные настали времена
В этом городе и праздник как чума,
Брат Анжелико.
Завтра утром уйдем по холмам
По далеким туманным лесам
Золотой луч пробьет облака,
Брат Анджелико.
Бог не выдаст, свинья не съест
Босиком по полю чудес.
Пойдем.

Брат Анджелико, я всё хотел сказать
Да не знаю, кому весть передать
Подожгли целый мир сволочи
И пожар все сильней и сильней
Овцы плачут при виде огней
А козлам все равно где скакать
До полуночи.
А потом вино превратится в лёд
Чей-то голос скажет: "Встать, суд идет".
Мы ждем.

Злому князю золотили трон
Всё надеялись ответит он добром
Вышли миром на лужайку пировать
Да только в горло кость.
Услыхали звон, да не знали где он
Разобрали по кирпичику дом
На развалинах хотели танцевать
А там черный гость...

Брат Анджелико, душа моя темна
Нынче страшные настали времена
В этом городе каждый день война.
Бог не выдаст, свинья не съест
Босиком по полю чудес.
Пойдем.

.................................................................

"Ой туманы, мои растуманы"
Тумаки, тулупы, бараны
Чудаки, колдуны, дед-мазаи.
Что ни поезд, то все рас...яи.

 

Привет, большое спасибо за отзыв!
Еще два. Первое из цикла "Туман войны"

Туманская дивизия

Туманская дивизия стирает портянки
В районе условного Берна.
"Mon dieu, от штаба всегда жди подлянки
Но в этот раз всё особенно скверно".

Туманская дивизия. Мыльные пузыри
Ветер с севера и востока.
У командиров - на плечах снегири
И манеры эпохи барокко.

Туманская дивизия. "Если без прикрас
- говорит капитан - то бог шельму метит.
Нас ведет вперед неведомый глаз
А куда и зачем - он всерьез не ответит".

Туманская дивизия. Протянуты провода
В деревню, где ждут Иды и Фанни.
Но уже подписан приказ
Перебросить дивизию совсем в никуда -
На штурм Тьмы кромешной
и Таракани.

.................................................................

Царям-волхвам по случаю отъезда

Дорогие мои государи
От меня здесь осталась лишь тень
Я уехал в беспечный Бари
Улетел в самый длинный день.
И теперь я ни с кем не в раздоре
И спокоен как кипарис
И в высоком стоглазом соборе
Я смотрю с витражей сверху вниз.

 

Госстрах
Эпиграф:
"Ах ты сукин сын, комаринский мужик
Ты куда это вдоль улицы бежишь?"


Я вырос там, где был большой водоем
Где по головастикам плакал дурдом
А жабы все пили до мути в глазах
И в центре болота стоял Госстрах

Я тоже не сокол, я сидел на мели
Боялся воды и боялся земли
Почти захлебнулся в собственных пузырях
Когда я узнал, что такое Госстрах

Но что-то случилось там на бугорке
И нас потащило по быстрой реке
Я верил всем уткам в соседних прудах
Пока я не понял - там тоже Госстрах

Любая лягушка танцует за мир
Борцы с терроризмом взорвали сортир
А тень вертолета растет на глазах
И в центре болота - всё тот же Gosstrach.

..................................................................................

Песенка

Заплутала в лесу деточка
А над лесом всё небо в клеточку
А в лесу все птички в крапинку
И зовет она маменьку, папеньку.
Чтоб пришли они, заступились
И сказали, что всё лишь приснилось.
А я проснусь и скажу себе: "Слушай-ка
Ой, куда залетела твоя душенька
Ой, куда закатилась копеечка
Засветилась на солнышке темечко.
Надо мной всё небо в клеточку
И качает меня как веточку
Вот и сам я - в крапинку птица
Я не знаю, где заграница".

 

Спасибо!
Вспоминая поездки с друзьями в Венецию
(Фондаменте Нове - часть северной набережной города, "С.С. Апостоли" / S.S. Apostoli - церковь Св. Апостолов)

Холопы абсента плывут на плоту
Вдоль Фондаменте Нове.
"С.С. Апостоли" бьют в темноту
Ручаясь, что все готово.
В полночь они выйдут с бидонами
Виски на трапецию пьяццы
Чтобы обниматься с колоннами
Не желающими обниматься.
Запрокидывая мысли и плечи
К фонарям и млечным фасадам
Холопы абсента оплывают как свечи
Так им и надо.

