С.М.Е.Р.Ш

Тема в разделе "СССР и Красная Армия", создана пользователем PaulZibert, 12 сен 2008.

  1. PaulZibert
    Offline

    PaulZibert Администратор

    Регистрация:
    28 апр 2008
    Сообщения:
    19.227
    Спасибо:
    16.123
    Отзывы:
    267
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Порѣчье
    Интересы:
    Поиск, реконструкция
    S3-FQM4QMVE.jpg

    http://ru.wikipedia.org/wiki/СМЕРШ

    Организация:

    Преобразовано из Управления особых отделов НКВД Постановлением Совета народных комиссаров СССР от 19 апреля 1943 г. Тем же Постановлением были созданы Управление контрразведки «СМЕРШ» НКВМФ СССР и отдел контрразведки «СМЕРШ» НКВД СССР. 19 апреля 1943 года на базе Управления особых отделов Народного комиссарита внутренних дел СССР было созданно Главное управление контрразведки «Смерш» с передачей его в ведение Народного комиссариата обороны СССР. Бывшие особисты перешли в подчинение Наркома обороны. В связи с этим практически всем им были присвоены общеармейские звания, то есть товарищи лишились приставки «государственной безопасности» в персональном звании (например, «полковник ГБ» стал просто «полковник»). Однако, вместе с тем, есть достаточно примеров, когда военные контрразвечики-«смершевцы» (особенно это касается старших офицеров) носили персональные звания госбезопасности. Так, например, подполковник ГБ Г. И. Поляков (звание присвоено 11 февраля 1943 года) с декабря 1943-го по март 1945-го возглавлял отдел контрразведки «СМЕРШ» 109-й стрелковой дивизии. 19 апреля 1943 года Постановлением СНК СССР № 415—138сс на базе Управления особых отделов (УОО) Народного комиссарита внутренних дел СССР были образованы: 1. Главное управление контрразведки ««Смерш» Народного комиссариата обороны СССР (начальник — комиссар ГБ 2 ранга В. С. Абакумов). 2. Управление контрразведки «Смерш» Народного комиссариата ВМФ СССР (начальник — комиссар ГБ П. А. Гладков).

    Чуть позже, 15 мая 1943 года, в соответствии с упомянутым постановлением СНК для агентурно-оперативного обслуживания пограничных и внутренних войск, милиции и других вооруженных формирований Наркомата приказом НКВД СССР № 00856 был создан Отдел контрразведки (ОКР) «Смерш» НКВД СССР (начальник — комиссар ГБ С. П. Юхимович).

    Сотрудникам всех трех ведомств «Смерш» надлежало носить форму одежды и знаки различия воинских частей и соединений, ими обслуживаемых.

    Для некоторых станет откровением, что в годы Великой Отечественной войны в Советском Союзе было три контрразведывательные организации, которые назывались «Смерш». Они не подчинялись друг другу, находились в разных ведомствах, это были три независимых контрразведывательных органа: Главное управление контрразведки «Смерш» в Наркомате обороны, которое возглавлял Абакумов и о котором уже достаточно много публикаций. Этот «Смерш» действительно подчинялся наркому обороны, напрямую, главнокомандующему вооруженными силами Сталину. Второй контрразведывательный орган, который носил также наименование «Смерш», - относился к Управлению контрразведки Наркомата Военно-Морского флота, подчинялся наркому флота Кузнецову и никому другому. Был еще и отдел контрразведки «Смерш» в Наркомате внутренних дел, который подчинялся непосредственно Берии. Когда некоторые исследователи утверждают, что через контрразведку «Смерш» Абакумов контролировал Берию, это полнейший абсурд. Не было никакого взаимного контроля. Ни Берия Абакумова через эти органы «Смерш» не контролировал, ни тем более Абакумов не мог контролировать Берию. Это были три независимых контрразведывательных подразделения в трех силовых ведомствах.[1]

    Первым приказом по личному составу ГУКР «Смерш», 29 апреля 1943 года, (приказ № 1/сш) Нарком обороны СССР И. В. Сталин решил проблему званий офицерского состава нового Главка, имевшего преимущественно «чекистские» спецзвания:

    «В соответствии с утвержденным Государственным Комитетом Обороны положением о Главном Управлении Контрразведки Народного Комиссариата Обороны „СМЕРШ“ и его органах на местах, — П Р И К А З Ы В А Ю : 1. Присвоить личному составу органов „СМЕРШ“ воинские звания установленные Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР в следующем порядке: НАЧАЛЬСТВУЮЩЕМУ СОСТАВУ ОРГАНОВ „СМЕРШ“: а) имеющим звание мл.лейтенант гос.безопасности — МЛ.ЛЕЙТЕНАНТ; б) имеющим звание лейтенант гос.безопасности — ЛЕЙТЕНАНТ; в) имеющим звание ст.лейтенант гос.безопасности — СТ.ЛЕЙТЕНАНТ; г) имеющим звание капитан гос.безопасности — КАПИТАН; д) имеющим звание майор гос.безопасности — МАЙОР; е) имеющим звание подполковник гос.безопасности — ПОДПОЛКОВНИК; е) имеющим звание полковник гос.безопасности — ПОЛКОВНИК. 2. Остальным лицам начальствующего состава, имеющим звание комиссар гос.безопасности и выше, — воинские звания присвоить в персональном порядке». 26 мая 1943 г. Постановлением СНК СССР № 592 СНК СССР (опубликован в печати) руководящим работникам органов «Смерш» (НКО и НКВМФ) были присвоены общегенеральские звания. Начальник ГУКР НКО СССР «Смерш» В. С. Абакумов, единственный, «армейский смершевец», несмотря на назначение его, по совместительству, заместителем Наркома обороны (занимал этот пост чуть более месяца — с 19.04 по 25.05.1943 г.), сохранял за собой вплоть до июля 1945 г. «чекистское» спецзвание КОМИССАР ГБ 2 ранга. начальник УКР НКВМФ СССР «Смерш» П. А. Гладков 24.07.1943 стал генерал-майором береговой службы, а начальник ОКР НКВД СССР «Смерш» С. П. Юхимович — оставался до июля 1945 г. комиссаром ГБ.

    СМЕРШ: репрессивный или разведывательный орган?

    В некоторых современных источниках утверждается, что, кроме очевидных успехов в борьбе против иностранных разведок, СМЕРШ приобрел в годы войны «зловещую» славу благодаря системе репрессий против мирного населения, которое находилось в оккупации на временно захваченной немецко-фашисткими войсками территории СССР или на принудительных работах в гитлеровской Германии. Также делаются заявления, что малейшее подозрение в сотрудничестве приводило к арестам и расстрелам среди военных и гражданского населения. Некоторые авторы утверждают, что СМЕРШ стал продолжением сталинской системы террора и подавления инакомыслия в Советском Союзе и колеблются относительно категоризации его как разведывательного или репрессивного органа. Например, сообщается, что с 1941 по 1945 гг. советскими органами было арестовано около 700 000 человек — около 70 000 из них расстреляно. Также сообщается, что через «чистилище» СМЕРША прошло несколько миллионов человек и около четверти из них тоже были казнены.[2] Действительно, в условиях войны следствие было затруднено. Поэтому сегодня можно услышать или прочесть, что большие группы людей арестовывались и были незаконно и часто безосновательно репрессированы; что на репрессивный характер СМЕРШ также указывает «стандартный» для многих осужденных срок заключения 25 лет; что такие сроки осуждения получали не только подозреваемые в сотрудничестве с немцами, но также и советские граждане, которые возвращались на Родину с принудительных работ в Германии; что для слежки и контроля над инакомыслием СМЕРШ создал и поддерживал целую систему слежки за гражданами в тылу и на фронте; что угрозы расправы приводили к сотрудничеству с секретной службой и к безосновательным обвинениям против военнослужащих и гражданского населения. [3]

    Эти и другие им подобные выводы современных авторов могут быть приняты к сведению, но только не в случае голословного их доказывания общими фразами или ссылками на псевдо-исторические источники.

    Также сегодня сообщается, что СМЕРШ играл большую роль в распространении сталинской системы террора на страны Восточной Европы, где установились дружеские к Советскому Союзу режимы. Например, сообщается, что на территории Польши и Германии после войны некоторые бывшие нацистские концлагеря продолжали функционировать «под эгидой» СМЕРШ как место репрессий идеологических противников новых режимов (в качестве обоснования приводится информация, что в бывшем нацистском концлагере Бухенвальд еще несколько лет после войны содержалось свыше 60 000 противников социалистического выбора).[4]

    Вместе с тем, репутация СМЕРШ как репрессивного органа часто преувеличивается в современной литературе. Никакого отношения к преследованию мирного населения ГУКР СМЕРШ не имело, да и не могло этим заниматься, так как работа с мирным населением — прерогатива территориальных органов НКВД-НКГБ. Вопреки распространенному мнению, органы СМЕРШ не могли приговорить кого-либо к тюремному заключению или расстрелу, так как не являлись судебными органами. Приговоры выносил военный трибунал или Особое совещание при НКВД. «Тройка» НКВД к СМЕРШу также отношения не имела, да и она не могла давать сроки лишения свободы свыше 8 лет.

    Сегодня подвергается фальсификации не только деятельность органов "Смерш", но и итоги Великой Отечественной войны. Такого рода "исследования" проводятся, в частности за рубежом. Их результаты иногда принимаются за чистую монету. Однако, во всем, что касается "Смерш", много домыслов и искажения истины.

    Искажения исторической правды касаются, прежде всего, заградотрядов, которые при органах "Смерш" никогда не создавались, и сотрудники "Смерш" их никогда не возглавляли.

    В начале войны заградительные мероприятия осуществлялись войсками НКВД по охране тыла Действующей армии. В 1942 г. начали создаваться заградительные отряды при каждой армии, находившейся на фронте. Фактически они предназначались для поддержания порядка во время боев. Только во главе заградотрядов Сталинградского и Юго-Западного фронтов в сентябре-декабре 1942 г., стояли работники особых отделов НКВД.

    Однако для обеспечения оперативной работы, охранения мест дислокации, конвоирования и охраны арестованных из частей Красной Армии органам военной контрразведки "Смерш" выделялись: для фронтового управления "Смерш" - батальон, для армейского отдела - рота, для отдела корпуса, дивизии и бригады - взвод. Что же касается заградотрядов, то заградительные службы активно использовались работниками "Смерш" для розыска агентуры разведки противника. Например, накануне наступательных операций фронтов большой размах приобретали с участием органов "Смерш" мероприятия по линии заградслужбы. В частности, осуществлялось прочесывание военных гарнизонов, до 500 и более населенных пунктов с прилегающими к ним лесными массивами, производился осмотр нежилых помещений, тысяч заброшенных землянок. В ходе таких "зачисток", как правило, задерживалось большое число лиц без документов, дезертиров, а также военнослужащих, имевших на руках документы, с признаками, указывающими на их изготовление в абвере.

    Тяжелая обстановка на фронте, особенно в первые два года войны, накладывала определенный отпечаток на деятельность особых отделов, которым, наряду с органами внутренних войск, предоставлялись в войну высшими органами государственной власти и управления чрезвычайные полномочия - право ареста дезертиров, а в необходимых случаях расстрела их на месте. Это объяснялось складывающимся катастрофическим положением на фронтах. Например, с начала войны по октябрь 1941 года особыми отделами и заградотрядами войск НКВД было задержано 657364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. В этой массе было выявлено и разоблачено 1505 шпионов и 308 диверсантов. По состоянию на декабрь 1941 года особыми отделами было арестовано изменников - 4647 чел., трусов и паникеров - 3325, дезертиров - 13887, распространителей провокационных слухов - 4295, самострельщиков - 2358, за бандитизм и мародерство - 4214 (то есть немногим более 5 ПРОЦЕНТОВ из в целом задержанных лиц). В этих условиях отдельными работниками особых отделов в критических ситуациях допускались злоупотребления, нарушения законности, в том числе и расстрелы, но это были исключительные случаи. Однако подобного рода факты не дают права огульно охаивать военную контрразведку в целом, а тем более переносить эту критику на органы "Смерш". Работники "Смерш" участвовали в задержании дезертиров, затем они передавались в военные трибуналы, где и решалась их судьба.

    Военные контрразведчики "Смерш" не отсиживались в тыловых подразделениях, а постоянно находились в боевых порядках войск, не только выполняли свои прямые обязанности, но и непосредственно участвовали в боях с гитлеровцами, нередко в критические моменты принимали на себя командование ротами и батальонами, потерявших своих командиров. Немало армейских чекистов погибло при исполнении служебных обязанностей, заданий командования Красной Армии и Военно-Морского Флота.

    Для иллюстрации сказанного - только один пример, в отношении ст. лейтенанта Калмыкова А.Ф., оперативно обслуживавшего батальон 310 сд. В январе 1944 г. личный состав батальона пытался овладеть штурмом деревней Осня Новгородской области. Наступление было остановлено сильным огнем противника. Повторные атаки результатов не давали. По договоренности с командованием, Калмыков возглавил группу бойцов и с тыла проник в деревню, обороняемую сильным вражеским гарнизоном. Внезапный удар вызвал у немцев замешательство, однако их численное превосходство позволило окружить смельчаков. Тогда Калмыков вызвал по рации "огонь на себя". После освобождения деревни на ее улицах кроме наших погибших воинов было обнаружено около 300 трупов противника, уничтоженного группой Калмыкова и огнем наших орудий и минометов. Командованием Калмыков награжден посмертно орденом Красного Знамени.

    Нередко в адрес органов "Смерш" раздается критика в связи с проводившейся ими фильтрационной работой. В 1941 г. И.В.Сталин подписал постановление ГКО СССР о государственной проверке (фильтрации) военнослужащих Красной Армии, бывших в плену или в окружении войск противника. Аналогичная процедура осуществлялась и в отношении оперативного состава органов госбезопасности. Фильтрация военнослужащих предусматривала выявление среди них изменников, шпионов и дезертиров. Постановлением СНК от 6 января 1945 г. при штабах фронтов начали функционировать отделы по делам репатриации, в работе которых принимали участие сотрудники органов "Смерш". Создавались сборно-пересыльные пункты для приема и проверки советских граждан, освобожденных Красной Армией. Фильтрационная работа требовала от сотрудников "Смерш" не только высочайшего профессионализма, но и большого гражданского мужества. Особенно сложно было ее вести среди бывших командиров и бойцов Красной Армии. Допросы "смершевцев" казались им оскорбительными и несправедливыми.

    В процессе фильтрационной работы органами "Смерш" было выявлено несколько тысяч агентов гитлеровских спецслужб, разоблачены десятки тысяч карателей и фашистских пособников. Но главным итогом явилось то, что с миллиона советских людей было снято клеймо "врага народа".[5]

    Деятельность и вооружение:

    Деятельность ГУКР СМЕРШ также включала фильтрацию солдат, вернувшихся из плена, а также предварительную зачистку прифронтовой полосы от немецкой агентуры и антисоветских элементов (совместно с Войсками НКВД по охране тыла Действующей Армии и территориальными органами НКВД). СМЕРШ принимал активное участие в розыске, задержании и ведении следствия по делам советских граждан, действовавших в антисоветских вооруженных группах, воевавших на стороне Германии, таких как Русская освободительная армия.

    Главным противником СМЕРШ в его контрразведывательной деятельности был Абвер, немецкая служба разведки и контрразведки в 1919—1944, полевая жандармерия и Главное управление имперской безопасности РСХА, финская военная разведка.

    Служба оперативного состава ГУКР СМЕРШ была крайне опасной — в среднем оперативник служил 3 месяца, после чего выбывал по смерти или ранению. Только во время боев за освобождение Белоруссии погибли 236 и пропали без вести 136 военных контрразведчиков.

    Деятельность ГУКР СМЕРШ характеризуется очевидными успехами в борьбе против иностранных разведок, по результативноси СМЕРШ являлся самой эффективной спецслужбой во время Второй Мировой войны. С 1943 года до окончания войны одних только радиоигр центральным аппаратом ГУКР СМЕРШ НКО СССР и его фронтовыми управлениями было проведено 186. В ходе этих игр на нашу территорию удалось вывести свыше 400 кадровых сотрудников и гитлеровских агентов, захватить десятки тонн грузов.

    Вместе с тем, репутация СМЕРШ как репрессивного органа часто преувеличивается в современной литературе. Вопреки распространенному мнению, органы СМЕРШ не могли приговорить кого-либо к тюремному заключению или расстрелу, так как не являлись судебными органами. Приговоры выносил военный трибунал или Особое Совещание при НКВД СССР. Санкцию на аресты среднего командного состава контрразведчики должны были получать от Военного совета армии или фронта, а старшего и высшего начальствующего состава — от наркома обороны. Вместе с тем СМЕРШ выполнял функцию тайной полиции в войсках, в каждом соединении имелся свой особист, который вел дела на солдат и офицеров, имеющих проблемные биографии и вербовал агентуру. Зачастую агентура СМЕРША проявляла героизм на поле боя, особенно в ситуации паники и отступления.

    Оперативники СМЕРШ в розыскной практике предпочитали индивидуальное огнестрельное оружие, поскольку офицер-одиночка с автоматом во все времена вызывал любопытство окружающих (А.Потапов «Приемы стрельбы из пистолета. Практика Смерш»). Наибольшей популярностью пользовались следующие пистолеты: 1. Револьвер системы «Наган» офицерский самовзводный образца 1895-го года 2. Пистолет ТТ образца 1930—1933 гг 3. Вальтер PPK 4. Борхард-Люгер (Парабеллум-08) 5. Пистолет Вальтер, модель 1938 г. 6. Пистолет «Беретта М-34» калибра 9 мм. 7. Специальный оперативно-диверсионный малогабаритный пистолет Lignose, калибра 6,35 мм. 8. Пистолет «Маузер Hsc» 9. «Чешска Зброевка» калибра 9 мм. 10. Браунинг, 14-ти зарядный, образца 1930-го года
     
  2. владимир1
    Offline

    владимир1 Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 сен 2008
    Сообщения:
    6.749
    Спасибо:
    8.702
    Отзывы:
    214
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Хотя с самого начала службу хотели назвать "Смеринш" - смерть иностранным шпионам, но товарищ Сталин подправил и сказал тов. Берия с его спутником, что бороться надо не только с иностранными шпионами. После этого, изменения названия, расширил и функции создаваемого управления.
     
    Юлиа нравится это.
  3. Серг
    Offline

    Серг Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 май 2008
    Сообщения:
    457
    Спасибо:
    40
    Отзывы:
    1
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Интересы:
    Спецслужбы Германии и СССР
    Тема засохла...
    Будем "размачивать" :)

    Начну с этого:

    Библиография по СМЕРШУ

    Документальные

    Абрамов В. Смерш. Советская военная контрразведка против разведки Третьего рейха. М.: Яуза, Эксмо, 2005
    Непомнящий Н.Н. (составитель). Военные загадки Третьего рейха. М.: ''Вече'', 2002 (Гл. Кто погубил ''Красную капеллу''?)
    Соколов Б.В. Разведка. Тайны Второй мировой войны. М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2001 (Гл. Смерш без карнавальной маски)
    Степаков В.Н. Нарком СМЕРШа. СПб: Издательский дом ''Нева'', 2003
    Столяров К.А. Голгофа. М., 1991
    Телицын В.Л. СМЕРШ: операции и исполнители. Смоленск: Русич, 2000


    Художественные

    Богомолов В. В августе 44-го… (Момент истины).
    Куликов Н. Смерш против абвера. М.: Яуза, Эксмо, 2005



    19 декабря – 90 лет военной контрразведке ФСБ России:
    http://chekist.ru/article/2486
     
    Юлиа нравится это.
  4. Серг
    Offline

    Серг Завсегдатай SB

    Регистрация:
    19 май 2008
    Сообщения:
    457
    Спасибо:
    40
    Отзывы:
    1
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Москва
    Интересы:
    Спецслужбы Германии и СССР
    ПРИКАЗ НКО
    ОБ ОРГАНИЗАЦИИ ШКОЛ И КУРСОВ ГУКР «СМЕРШ»


    15 июня 1943 г.
    Совершенно секретно
    гор. Москва

    СОДЕРЖАНИЕ: Об организации школ и курсов Главного Управления контрразведки НКО «СМЕРШ» и создании резерва оперативного состава при Управлениях и отделах фронтов и военных округов
    1. Для подготовки и переподготовки оперативного состава органов «СМЕРШ» организовать при Главном Управлении контрразведки «СМЕРШ» 4 постоянных школы: 1-ую Московскую — на 600 чел., 2-ю Московскую — на 200 чел,, Ташкентскую — на 300 чел.. Хабаровскую — на 250 чел. *со сроком обучения от 6 до 9 месяцев* и курсы с 4-х месячным сроком обучения в гг. Новосибирске — на 200 чел. и Свердловске — на 200 чел.
    2. Для слушателей школ и курсов установить денежное содержание:
    а) лицам среднего и старшего начальствующего состава по ранее занимаемым должностям;
    б) лицам рядового и младшего начальствующего состава стипендию в размере 400 рублей в месяц.
    3. Начальнику Главного Управления Тыла Красной Армии генерал-полковнику интендантской службы тов. ХРУЛЕВУ обеспечить школы и курсы всеми видами довольствия.
    4. Для укомплектования кадрами органов контрразведки «СМЕРШ» новых формирований и пополнения убыли оперативного состава — создать при Главном Управлении контрразведки «СМЕРШ», Управлениях и отделах фронтов и военных округов постоянно действующий резерв кадров **по 50— 100** человек.
    Резерв пополнять за счет нового набора из числа младшего и среднего командно-политического состава армии.
    Личный состав резерва содержать за счет общего некомплекта контрразведки «СМЕРШ» и тарифицировать по ставкам, установленным для должностей оперативного состава органов «СМЕРШ».