........................................................................

Из стихотворения Рильке

Город, огражденный волнами
Больше не напоминает
Блесну, что ловила всплывшие дни.
Над водой и на каменной суше
В наших глазах звучат всё глуше
Дворцы из стекла. Тускнеют огни.
И только из сада свисает лето
Как стая забытых марионеток.
Мозаику из зеленых веток
Треплет ветер зимы.

 

Навсегда
«Навсегда» - относительно человека или комара -
Это - солнца диск и синяя вода
Морская, дикий холод, страшная жара
Пустынь, меняющих размер и очертанье.
Но то, что часто нам мерещится за гранью
Скорлупки жизни страшная беда
Возможно подойдет как оправданье
Сказавшему серьезно «навсегда».

 

Любимая песня Платона Каратаева
(песенка сочиналась в начале этого века и ему же посвящается)

"Родимая, березенька, и тошненько мне..."
Тошненько мне на этой стороне.
Выведу коня на двор, что теперь грустить
Нынче лошадиный день, и надо всех любить.

Ныне лошадиный день, и можно всех на "ты"
А от неба до земли много пустоты.
За горой - ручей, в нем чистая вода.
Но редко жалуют туда дамы-господа.
За горой - ручей, в нем чистая вода.
И все, кто пробуют ее сгорают от стыда.

Все, кто пробуют ее, сгорают от стыда.
Бьется в сердце маленьком злобушка-беда.
Эх, открыть бы горницу и высмести весь сор.
Вдарить в ложки звонкие, кто тут дирижер?
Наливай-ка в стопочки да вспомини уговор
Сядем в быстры лодочки, чтоб выплыть на простор.

"Родимая, березонька, и тошненько мне..."
Тошненько мне на этой стороне .

 

Серые камни
Их принес Рейн.
Из легкой ткани
Медленный день.
Город застыл
Как акварель
И я погружаюсь
На самое дно
В медленный день.
На той стороне
Играет свирель
Лодка луны
Скользит набекрень
Вот и открылась
Последняя дверь.
И я ухожу
Словно в туннель
В медленный день.
Так возьми меня сразу
К королю снегирей
Усыпи мою радость
Звуком летних дождей
Я уже не боюсь
Этих серых камней.
Медленный день.
Медленный день.

 

Блюз "Рыбий глаз" ("Джузеппе" Бродскому)

Я всю осень проболел,
Никуда не выходил.
Слушал только Deutsche Welle.
И в сиянии светил
Я бродил по квартире,
За плечами - контрабас.
А в лагуне Джузеппе
Ел большой рыбий глаз.

Мне бы виски напиться
Да смотреть в облака.
Как однокрылые птицы
Дуются в дурака.
Вот такие вот танцы,
полонез-реверанс.
А в лагуне Джузеппе
Ест второй рыбий глаз.

Ранним утром на Сан Марко
Появляется кухарка
И летит с бутылкой джина
Гордо и неудержимо.
А за ней как на прицепе
Тазик рыбы для Джузеппе
Танец рыбы для Джузеппе...

Я приеду. В Сан Марко
Как-нибудь да зайду.
Пахнет граппой кухарка
Там как на беду.
Вот тебе и молитва,
стеклянный псалтырь.
Над лагуной Джузеппе
Дует в рыбий пузырь.

 

Лодки качает волн метроном
Тихо на улочках как в паутине
В Венеции ночь и мы снова идем
По набережной Неисцелимых.
Здесь облака не умеют скучать
Ветер несет их все дальше и дальше
И кажется скоро, минут через пять
На небе покажется Рыба-Мамаша.

Луна - ее глаз, и в созвездии Рыб
Блестит чешуя заповедного слова
О как прекрасен тела изгиб
На фоне мрамора неземного.
А здесь расцветает невиданный сад
И поднимается древняя башня
Над нами словно аэростат
По небу плывет Рыба-Мамаша.

Венеция - если захочешь - везде
Услышав зов волн, жди их приближенья
И каждый умеет бродить по воде
Под Рыбой-Мамашей, в ее отраженьи.
А Рыба-Мамаша без всяких причуд
Вильнула хвостом, уплыла величаво.
И я закрываю глаза и шепчу
Ей вслед: "Ciao, grazie. Grazie, ciao".