    Народный комиссар обороны И. СТАЛИН

    Опубликовано: «Смерш»: Исторические очерки и архивные документы. М., 2003. С. 78.
    *—* Вписано Сталиным.
    **_** Вписано Сталиным вместо зачеркнутого «от 50 до 100».
     
    Юлиа нравится это.
  5. Sobkor
    Offline

    Sobkor Banned

    Регистрация:
    16 янв 2009
    Сообщения:
    22
    Спасибо:
    2
    Отзывы:
    0
    Из:
    Калининград
    Но в разговоре о «Смерш» было бы неправильным обойти фигуру главного «смершевца» страны. Справка, которую представляю, со страниц моей рукописи Правоохранительной энциклопедии Калининградской области:

    180px-abakumov.jpg
    АБАКУМОВ Виктор Семёнович (1908-1954), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, в 1946-1951 гг. - министр государственной безопасности СССР, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга в качестве Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, генерал-полковник (1945), депутат Верховного Совета СССР 2-го созыва.
    Родился 11 апреля 1908 года в Москве в рабочей семье: отец – рабочий фармацевтической фабрики, а затем уборщик и истопник в одной из городских больниц; мать - прачка. Русский. Партийность: член ВЛКСМ с 1927 года, а КПСС - с 1930.
    Образование: в 1921 - 4-классное городское училище.
    В ноябре 1921 году, сбежав из дома, мальчишкой добровольно поступил на службу в Красную Армию: до декабря 1923 года - санитар 2-й Московской бригады войск ЧОН - частей особого назначения по борьбе с бандитизмом.
    В 1924-1927 гг. – рабочий в Москве, в том числе с 1925 года - упаковщик Московского союза промысловой кооперации.
    В августе 1927-апреле 1928 гг. - стрелок 1-го отряда военно-промышленной охраны ВСНХ СССР.
    В июле 1928-январе 1930 гг.- упаковщик на складах Центрального союза потребительских обществ.
    В январе-сентябре 1930 года - заместитель начальника административного отдела торгово-посылочной конторы Наркомата внутренней торговли РСФСР и одновременно на общественных началах - секретарь комсомольской организации.
    В октябре 1930-1931 гг. - секретарь комитета ВЛКСМ Московского штамповочного завода «Пресс».
    В 1931-1932 гг. – член бюро и одновременно заведующий военным отделом Замоскворецкого райкома комсомола Москвы.
    На службе в органах госбезопасности и внутренних дел с 1932 года. Как тогда было принято говорить, «для усиления» был направлен на неё в числе других представителей комсомольского актива Москвы: практикант и уполномоченный экономического отдела Полномочного представительства ОГПУ по Московской области, уполномоченный (с 1933) Экономического управления центрального аппарата ОГПУ (с 1934 - НКВД СССР), уполномоченный (с 10 июля 1934) 1-го отделения экономического отдела Главного управления госбезопасности (ГУГБ) НКВД СССР.
    Летом 1934 года, когда вскрылись злоупотребления В.С. Абакумова служебным положением (в частности, использовал конспиративные квартиры для интимных встреч с женщинами), очевидно, в качестве наказания был переведён на работу в центральный аппарат Главного управления исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений (ГУЛАГ) НКВД СССР. Так, в период 1 август 1934-15 апреля 1937 гг. он - сотрудник 3-го (охрана и оперработа) отдела: уполномоченный и (с 16 августа 1935) оперуполномоченный.
    В дальнейшем (15 апреля 1937-5 декабря 1938) – вновь в структурах центрального аппарата ГУГБ НКВД СССР: оперуполномоченный и (с марта 1938) помощник начальника отделения 4-го (секретно-политического) отдела 1-го Управления, помощник начальника (с 29 сентября 1938) и начальник (с 1 ноября 1938) 2-го отделения 2-го (секретно-политического) отдела.
    5 декабря 1938-25 февраля 1941 гг. - начальник УНКВД по Ростовской области (в том числе до 24 апреля 1939 года на правах Врид). В данном качестве выступил в роли не только участника, но и инициатора необоснованных массовых репрессий среди жителей региона.
    В этот период был избран делегатом XVIII-го съезда ВКП(б).
    25 февраля 1941-19 февраля 1943 гг. - заместитель наркома внутренних дел СССР и с 19 июля 1941 года ещё одновременно и начальник Управления Особых отделов НКВД СССР. Состоя в данных должностях, как замнаркома курировал служебно-оперативную деятельность Главного управления милиции, Главного управления пожарной охраны и 3-го отдела, осуществлявшего оперативно-чекистское обслуживание пограничных и внутренних войск, а как глава службы Особых отделов непосредственно руководил органами военной контрразведки, работающими при наркоматах обороны и ВМФ, а также внутри всех иных вооружённых формирований СССР, в том числе милиции, внутренних и пограничных войск НКВД СССР.
    19 апреля 1943-27 апреля 1946 гг. – начальник Главного управление контрразведки «Смерш» и одновременно - заместитель наркома (с марта 1946 – заместитель министра) обороны СССР (то есть И.В. Сталина).
    В 1944 году участвовал в реализации чекистско-войсковых операций по насильственной депортации ряда коренных народов Северного Кавказа.
    11 января-4 июля 1945 года (но без освобождения от основных обязанностей) - Уполномоченный НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту. В данном качестве принимал непосредственное участие в боях за Восточную Пруссию и штурме города и крепости Кёнигсберг, проявив при этом не только организаторский, но и полководческий талант. Также, состоя в должности Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, внёс весомейший вклад как в дело налаживание мирной жизни на оккупированной советскими войсками территории Восточной Пруссии, так и в дело строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области.
    В феврале 1945 года во главе сил 57-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР и чекистско-оперативных групп 3-го Белорусского фронта выполнял личное задание И.В. Сталина по исследованию остатков восточнопрусской ставки Гитлера «Вольфшанце» («Волчье логово»), располагавшейся в районе города Растенбург (ныне – польский Кентшин).
    Начиная с 6 сентября 1945 года, на правах члена входил в состав Комиссии по руководству подготовкой обвинительных материалов и работой советских представителей в Международном военном трибунале по делу главных немецких военных преступников.
    27 апреля-4 мая 1946 года – начальник ГУКР «Смерш» Министерства Вооружённых Сил СССР.
    4 мая 1946-4 июля 1951 гг. – министр госбезопасности СССР и одновременно: 18 мая 1946-4 июля 1951 гг. – член Комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) по судебным делам; 31 декабря-4 июля 1951 гг. – председатель коллегии МГБ СССР.
    В послевоенный период по личному указанию И.В. Сталина выступил в роли инициатора ряда массовых «чисток» в рядах партийно-государственной и военной номенклатуры расправа над представителями руководства авиапромышленности, высшего командного состава ВВС, ВМФ и советской артиллерии, лицами из ближайшего окружения попавшего в опалу Маршала Г.К. Жукова, «Ленинградское дело» и др.).
    Вместе с тем, по свидетельству людей, работавших под его началом, это был неглупый, сообразительный и решительный руководитель, вдобавок, он на много превосходил своих предшественников Ежова, Берию и Меркулова в знании тонкостей оперативной работы. К тому же он был красив, высок ростом и хорошо сложен. Следил за собой: носил тщательно подогнанную форму и модные костюмы, пользовался изысканной парфюмерией, активно занимался спортом - теннисом и силовыми единоборствами, в частности, выполнил нормативы мастера спорта по самбо.
    Кроме того (строки из воспоминаний бывшего сотрудника центрального аппарата ГУКР «Смерш» полковника в отставке И.А. Чернова): «Виктор Семёнович хоть и был молодой, а пользовался большим авторитетом, в ГУКР «Смерш» его очень уважали. Основное внимание он уделял розыскной работе, знал её хорошо, и велась она активно. Начальников управлений в центре и на фронтах жестко держал в руках, послаблений никому не давал. Резковат - это да, бывало по-всякому, а вот чванства за ним не замечалось. Наоборот, если случалось ему обидеть кого-то, он потом вызывал к себе в кабинет и отрабатывал назад».
    Как глава МГБ СССР стоял у истоков создания ядерного щита СССР.
    4 июля 1951 года после клеветнического заявления старшего следователя М.Д. Рюмина о сокрытии министром госбезопасности от ЦК ВКП(б) данных по важным уголовным делам (якобы «замазывал» дело профессора-консультанта Лечебно-санитарного управления Кремля Я.Г. Этингера и потворствовал «террористическим замыслам» взятых под стражу членов еврейской молодежной организации «Союз борьбы за дело революции»), генерал-полковник В.С. Абакумов был отстранён от занимаемой должности, а через восемь дней, 12 июля, опять же по приказанию В.И. Сталина после вызова в прокуратуру на допрос арестован с препровождением в Особую тюрьму ЦК, располагавшуюся в автономном блоке следственного изолятора «Матросская тишина». Здесь он содержался под кодовым номером «15».
    В тот же день, 12 июля, была взята под стражу и его супруга - Антонина Николаевна Смирнова 1920 года с двухмесячным сыном.
    11 июля 1951 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло и обнародовало постановление «О неблагополучном положении в Министерстве государственной безопасности СССР». Как в нём было сказано, генерал В.С. Абакумов как министр госбезопасности СССР «помешал ЦК выявить безусловно законспирированную группу врачей, выполняющих задания иностранных агентов по террористической деятельности против руководителей партии и правительства».
    В ходе следствия В.С. Абакумов, несмотря на применяемые к нему меры жестокого физического воздействия (пытки, содержание в кандалах и наручниках, другие издевательства), превратившие его в беспомощного инвалида, до самого конца держался стойко и мужественно. Или, говоря словами уже названного выше постановления Политбюро, «встал на путь голого отрицания установленных фактов, свидетельствующих о неблагополучном положении в работе МГБ, при допросе пытался вновь обмануть партию, не обнаружил понимания совершённых им преступлений и не проявил никаких признаков готовности раскаяться в совершённых им преступлениях».
    По компетентному мнению Г.В. Костырченко, учёного из Института российской истории РАН, давно и скрупулёзно исследующего тему «Сталин и история «сионистского заговора» в силовых структурах», чтобы понять причину упорства В.С. Абакумова в нежелании продемонстрировать готовность «разоружиться перед партией», а, следовательно, и вымолить у вождя пощады, то «следует обратиться к биографии Абакумова. Возглавляя в годы войны ГУКР «Смерш», этот человек сформировался как самостоятельный руководитель, ибо в условиях боевой обстановки поневоле должен был принимать инициативные решения, беря тем самым немалую ответственность на себя. Потом с наступлением мирной жизни обстоятельства изменились и куда важней стало угодить, чем честно служить, но Абакумов, как видно, не смог перестроиться. Очевидно, этот выходец из социальных низов, сын истопника и прачки, несмотря на грубый цинизм, присущий тогдашним номенклатурным нравам, не утратил окончательно человеческого достоинства и здравого смысла при принятии решений, за что, собственно, и поплатился».
    Суд над В.С. Абакумов состоялся уже после смерти В.И. Сталина - 19 декабря 1954 года в Ленинграде. Его признали виновным в таких государственных преступлениях, как:
    - «Измена Родине, совершённое военнослужащим»;
    - «Вредительство»;
    - «Совершение терактов»;
    - «Участие в контрреволюционной организации» (статьи 58-1-б, 58-7, 58-8 и 58-11 тогдашнего Уголовного кодекса РСФСР),
    - «Хищение государственного и общественного имущества».
    В обвинительном заключении он был назван «членом банды Берии», хотя на самом деле, если исходить из фактов, в последние годы В.С. Абакумов числился у Л.П. Берии в личных врагах.
    Приговор – высшая мера наказания через расстрел, которая по указанию Н.С. Хрущёва была приведена в исполнение практически немедленно - в тот же день, в 12.15, в присутствии Генерального прокурора СССР действительного государственного советника юстиции Р.А. Руденко.
    В 1994 году Военной коллегией Верховного суда СССР В.С. Абакумов был частично реабилитирован - с него были сняты обвинение в совершении государственной измены, то есть он более не является государственным преступником. Однако вместе с тем приговор о высшей мере наказания был оставлен в силе, что в соответствии с Законом РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» дало правовые основания для вынесения Главным военным прокурором по данному поводу протеста.
    Последний был рассмотрен в декабре 1997 года президиумом Верховного суда РФ. Вынесенное тогда решение: изменить определение 1994 года и назначить В.С. Абакумову вместо расстрела наказание в виде 25 лет заключения.
    В период прохождения службы имел следующие персональные звания:
    - «младший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «старший лейтенант») - с 20 декабря 1936 года;
    - «лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «капитан») - с 5 ноября 1937 года;
    - «капитан госбезопасности» (аналог воинского звания «полковник») - с 28 декабря 1938 года. Присвоено было, минуя специальное звание «старший лейтенант госбезопасности» (аналог воинского звания «майор»);
    - «старший майор госбезопасности» (аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») - с 14 марта 1940 года. Присвоено было, минуя специальное звание «майор госбезопасности» (аналог воинского звания «комбриг»);
    - «комиссар госбезопасности 3 ранга» (аналог воинских званий «комкор» и «генерал-лейтенант») - с 9 июля 1941;
    - «комиссар госбезопасности 2 ранга» (аналог воинского звания «генерал-полковник») - с 14 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состав органов госбезопасности на новые специальные звания;
    - «генерал-полковник» - в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года. Присвоено было в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
    Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград и, в частности, пяти орденов – Красного Знамени (26 апреля 1940; № 4697), Суворова 1-й (31 июля 1944; № 216) и 2-й (8 марта 1944; № 540) степени, Кутузова 1-й степени (21 апреля 1945; № 385), Красной Звезды (№ 847892), - а также шести медалей и, в том числе, «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда», «За оборону Кавказа», «За взятие Кёнигсберга», а также нагрудного знака «ХV лет ВЧК-ГПУ» (9 мая 1938).
    Место захоронения неизвестно.
    Автор – полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
     
    Любовь Н. нравится это.
  6. Sobkor
    Offline

    Sobkor Banned

    Регистрация:
    16 янв 2009
    Сообщения:
    22
    Спасибо:
    2
    Отзывы:
    0
    Из:
    Калининград
    «Смершовцы» из числа смолян, погибшие на Восточно-Прусском театре военных действий:

    КАРНАУХ Андрей Иванович (1899-1945), оперуполномоченный Отдела контрразведки «Смерш» 705-го артиллерийского полка 5-й гвардейской танковой армии 2-го Белорусского фронта (2-го формирования), участник боёв за Восточную Пруссию, капитан.
    Родился в 1899 году в городе Велиже Смоленской области. Русский. Член ВКП(б).
    Погиб в бою (по другим данным – умер от ран) 27 января 1945 года.
    Место захоронения неизвестно.
    Увековечен в:
    - Книге Памяти Смоленской области - том «Велижский район. Глинковский район», страница 156: как умерший от ран, без указания ведомственной принадлежности к органам военной контрразведки и с двумя ошибками: 1) почему-то как 1889, а не 1898 года рождения; и 2) как военнослужащий мифической по отношению к дате гибели 5-й танковой армии, а не 5-й гвардейской танковой армии;
    - Книге Памяти сотрудников органов контрразведки - стр. 205: как погибший в бою;
    - Книге Памяти Калининградской области «Назовём поимённо» - т. 20, стр. 360: как погибший в бою.

    КОЗЕЕВ Григорий Николаевич (1907-1944), командир отделения подразделения охраны Отдела контрразведки «Смерш» 262-й стрелковой Демидовской (впоследствии – ещё Хинганская Краснознамённая ордена Суворова) дивизии 113-го стрелкового (впоследствии – Тильзитско-Мукденский Краснознамённый) корпуса 39-й армии (2-го формирования) 3-й Белорусского фронта, участник боёв за Восточную Пруссию, сержант.
    Родился в 1907 году в деревне Бодиновка Велижского района Смоленской области. Беспартийный. Был женат: супруга Анастасия Козеева (отчество в документе не указано не разборчиво) по состоянию на осень 1944 года проживала по месту рождения мужа.
    В армию мобилизован в 1942 году Велижским РВК Смоленской области.
    18 октября 1944 года получил тяжёлое ранение, в связи с чем был доставлен на лечение в 153-й отдельный медико-санитарный батальон 192-й стрелковой Оршанской (впоследствии – вдобавок Хинганская) Краснознамённой дивизии (2-го формирования) 113-го стрелкового (впоследствии – Тильзитско-Мукденский Краснознамённый) корпуса 39-й армии (2-го формирования) 3-го Белорусского фронта.
    Согласно донесениям о безвозвратных потерях (ЦАМО: ф. 58, оп. А-0071693, дд. 645 и 646), умер от ран в тот же день – 18 октября 1944 года.
    Похоронен был в деревне Вялагбузы Сынтовтынской волости Шакяйского уезда Литовской ССР (ныне – Литовская Республика) – в братской воинской могиле № 3.
    Увековечен в Книге Памяти Смоленской области - том «Велижский район. Глинковский район», страница 167, но как похороненный в деревне Вялобудзе Каунасского района Литовской ССР (ныне - Литовская Республика).
    В Книге Памяти сотрудников органов контрразведки не значится.
    Автор – полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
     
    Юлиа нравится это.
  7. Combatx
    Offline

    Combatx Завсегдатай SB

    Регистрация:
    20 апр 2013
    Сообщения:
    174
    Спасибо:
    706
    Отзывы:
    19
    Страна:
    Latvia
    Из:
    Рига
    Интересы:
    Военная история, реконструкция
    15 мая 1943 года, в соответствии с постановлением СНК для агентурно-оперативного обслуживания пограничных и внутренних войск, милиции и других вооруженных формирований Наркомата приказом НКВД СССР № 00856 был создан Отдел контрразведки (ОКР) «Смерш» НКВД СССР (начальник — комиссар ГБ С. П. Юхимович). И носили они оказывается форму НКВД!

    При наступлении советских войск смершевцы в числе первых оказывались в освобожденных городах, выполняя специальные задания командования. Так, 13 октября 1944 года в еще удерживавшейся немцами Риге опергруппой УКР "Смерш" 2-го Прибалтийского фронта в составе пяти чекистов под руководством капитана Михаила Поспелова с боем была захвачена картотека подразделения абвера в Риге "Абверштелле-Остланд" и перебиты все находившиеся при ней работники абвера. Всю ночь смершевцы вели бой с подошедшим к немцам подкреплением, до тех пор, пока в город не вступили наши передовые части, что вынудило немцев бежать. Поспелов был ранен, но вскоре вернулся в строй. Он был награжден орденом Красного Знамени.

    http--img113.imageshack.us-img113-729-al35205kn5.jpg 106957610_large_aa__SMERSH.jpg
     
    ohranik, Khron и Юлиа нравится это.
  8. Red_s
    Offline

    Red_s Завсегдатай SB

    Регистрация:
    6 апр 2009
    Сообщения:
    1.753
    Спасибо:
    1.502
    Отзывы:
    83
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Мск
    Мой дедушка служил в Смерше (как сдесь многие уверены - стрелял в спины советским солдатам)))) Но на деле, принимал участие в расследованиях , поимках, охотах...по лесам шорохался за бандеровцами до 46 года. За время , что он там был, у него съехала крыша малость, ибо заходя в освобождаемые нас.пункты видел то , что особо не рекламировали - Мясо из мирного населения, всех возрастов. То, что творили добренькие немчики , в свободное от раздачи шоколада и хлеба время.... Если чего и рассказывал то эпизодически и коротко и жене только, а когда моя мама просила рассказать , отвечал , что то типа - зачем тебе это знать?! (не хотел травмировать детскую психику)
     
  9. Wolf09
    Offline

    Wolf09 Волк - одиночка

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    11.180
    Спасибо:
    52.787
    Отзывы:
    749
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История государства российского
    Задачи, поставленные перед СМЕРШ были такие:

    а) борьба со шпионской, диверсионной, террористической и иной подрывной деятельностью иностранных разведок в частях и учреждениях Красной Армии;
    б) борьба с антисоветскими элементами, проникшими в части и учреждения Красной Армии;
    в) принятие необходимых агентурно-оперативных и иных [через командование] мер к созданию на фронтах условий, исключающих возможность безнаказанного прохода агентуры противника через линию фронта с тем, чтобы
    сделать линию фронта непроницаемой для шпионских и антисоветских элементов;
    г) борьба с предательством и изменой Родине в частях и учреждениях Красной Армии [переход на сторону противника, укрывательство шпионов и вообще содействие работе последних];
    д) борьба с дезертирством и членовредительством на фронтах;
    е) проверка военнослужащих и других лиц, бывших в плену и окружении противника;
    ж) выполнение специальных заданий народного комиссара обороны.
    органы „Смерш“ освобождаются от проведения всякой другой работы, не связанной непосредственно с задачами, перечисленными в настоящем разделе»

    (из Постановление ГКО об утверждении положения о ГУКР «Смерш» НКО СССР)

    Почему необходимость создания такой контрразведывательной службы как СМЕРШ возникла именно в 1943 году?