 

"Утро туманное, утро седое..."
Ой, знают зеки что это такое.
И знают солдаты. И помнят крестьяне
Всем телом к земле припадая по пьяни.
В тумане живет мое человечество
Которое качество переводит в количество.
Которое крутит аноды-катоды
Жестокой классической несвободы.
Настолько дурман скрыл от нас мироздание
Что нам не увидеть его очертания.
Мы машем рукою в пространство пустое
В утро туманное, утро седое.

 

Смерть Распутина (частично легенда)

Темной ночью в декабре
Повезли меня к Неве
У авто мотор стучит
В проруби вода блестит
Меня в ловушку заманили
Как зайчишку подстрелили
У ворот меня убили
Пулю прямо в лоб влепили.

А вокруг лишь темнота
Меня сбросили с моста
Жжет холодная вода
Острые края у льда
Буду биться-колотиться
Буду под водой молиться
Ох, узнает все царица
Закачается столица.

Феликс, милой, что ж ты, эх
Бог накажет вас за грех
Думаешь отвел беду?
Я во сне к тебе приду
Вот бы жить лет 100 поздней
Посмотрел б я на людей
Много ли еще злодеев
Подхалимов и бл...дей.

И сколько в жизни путей
И сколько в жизни путей
И сколько в жизни путей
Торных. Эх, милай, дарогой...

 

Она идет по коридору
И смотрит на портреты на
Стене. Портретов имена
Взывают к распрям и раздору

Которые, как видно, не
Прервутся долгожданным миром.
Ворона подавилась сыром
И весь восток уже в огне.

Там мумии в заросшем буераке
Не ведают, что тоже вносят вклад
В затеи предприимчивых ребят
По трансформации бумаги в знаки.

 

Из давнего

В древнем Бари
В темном баре
Виртуозю на гитаре.
Я сейчас вообще в ударе
Улыбаюсь как Гагарин.
Слышу песня всех задела -
вопли: "Браво, мольто белло!
(Капучино, мортаделла!")

Мне барменша наливает
И сама же выпивает.
Ассистент ей помогает
Нервно головой мотает.
Я кричу: "Да что ж вы, твари?
Я ж играю в вашем баре!
Кстати, у меня в оркестре
Барабаны Страдивари!"
А они уже в угаре
И в горячке как весь Бари.
На мопеде уезжают
Пешеходов разгоняют.
Все спешат как при пожаре
Исчезая в синей гари.

Ой ты, Бари, Растобари...
Кто теперь в том темном баре?

 

Ветер воет на горе
Вот и снова месяц март.
Ты сейчас сидишь в норе,
Зеленый леопард.
Помнишь первый карнавал?
Бури всадники неслись.
Я тебя тогда не знал
Ты шепнул мне: "Оглянись".

На зеленых островах
Зреет новый виноград
На малиновых холмах
Есть хрустальный водопад.
Нет конца лесным краям
За стволами чей-то взгляд
Здесь по рощам и лугам
Бродит древний леопард.

А в чужой стране снега
Занесли пурпурный трон
В небе черная дуга
И на ней сидит дракон.
Ангел бродит в вышине
Машет гипсовым крылом
Как хотелось бы и мне
Быть с тобою за стеклом.

 

Иногда после чтения Рильке бы само собой сочиняется по-немецки.

- Willst du ein stiller Fischer sein?
- Hier auf der Insel? Ich glaube, schon.
Die Insel ist grün und ihr Sand ist fein.
Hier wird der beste Fischers Lohn

Nicht ausgestellt wie eine hübsche Beute
Geschweige denn verkauft, sogar nicht
gewogen. Denn an einem Tag wie heute
Sind es die Stille, das Wasser, das Licht.

 

Интересно перевести.
- Ты хочешь быть тихим рыбаком? - Здесь, на острове? Я думаю, что да. Остров зеленый, а песок на нем мелкий. Здесь получают лучшую рыбацкую зарплату Не выставленный на обозрение, как красивая добыча Не говоря уже о том, чтобы продать, даже не взвесив. Потому что в такой день, как сегодня, Это тишина, вода, свет.