    Активность Абвера была высокой с самого начала Великой отечественной войны. В 1942 году спецслужбы Германии начали резко наращивать масштаб операций против СССР, в 1942 году в специальных школах и учебных пунктах абвера и СД одновременно проходило подготовку до 1500 человек. Обучение длилось от полутора (для так называемых обычных шпионов) до трех (для шпионов-радистов и диверсантов) месяцев. Вместе взятые, все разведывательные школы, пункты и курсы за год выпускали примерно около 10 тысяч шпионов и диверсантов. Ставилась задача разведывательного изучения перемен в инфраструктуре на гораздо большую глубину, заговорили о необходимости добывать данные обо всем, что касалось мобилизации и стратегического развертывания резервов Вооруженных Сил СССР, их морального состояния, уровня дисциплины и выучки. Требовали не только оценить состояние обороны и концентрацию технических средств на направлении главного удара, но и выяснить возможности советской экономики справляться с неотложными нуждами войск в условиях, когда продолжается массовое перемещение промышленных предприятий и научно-исследовательских институтов в восточные районы страны. Во взаимодействии с СД абверу предстояло развернуть активную диверсионную деятельность в промышленности и на транспорте с целью разрушения коммуникаций, транспортных узлов, вывода из строя шахт, электростанций, оборонных заводов, хранилищ горюче-смазочных материалов, продовольственных складов. Абвер перешел к более агрессивной и наступательной деятельности. Массовая вербовка агентуры, небывалые размеры ее заброски рассматривались в тот период доказательством способности руководителей гитлеровской разведки анализировать, познавать изменяющиеся условия и приспосабливаться к ним.
    В 1943 году активность Абвера достигла своего пика. Глава Абвера адмирал Канарис совершил поездку на Восточный фронт в июне 1943 года. На совещании в Риге, где присутствовали руководители абверштелле и полевых разведывательных органов, начальники разведывательно-диверсионных школ, Канарис положительно оценил деятельность отдела Абвер III — на него произвело впечатление сообщение начальника абверкоманды-104 майора Гезенрегена о массовых арестах и расстрелах русских, не принимающих «новый порядок». Канарис так и сказал: «Служба нашей контрразведки помогает фюреру укреплять новый порядок». Что касается первого и второго отделов абвера в группе армий «Норд», то их действия он оценил как неудовлетворительные. «Наш отдел агентурной разведки и диверсионная служба, — сказал он, — утратили наступательный дух, на чем я настаивал всегда. Мы не имеем агентуры в советских штабах, а она должна быть там. Я решительно требую массовой засылки агентуры. Мною создано вам столько школ, сколько нужно… »
    В 1943 году масштабы заброски агентуры в советский тыл выросли почти в полтора раза по сравнению с 1942 годом…
    Надо сказать, что Абвер не сильно заботился о качестве агентуры, качество подготовки приносилось в жертву ради количества. Возможно в Абвере исповедовали философский закон о неминуемом переходе количества в качество. Но, в любом случае такие «стахановские методы» заброски шпионов и диверсантов в тыл Красной Армии неминуемо приводили к напряжению всех контрразведывательной служб РККА и НКВД , создавали благоприятные условия для работы наиболее ценных и опытных агентов. Интересно, что руководство Абвера порой страдало явно авантюристическими замыслами, ставя перед своей агентурой, прямо скажем, задачи космического масштаба. Так в августе 1943 в Казахскую ССР была заброшена группа, которая должна была опираясь на помощь местных националистических элементов, развернуть агитацию среди населения за отделение Казахстана от Советского Союза и за образование, ни больше ни меньше, самостоятельного государства под протекторатом Германии. Еще пример, 23 мая 1944 года была зафиксирована в районе поселка Утта Астраханской области посадка вражеского сверхмощного самолета, с которого был высажен отряд диверсантов в количестве 24 человек во главе с официальным сотрудником германской разведки капитаном Эбергардом фон Шеллером Эта группа была направлена немецким разведорганом «Валли I» для подготовки на территории Калмыкии базы для переброски 36 (!)эскадронов так называемого «Калмыцкого корпуса доктора Долля» для организации восстания среди калмыков.

    issue_242_11_01_01.jpg
    Фотография штатного сотрудника
    германской разведки гауптмана
    Эбергарда фон Шеллера,
    захваченного в ходе операции "Арийцы"

    Дебютом СМЕРШ и проверкой на прочность стала Курская битва. СМЕРШ предпринимал титанические усилия по обеспечению секретности проведения этой стратегической операции. Одним из источников информации для немецкой разведки были перебежчики.

    Из докладной записки УКР «Смерш» Брянского фронта зам.
    наркома обороны СССР B.C. Абакумову об итогах оперативно-чекистских
    мероприятий под кодовым названием «Измена Родине»
    19 июня 1943 г.

    Совершенно секретно

    В мае с.г. наиболее пораженными изменой Родине были 415-я и 356-я сд 61-й армии и 5-я сд 63-й армии, из которых перешли к противнику 23 военнослужащих.
    Одной из наиболее эффективных мер борьбы с изменниками Родине, в числе других, было проведение операций по инсценированию под видом групповых сдач в плен к противнику военнослужащих,
    которые проводились по инициативе Управления] контрразведки «Смерш» фронта под руководством опытных оперативных работников отделов контрразведки армии.
    Операции происходили 2 и 3 июня с.г. на участках 415-й и 356-й сд с задачей: под видом сдачи в плен наших военнослужащих сблизиться с немцами, забросать их гранатами, чтобы противник в будущем
    каждый переход на его сторону группы или одиночек изменников встречал огнем и уничтожал.
    Для проведения операций были отобраны и тщательно проверены три группы военнослужащих 415-й и 356-й сд. В каждую группу входили 4 человека.
    В 415-й сд одна группа состояла из разведчиков дивизии, вторая — из штрафников.
    В 356-й сд создана одна группа из разведчиков дивизии.


    Не следует удивляться тому, что были перебежчики в июне 1943, такое случалось и в 1945 году. И немцы и наши разбрасывали всю войну миллионы листовок-пропусков в плен. Вот, что вспоминал Гельмут Клауссман, 111 ПД Вермахта: «Вообще перебежчики были с обоих сторон, и на протяжении всей войны. К нам перебегали русские солдаты и после Курска. И наши солдаты к русским перебегали. Помню, под Таганрогом два солдата стояли в карауле, и ушли к русским, а через несколько дней, мы услышали их обращение по радиоустановке с призывом сдаваться. Я думаю, что обычно перебежчиками были солдаты, которые просто хотели остаться в живых. Перебегали обычно перед большими боями, когда риск погибнуть в атаке пересиливал чувство страха перед противником. Мало кто перебегал по убеждениям и к нам, и от нас. Это была такая попытка выжить в этой огромной бойне. Надеялись, что после допросов и проверок тебя отправят куда-нибудь в тыл, подальше от фронта. А там уж жизнь как-нибудь образуется.»

    propusk.jpg
    Листовка. Пропуск. Штыки в землю. VIII/42

    Основным мотивом такого поступка была трусость. Удивляет в этой докладной записке то, что для проведения такой операции были привлечены «штрафники»!

    Вот еще одна интересная докладная записка:

    Спецсообщение ОВЦ 13-й армии начальнику УКР «Смерш»
    Центрального фронта А.А. Вадису об итогах перлюстрации коррес-
    понденции военнослужащих за 5 — 6 июля 1943 г.
    8 июля 1943.

    Совершенно секретно

    Отделением военной цензуры НКГБ 13-й армии за 5 и 6 июля процензурировано исходящей корреспонденции 55 336 писем, из них на национальных языках народов СССР — 6914.
    Из общего числа проверенной корреспонденции обнаружено отрицательных высказываний 21, относящихся к жалобам на недостаток в питании и отсутствие табака.
    1 Спецсообщение также было направлено начальнику ОКР «Смерш» 13-й армии полковнику Александрову и в Военный совет 13-й армии.
    Вся остальная корреспонденция в количестве 55 315 писем патриотического характера, отражающая преданность нашей Родине и любовь к Отечеству.
    Бойцы и командиры горят желанием немедленно вступить в решающее сражение с ненавистным врагом всего прогрессивного человечества.
    В письмах выражают ненависть к фашистским войскам германского империализма, готовы отдать свою жизнь за дело Коммунистической партии и Советского правительства. Применить наделе мастерство, выучку и силу грозного оружия, созданного тружениками социалистического тыла. Выдержки из писем, идущих из армии в тыл, отражающих патриотические настроения, приводим ниже:

    «Здравствуйте, мои любимые: мамаша, Лидушка, Ванечка и Вовочка! До вчерашнего письма мне хочется добавить, что я сейчас рад и счастлив, наконец, моя неугомонная душа дождалась своего раздолья. Сегодня началось на нашем участке наступление. Мы скоро будем вести бои. Радость очень велика и благородна. Мне давно хотелось присоединить свою ненависть и силу к товарищам, которые будут, как и я, громить врага. Пожелайте мне удач…»
    Отправитель: 01097 п/п, Ольшанский.
    Получатель: Тбилиси, Ольшанская.

    «Здравствуйте, дорогая мама Наталья Васильевна!..Сегодня, 5 июля, там, где стоял мой батальон, немец перешел в наступление, пускает сотни самолетов и танков. Но, дорогая, не беспокойтесь, это не 1941 г. Уже с первого часа они почувствовали силу нашего оружия. Наши самолеты грозной тучей обрушились на него, и вот, когда я пишу это письмо, воздух наполнен гулом моторов наших самолетов. Бои, мама, будут очень серьезные, но особенно не беспокойтесь, жив буду — буду героем, а убьют, ничего не поделаешь. Но верь[те] мне, мама, седин Ваших я не опозорю…»
    Отправитель: 39982-у п/п, Муратов.
    Получатель: Рязанская обл., Тумский р-н, Муратова.

    «Здравствуйте, папаша и мамаша! Я жив и здоров. 5 июля пошел в бой. Немца гоним. До свидания. Крепко целую Федор…»
    Отправитель: 78431-д п/п, Федоров.
    Получатель: г. Москва, Федоров.

    «Здравствуй, дорогая Ниночка! Особенно расписывать сейчас не буду. Буду лаконичен. Немец начинает свое генеральное наступление. Начинаются жестокие бои. Конечно, мы победим, хотя и будут большие жертвы. Сейчас я еду в самую гущу боев. Может быть, от меня долго не будет письма в эти дни. Не беспокойся, родная. Сейчас всюду небывалый гул и грохот. В небе сотни наших и немецких самолетов. «Мессершмитты» падают один за другим. Настроение боевое и приподнятое, как перед выходом на сцену…»
    Отправитель: 01082-6 п/п, Лазарев В.Л.
    Получатель: Акмолинская обл., Бузырихина.

    «Дорогие мои! По-видимому, через несколько часов, а может быть и минут, начнется превеликая жара. Все предпосылки к тому налицо. Настроение вполне бодрое, несколько приподнятое. Мы все давно и терпеливо ждали этого момента. Кто знает, что будет. Жизнь чудесна, а будет еще лучше…»
    Отправитель: 01082-х п/п, Шемякин Б.В.
    Получатель: Рязанская обл., Касимов, Шемякина.

    «Здравствуйте, дорогие товарищи! Сегодня, 5 июля, мы вступаем в бой с ненавистным врагом. Мои первые выстрелы метко направлены по фрицам. Буду живым или нет? Но коль умереть, то задело победы, за родину.
    С приветом, Петр…»
    Отправитель: 01082-д п/п, Горбачев П.М.
    Получатель: г. Челябинск, Грегушников.

    «…Добрый день, дорогая мамочка!.. Благослови меня в последний решающий бой с немецкими оккупантами. Осталось недолго ждать нашей победы над фашизмом. Скоро весь народ вздохнет полной грудью. Итак, я иду в бой. Целую Вас крепко, Ваш Митя…»
    Отправитель: 01082-ж п/п, Зобов Д.Н.
    Получатель: Саратовская обл., Бунилина.


    Начальник отделения ВЦ НКГБ 13-й армии

    Спецсообщение УНКВД по Курской области наркому внутренних дел СССР Л.П. Берия о заброске на территорию области немецких парашютистов-диверсантов

    2 августа 1943 г. Совершенно секретно


    В период с 14 по 30 июля с.г. в районе Москва — Донбасской железной дороги, станции Старый Оскол — Валуйки, противником выброшены три парашютные группы диверсантов общей численностью 18 человек, с заданием разрушения железнодорожного полотна, искусственных сооружений и подрыва эшелонов с воинскими грузами.

    В результате принятых мер 5 диверсантов задержаны и 5 человек добровольно явились в органы советской власти.

    Задержанные и добровольно явившиеся диверсанты были одеты в форму военнослужащих Красной Армии, снабжены документами частей и госпиталей Воронежского фронта.

    Все диверсанты вооружены пистолетами иностранных образцов и снабжены взрывчатыми и зажигательными материалами, упакованными в сумки от противогазов, причем зажигательные вещества имеют маскировочную упаковку под видом продовольственных концентратов. Первичными допросами задержанных установлено, что все они прошли подготовку к диверсионной работе в Днепропетровской и Запорожской разведывательно-диверсионных школах противника и получили задание — после совершения диверсионных актов проникнуть в части действующей Красной Армии, попасть с этими частями на фронт

    для последующего перехода на сторону противника. Для этой цели диверсанты снабжены немецкими пропусками, зашитыми в погонах, а также в различных местах одежды.

    У диверсантов обнаружены различные фотокарточки, на обороте которых сделаны условные записи с указанием объектов диверсионной работы.

    Из показаний задержанных также известно, что в первых числах августа месяца ожидается выброска с аналогичными заданиями еще 5 человек, подготовленных в Запорожской школе, а также, что в Днепропетровскую школу прибыло 20 человек пополнения, с которыми начата работа по подготовке к выполнению диверсионных заданий.

    Для ликвидации выброшенных и ожидаемых к выброске диверсионных групп приняты следующие меры:

    1. В районы, прилегающие к железнодорожной линии Курск — Касторное Южной железной дороги и Касторное — Валуйки Москва — Донбасской железной дороги, командированы опытные работники отдела по борьбе с бандитизмом и уголовного розыска с задачей создать агентурные заслоны в населенных пунктах, расположенных вдоль всей линии железной дороги.

    2. Даны указания железнодорожной милиции Южной железной дороги усилить охрану железнодорожного полотна и противодиверсионную работу на искусственных сооружениях.

    3. При райотделениях НКВД Щигры и Касторное сосредоточены войсковые группы от 19-й бригады внутренних войск НКВД, предназначенные на случай проведения войсковых мероприятий.

    4. Для руководства агентурно-войсковыми мероприятиями в районах производства розыска диверсантов на места командированы ответственные оперативные работники УНКВД и командир из штаба 19-й бригады войск НКВД.

    5. Ориентированы расположенные в районах производства операции органы контрразведки «Смерш» частей действующей Красной Армии, войска НКВД по охране тыла Воронежского фронта и органы НКГБ.

    6. План агентурно-войсковых мероприятий со списком задержанных, разыскиваемых и ожидаемых к выброске диверсантов направлен в Отдел по борьбе с бандитизмом НКВД СССР.

    Начальник Управления НКВД Курской области полковник государственной безопасности Трофимов.


    Спецсообщение ОКР «Смерш» 69-й армии в Военный совет армии о работе заградотрядов с 12 по 17 июля 1943 г.

    18 июля 1943 г. Совершенно секретно


    В порядке выполнения задачи по задержанию рядового и командно-начальствующего состава соединений и частей армии, самовольно оставивших поле боя, Отделом контрразведки «Смерш« 69-й армии 12 июля1943 г. из личного состава отдельной роты было организовано 7 заградотрядов, по 7 человек в каждом, во главе которых были поставлены по 2 оперативных работника.

    Указанные заградотряды были выставлены в селах Алексеевка — Проходное, Новая Слободка — Самойловка, Подольхи — Большие Подяруги, хутор Большой — Коломийцево, Кащеево — Погореловка, Подкопаевка — южная окраина г. Короча — Пушкарное.

    В результате проведенной работы заградотрядами с 12 по 17 июля с.г. включительно было задержано 6956 человек рядового и командно-начальствующего состава, оставивших поле боя или вышедших из окружения войск противника.

    Вышеуказанное число задержанных по соединениям и частям распределяется следующим образом:

    Безымянный.jpg


    Остальные 728 человек задержанных принадлежат другим частям и соединениям.

    Наибольшее число задержанных из 92-й гсд — 2276 человек, и 305-й сд — 1502 человека.

    Необходимо отметить, что число задержанных военнослужащих, начиная с 15 июля, резко сократилось по сравнению с первыми днями работы заградотрядов. Если за 12 июля было задержано 2842 человека, а за 13 июля — 1841 человека, то за 16 июля было задержано 394 человека, а уже за 17 июля было задержано всего лишь 167 человек, и то вышедших из окружения войск противника. Начавшийся в пятом часу 12 июля1943 г. массовый отход рядового, командно-начальствующего состава с поля боя организованными нами заградотрядами был в основном остановлен в 16 часов того же дня, а впоследствии совсем прекратился.

    В процессе боевых действий имели место случаи самовольного оставления поля боя целыми подразделениями со стороны военнослужащих 92-й гсд, 305-й сд и 290-го минометного полка. Так, например, заградотрядомврайонес. Новая Слободка 14 июля с.г. были задержаны 3 подразделения 305-й сд, как то: батарея 76-мм пушек, гаубичная батарея и саперная рота.

    Другим заградотрядом в районе дер. Самойловки были задержаны 3 минометных батареи 290-го армейского минометного полка.

    Заградотрядом в районе с. Кащеево были задержаны два обоза 92-й гсд в количестве 25 подвод с личным составом 200 человек.

    Из числа задержанных арестовано 55 человек, из них:

    подозрительных по шпионажу — 20 человек,

    по террору — 2 -«-,

    изменников Родине — 1 — « — ,

    трусов и паникеров — 28 -«-,

    дезертиров — 4 -« — .

    Остальные военнослужащие из числа задержанных были направлены в свои части.

    Ввиду того что отход военнослужащих с поля боя прекращен, мной заградотряды сняты, и личный состав их направлен для выполнения своих непосредственных военных обязанностей.

    Начальник Отдела контрразведки НКО «Смерш» 69-й армии полковник Строилов


    Из докладной записки ОКР «Смерш» 63-й армии начальнику УКР «Смерш« Брянского фронта Н.И. Железникову о работе органов «Смерш« армии в период подготовки и начала наступательных операций с 9 по 18 июля 1943 г.

    20 июля 1943 г. Совершенно секретно


    Перед началом наступательных боевых операций в период с 9 по 18 июля 1943 г. на переднем крае обороны 63-й армии происходила перегруппировка войск: 5-я стрелковая дивизия была отведена во 2-й эшелон, 129-я стрелковая дивизия заняла участок обороны 5-й сд, 250-я и 348-я стрелковые дивизии заняли оборону в боевых порядках армии. Кроме того, к линии фронта были подтянуты отдельные полки различного рода войск.

    Этот период мог быть использован изменниками для осуществления своих намерений — перейти к противнику.

    В целях предотвращения фактов измены Родине, с тем чтобы противник не смог разгадать характер и цель перегруппировки наших войск, КРО «Смерш» армии были проведены следующие мероприятия:

    1. Весь подучетный элемент, проходящий по делам как изменники, при наличии достаточных материалов был подвергнут аресту.

    2. Остальные подучетники, на которых не было достаточно материалов для ареста, были отведены из стрелковых подразделений в тыловые и частично направлены в 228-й запасной стрелковый полк. Все лица, отведенные из стрелковых подразделений в тыловые, а также и направленные в 228-й запасной стрелковый полк, намечались в последующем использовать в самый разгар боя.

    3. За передним краем батальонов, расположенных в обороне в ночь на 12 июля1943 г., были выставлены парные секреты из бойцов взводов отделов контрразведки «Смерш» корпусов и дивизий.

    На секреты возлагалась задача не пропустить ни одного человека к противнику, не останавливаясь перед применением оружия.

    В указанный период по дивизиям было арестовано и отведено из стрелковых подразделений следующее количество подучетного элемента:

    111.jpg

    В результате проведенных мероприятий в период перегруппировки войск не было ни одного случая измены Родине.

    За дни боев, т.е. с 12 по 17 июля 1943 г., установлено П случаев дезертирства и 24 случая членовредительства, что по дивизиям составляет:

    333.jpg

    В период боевых операций имели место отдельные факты паникерства и бегства с поля боя.

    Были факты несвоевременного оказания медпомощи и выноса раненых с поля боя, а также несвоевременного погребения убитых.

    Так, в 129-й стрелковой дивизии раненые оставлялись на поле боя по 12–16 часов, и только после вмешательства КРО «Смерш» указанные недостатки были устранены.

    Во время боевых действий в дивизиях отмечался недостаточный и несвоевременный сбор трофеев противника и материальные потери наших наступающих частей, что приводило к порче материальной части.

    Очень часто материальная часть, как и сам личный состав, подрывались на минах противника, а также и на наших. Только в районе действий 287-й стрелковой дивизии на наших и противника минах подорвались 5 танков и несколько орудий.

    В настоящее время введена в действие 397-я стрелковая дивизия, а 250-я и 287-я стрелковые дивизии вследствие больших потерь отведены во 2-й эшелон на отдых и доформирование.

    Потери личного состава по армии составляют:

    убитыми — 2261 человек,

    ранеными — 7228 человек,

    пропало без вести — 14 человек.

    В том числе по дивизиям:

    444.jpg

    Потери оперативного состава по армии за истекший период боев следующие:

    5-я стрелковая дивизия

    1. Никулин, старший лейтенант, оперуполномоченный — ранен. 287-я стрелковая дивизия

    2. Оперуполномоченный, старший лейтенант Зинченко — ранен.

    3. Цыдыбон, оперуполномоченный, лейтенант — контужен. 129-я стрелковая дивизия

    4. Старший оперуполномоченный, капитан Лягин — ранен. -• 28-я зад

    5. Следователь, лейтенант Федоров — ранен.

    6. Оперуполномоченный, младший лейтенант Абитов — убит.

    За несколько дней до начала боевых действий для оказания практической помощи в работе органов «Смерш« дивизий и корпусов, а также для осуществления контроля по выполнению мероприятий, намеченных Отделом «Смерш« армии по обеспечению агентурно-оперативных мероприятий и приказа командования о наступлении, из аппарата «Смерш« армии в дивизии были направлены: зам. нач. КРО «Смерш» армии, зам. нач. 3-го Отдела КРУ «Смерш« Брянского фронта, начальник 3-го отделения КРО «Смерш« армии, 4 старших оперуполномоченных КРО «Смерш» армии — Котов, Радько, Чеховский и Эльянов.

    Указанные оперативные работники находились в частях и во время боевых действий. По мере возможности ознакомили оперативных работников КРО «Смерш» дивизий и корпусов с директивой зам. наркома обороны СССР комиссара госбезопасности 2-го ранга т. Абакумова об улучшении работы органов «Смерш» за № 4723 от 28 июня 1943 г.

    Начальник Отдела контрразведки «Смерш» 63-й армии полковник Михайлов


    Донесение УКР «Смерш» Воронежского фронта B.C. Абакумову о результатах проведенного расследования по факту утери секретных документов 31-го танкового корпуса

    21 июля 1943 г. Совершенно секретно

    12 июля 1943 г. в Отдел контрразведки «Смерш» 1-й танковой армии были доставлены совершенно секретные документы штаба 31 -го тк, найденные в районе боевых действий дер. Зоринские дворы.

    Среди документов были:

    1. Приказ Ставки Верховного Главнокомандования № 0296.

    2. Приказы войскам Воронежского фронта.

    3. Приказы войскам 1-й танковой армии.

    4. Пропуска на 5 дней.

    5. Позывные и радиоволна 1843-го иптап и 29-го оиптап РГК.

    6. Секретные пакеты в адрес командования 31 -го тк. Производственным расследованием установлено, что виновным

    в утере совершенно секретных документов оказался зав. делопроизводством секретной части штаба 31-го тк, лейтенант интендантской

    службы Мельников,_______’ г.р., уроженец Свердловской обл., русский,

    из крестьян-бедняков, образование среднее, кандидат в члены ВКП(б), в Красной Армии с июня1941 г.

    8 июля 1943 г., во время ожесточенных боев с противником, начальник штаба 31 -го тк подполковник Гандыбин приказал Мельникову выехать со всеми секретными документами во 2-Й эшелон 31 -го тк.

    Мельников выехал на грузовой автомашине. В дер. Зоринские дворы попал под бомбежку вражеской авиации, бросил планшет с секретными документами, сам уехал в тылы корпуса.

    Об утере секретных документов Мельников никому не сообщил и мер к розыску не предпринимал.

    14 июля 1943 г. Мельников был арестован. При личном обыске у него обнаружено и изъято 10 неотправленных пакетов, находившихся у него с 8 июля1943 г., среди них весьма срочные в адрес начальника штаба 1 -й танковой армии.

    Дело следствием закончено и направлено военному прокурору.

    Начальник Управления контрразведки HКО «Смерш» Воронежского фронта генерал-майор Осетров.


    Из спецсообщения ОВД 70-й армии начальнику ОКР «Смерш» 70-й армии И.И. Ермолину о реагировании военнослужащих на ход боевых действий на Орловско-Курском направлении с 26 по 30 июля 1943 г.

    Не ранее 30 июля 1943 г. Совершенно секретно

    Привожу наиболее характерные отрицательные высказывания военнослужащих.

    I. Упадническо-пораженческого характера

    Отправитель: п/п 64064-Б, Иванов. Получатель: г. Иркутск, Поросенкова. «.. .Сегодня, как и все время, противник изматывает минометно-артиллерийским огнем. Вот и сейчас я сижу за письмом и хоть этим стараюсь использовать относительное затишье, но, кажется, это мне не удастся, противник усиливает обстрел, мины рвутся совсем близко от щели, которая из них оборвет мои муки и страдания заодно с жизнью. Одному богу известно, как это адски тяжело находиться каждое мгновение под угрозой смерти. А сколько мы уже потеряли товарищей? Я не могу об этом писать цифрами, но скажу своими словами, что от нашего взвода осталась жалкая кучка людей. Смерть и только смерть ждет меня. Смерть здесь везде и повсюду. Никогда мне не свидеться больше с тобой, смерть, страшная, безжалостная и беспощадная, оборвет мою молодую жизнь. Где же мне набрать сил и мужества, чтобы переносить все это? Все грязные до невозможности, обросли и пооборвались. Когда же будет или нет конец этой ужасной войне? Прощай, это письмо будет последним (как хотелось, чтобы оно не затерялось, это прощальное письмо). Прощайте навеки«.

    Отправитель: п/п 77066-Б, Самохвалов. Получатель: Ивановская обл., Самохвалов. «…Папаша и мамаша, я вам опишу свое положение, мое положение плохое: меня контузило. У нас в полку очень много погибло людей, ст. лейтенанта убило, командира полка убило, моих товарищей побило и много ранено, теперь только очередь за мной осталась. Мама, я за 18 лет не видал такого страху, какой был за это время, только знает грудь моя и рубаха. Мама, просите у бога, чтобы я остался жив, вашу бумажку читаю 40 раз и думаю, может, чего поможет. Мама, всю правду я вам

    Спецсообщение зарегистрировано канцелярией 70-й армии 3 августа 1943 г. Датируется по содержанию

    говорю, когда был дома, не признавал никогда бога, вспоминаю его на дню 40 раз. Пишу письмо, а свою голову не знаю, куда деть. Папа и мама, прощайте последний раз, больше мне с вами не видеться, прощайте, прощайте« (док. «К«),

    Отправитель: п/п 53772-ц, Денисов. Получатель: г. Москва, Тихомирова. «…Да и зачем писать о том, чего мы переносим, когда и без того тошно все это переживать. Вот в отношении конца войны, так я думаю, что она кончится не так уж скоро, а, пожалуй, в1945 г., т.к. наши союзники в своих речах помощи людской силой не обещают, да и у них ее нет. Эта история далека и конца, затяжного для уничтожения людей, еще не видно« (док. «К«).

    Отправитель: п/п 66930–6, Хряпкин. Получатель: Москва, Хряпкин. «…Какое у нас сейчас положение на фронте, я даже не могу передать. Это один ужас, за время теперь увидел самое страшное, а поэтому я сейчас потерял всякую надежду остаться живым, временами доходишь до одурения…«

    Отправитель: п/п 01165-е, Терехов.

    Получатель: Орловская обл., Терехова.

    «…Дина, мои дела плохие, с вами больше, наверное, не увижусь, береги ребят. Дина, очень мне трудно, и писать об этом не стоит, больше писем от меня не ожидай…«

    11. Разглашениевоенной тайны

    Отправитель: п/п 32122, Зузик. Получатель: Воронежская обл., г. Липецк, эвакогоспиталь 2024, отд. I, палата 17, Лыков. «…Сообщаю об успехах нашей 2-й роты. В тот же день, 8. VII, когда Вас ранило, приказано отойти, мл. лейтенант Горкин передавал флажками сигнал Зайцеву и Шевцову. Когда открыли люк, 7 танков увидели противника и сразу открыли по нему огонь, в этот момент нас подбили, заклинило башню, разбило ИТКА, амортизатор люка мех[анический], два катка и правую гусеницу. Машину Шевцова в этот момент подожгли немецкие танки, экипаж вместе с командиром сгорел. Зайцев и Кроливцев со своей машиной ранены, сейчас в госпитале. Поплавский и Середа в этот момент тоже сгорели с машиной, это за 5-е число. Дальше, за 6.VII: машина ст. лейтенанта Плишина вместе с экипажем сгорела от прямого попадания бомб, машина Едина сгорела в атаке со всем экипажем, машина Вьюнникова сгорела в атаке со всем экипажем. Машина Дмитриева сгорела со всем экипажем. Вот все за 6.VII. В общем, из нашей роты осталась наша машина, живы остались Горкин, Зузик, Неборячек, Рубайлев, Туров. Сейчас мы на формировке. Пиши ответ, следующий раз напишу нового больше о других ротах…»

    Доклад зафронтового агента «Марта« начальнику 1-го отделения 2-го отдела УКР «Смерш« Брянского фронта майору Воронину о проведенной в тылу врага агентурной работе

    8 августа 1943 г. Совершенно секретно

    В ночь на 10 апреля ст. я была выброшена на парашюте с самолета У-2 в тыл противника для выполнения специального задания советской разведки.

    Приземлилась вблизи биофабрики. В поселке, названия которого не знаю, встретила солдата из отряда особого назначения Щетинкина, которого попросила сопроводить меня до коменданта военной части № 00049-д Ширмана. Вместе с солдатом прибыла на биофабрику, где была встречена сотрудниками военной разведки Ширманом и Иогансоном. Это было в 3 часа ночи. Они были обрадованы моим приходом и встретили меня любезно. Ночевала в квартире Ширмана, утром 11 апреля в закрытой автомашине была доставлена в г. Орел и проживала на своей квартире по ул. Новосильская. Мне дали возможность немного отдохнуть, и числа 13 апреля я была доставлена Ширманом на конспиративную квартиру по ул. 2-я Посадская, дом 22, где он снял с меня допрос.

    Ширману все доложила в соответствии с легендой и сообщила сведения по выполнению задания, которыми была снабжена советской разведкой.

    В процессе допроса Ширман интересовался экономической жизнью в тылу Советского Союза, моральным состоянием войск и населения, условиями, в которых я жила, и как меня встретили в ЦК ВЛКСМ. После устного допроса Ширман предложил мне написать отчет о выполнении задания и о жизни гражданского населения в советском тылу. Однако проверка моей деятельности в тылу Красной Армии на этом не была закончена: через некоторое время я была вызвана на допрос к сотруднику разведки Савицкому, который извинился, что беспокоит меня и мотивируя тем, что ему непонятны некоторые детали в отчетном докладе особо интересовался англо-американской помощью Советскому Союзу И как Верховное Командование Красной Армии и советская пресса оценивают разгром немецких войск под Сталинградом. Спустя несколько дней я была снова вызвана на допрос обер-лейтенантом (фамилию его не знаю), в качестве переводчика был Савицкий обер-лейтенант поинтересовался, почему я явилась без документов и как могло быть, что я приземлилась около биофабрики. В отношении документов я заявила, что секретарь обкома комсомола документы и деньги забыл в автомашине, о чем стало известно только тогда, когда находились уже на аэродроме. Боясь, что из-за этого самолет будет отложен на неопределенное время, я решилась совершить перелет, не имея документов и денег.

    Приземление в районе биофабрики объяснила: меня должны были выбросить на парашюте южнее Орла, в районе с. Дубовик, где я имею родственников, но на подступах к г. Орлу самолет попал под зенитный обстрел, и летчик, уходя от зенитного огня, очевидно, уклонился от заданного курса, и я выбросилась на парашюте, даже не зная, где совершу приземление.

    Это был последний допрос.

    Примерно 24 апреля я имела беседу с капитаном Фурманом. Он подробно интересовался Москвой, приходилось ли мне встречать пленных немецких генералов, взятых под Сталинградом, и печатались ли в газетах Протоколы их допроса.

    На этом проверка была закончена, и мне предоставили отпуск.

    В конце мая месяца обер-лейтенант, который производил мне допрос по поводу выполнения задания, вызвал меня в штаб разведки «Виддер» (Тургеневская, 28) и предложил выполнить задание по сбору материалов военно-разведывательного характера. Я отказалась, мотивируя тем что без разрешения обкома комсомола не могу появляться в тылу частей Красной Армии и в случае задержания неминуемо потерплю провал.

    В начале июня с.г. штаб разведки «Виддер» передал меня в гестапо в распоряжение обер-лейтенанта Коха, от которого получила задание по выявлению партийно-советского актива, и для прикрытия моей деятельности Кох устроил меня на работу в торговое общество «Восток» в качестве ревизора.

    Иметь связь с гестапо и выполнять данное задание я отказалась. Тогда обер-лейтенант Кох предложил мне выполнить одно из следующих заданий:

    а) направиться в Брянские леса, влиться в партизанский отряд, где вести разложенческую работу в разрезе приказа Гитлера № 13;

    б) подбор агентуры для работы в тылу Советского Союза;

    в) выполнять задание в расположении частей Красной Армии.

    Возражая обер-лейтенанту Коху, я, в свою очередь, высказала следующие доводы: подбирать агентуру для работы в тылу Советского Союза я не могу, ибо в случае провала одного из агентов разоблачу себя перед органами Советской власти, и мой муж, братья и отец будут подвергнуты репрессированию. Действовать в районе партизанского движения бессмысленно, ибо при задержании каждого подозрительного партизаны расстреливают. Единственно, что для меня остается, — выполнять задания в тылу Красной Армии, однако этот путь также рискованный, ибо моя связь с гестапо может стать достоянием советской разведки.

    На этом моя связь с гестапо была прервана, и больше я обер-лейтенанта Коха не встречала.

    Гестапо контактирует свою работу со штабом разведки фронта, имеет сыскное отделение русской полиции и три полицейских участка в г. Орле. Кроме того, по характеру того задания, которое мне предлагал обер-лейтенант Кох, следует вывод, что гестапо имеет свою сеть не только контрразведчиков, но и разведчиков.

    Из агентов гестапо мне известны:

    Михайлова, быв. работник облсуда, лет 50–55, среднего роста, волосы русые, худощавая. Я ее встречала во дворе гестапо (Черкесская ул., д. 74). Она обратилась к переводчику и хотела видеть обер-лейтенанта Коха.

    Деоябина.1917 г.р., среднего роста, русые волосы, глаза серые, работала при паспортном столе 2-го полицейского участка, затем как агент была связана с гестапо. Проживает: 4-я Курская ул.

    Ивлева. лет 18–20, среднего роста, глаза серые, работала в торговом обществе «Восток« переводчицей. Она ранее работала в Заготзерне, где меня знакомые сотрудники и предупредили, что ее устроил работать офицер гестапо.

    18 июля ст., когда части Красной Армии, ведя успешные наступательные операции, с каждым днем приближались к г. Орлу, я была снова вызвана в штаб разведки «Виддер« Гофманом.

    Он открыто заявил, что через 5–7 дней г. Орел будет сдан, разведгруппа передислоцируется, по всей вероятности в Брянск или Орджоникидзеград, и что я буду оставлена в г. Орле в качестве резидента с заданием через радиостанцию радировать по условному шифру сведения о концентрации частей Красной Армии, особенно бронетанковых и артиллерийских, и расквартировании штабов советских войск в г. Орле. Для выполнения данного задания я была снабжена двумя радиостанциями типа «Север«, и в мое распоряжение был выделен агент-радист Тарасенко и агент Добкин.

    Вначале мне агент-радист не был придан, и офицер Иогансон предложил: при занятии частями Красной Армии г. Орла я должна была познакомиться с советским радистом, которого следует завербовать или подкупить. Я ответила, что этого сделать в советском тылу невозможно. Тогда он предложил мне подобрать квартиру для радиостанции и радиста, последний должен находиться на нелегальном положении.

    Квартира для радиста была мною подобрана в подвале полуразрушенного дома по ул. Новосильская.

    24 июля этот подвал был осмотрен немецким радистом, а 25 июля туда был помещен агент-радист Тарасенко и установлена радиостанция. Другая рация была оставлена на случай отказа работы первой радиостанции. При этом сотрудник штаба разведки «Виддер« Гофман проинструктировал о действиях по отношению к агенту-радисту: являться к радисту я должна только ночью, чтобы он не видел меня в лицо, и он не должен знать моего настоящего имени. Все приказания радисту передавать устно или письменно (в зависимости от характера приказания), во время работы и вне работы не вступать ни в какие личные объяснения. Для зашифровки радиограмм радисту было оставлено несколько пачек свечей.

    Для радиста я также получила красноармейское обмундирование и красноармейскую книжку на имя Афанасьева. Действуя по инструкции Гофмана, при необходимости, в случае провала, я должна была переодеть радиста в форму военнослужащего Красной Армии, снабдить указанным документом, после этого он должен легализоваться, проникнуть в армию и, будучи на передовой, перейти на сторону немцев.

    Вся эта комбинация известна также и Тарасенко.

    Об агенте-радисте Тарасенко мне известно, что его хотели вначале перебросить на сторону частей Красной Армии и для этой цели направили в г. Смоленск в школу разведчиков. Офицер по имени Яков инструктировал его: если он будет задержан в тылу Советского Союза органами НКВД, то должен заявить, что следует в ЦК ВЛКСМ.

    Из этого я делаю вывод, что меня германская разведка могла бы снова направить якобы в распоряжение ЦК ВЛКСМ и ввела бы в курс дела о лицах, работающих в тылу Советского Союза по заданию «Виддер».

    Примерно за несколько дней до ухода немцев из г. Орла Тарасенко спросил, известна ли мне N. Я ответила, что знаю ее, но очень давно не видела. Он с сожалением сказал: «Она, очевидно, как и я, сидит где-либо в подвале«. Позднее радист от кого-то узнал мое имя и, обращаясь ко мне, сказал, почему я его обманывала и не назвала сразу себя. Я ответила, что так было надо.

    Радист стал откровенен и сообщил, что настоящая фамилия не Афанасьев, а Тарасенко, что он дважды орденоносец, 4 июня 1943 г. был пойман немцами с рацией в районе г. Карачева.

    На мой вопрос, будет ли он честно работать на немцев, заявил, что явится с повинной в органы НКВД.

    До этого со мной должен был работать агент-радист по имени Борис (я его никогда не видела), но он поссорился с немецким радистом, ударил его в лицо и 22 или 23 июля с.г. был расстрелян немцами. Об этом мне стало известно от переводчика разведгруппы «Виддер« Словяковского.

    Об агенте Добкине могу сообщить следующее: он находился в Орловской тюрьме, и, как еврея, его немцы должны были расстрелять, но затем Гофман придал мне его для маскировки: я должна была сообщить органам Советской власти, что спасла его от расстрела и с этой целью укрыла его по 2-й Новосильской ул. у Борщева, где он действительно и находился. Борщева могу характеризовать как советского гражданина, который по моей просьбе согласился укрыть у себя Добкина до прихода частей Красной Армии в г. Орел. Проведением такой комбинации преследовалась цель повысить мой авторитет перед обкомом ВЛКСМ.

    Как инструктировал Гофман, я могла использовать Добкина и с целью сбора интересующих сведений, при этом предупредил: если Добкин попытается вьщать меня, я должна была заявить ему, что мне известно о его связи со штабом разведки немцев, об его антисоветских статьях в газете «Речь* и выдаче немцам командно-политического состава и работников НКВД при нахождении в Орловской тюрьме.

    Кроме того, Гофман сообщил, что Добкин сам видел, как немцы расстреливали советских людей, и поэтому его большевики могут использовать как рекламу для пропаганды о зверствах и терроре гитлеровцев.

    Добкину я также ничего о себе не должна рассказывать, представиться как связник, передающий ему распоряжения германской разведки, и назначать ему место и время явки.

    Кроме установления связи с германской разведкой по рации ко мне должен прибыть агент-связник: обязательно мужчина, обутый в ботинки с разными шнурками: один — черный, другой — желтый.

    При встрече я должна назвать пароль: «Скажите, Вы не из Москвы?», связник обязан ответить: «Нет, я был там в 1940 г.»

    Место встречи: г. Орел, левый берег р. Орлик, у прохода от деревянного моста на Ленинскую ул., через двор.

    Время встречи: каждую среду с 13 час. 30 мин. до 14.00 часов.

    При условии если я по какой-либо причине буду находиться без рации и радиста, об этом сообщить связному, и мне будет доставлена новая радиоаппаратура и радист.

    Вот в чем заключалось мое задание, полученное от разведгруппы «Виддер».

    В беседе с Гофманом я заявила, что с приходом в г. Орел Красной Армии мне необходимо будет явиться в обком ВЛКСМ и доложить о составе и деятельности якобы созданной мной подпольной комсомольской организации. Фактически никакой подпольной комсомольской организации не было, и мною она не создавалась. Все лица, названные как руководители организации, являются подставными. В состав комитета организации якобы входили:

    • 1. Орехова, бывшая работница завода им. Медведева, комсомолка. При захвате немцами г. Орла вызывалась в комендатуру, подозревалась в том, что хотела бросить связку гранат в дом, где жили немцы. Все время Орехова работала в различных немецких воинских частях уборщицей и жила с немцем, от которого имеет беременность. Живет очень плохо, материально не обеспечена.

    Проживает: г. Орел, Новосильская ул.

    2. Созонов. работал у немцев по ремонту автомашин, по всей вероятности, выехал вместе с немецкой частью.

    Проживал: ул. Старомосковская, в квартире Филиппова.

    3. Ковалева, дочь белого офицера, до захвата немцами г. Орла работала завучетом в ж.-д. PK ВЛКСМ. После захвата немцами г. Орла возвратился и ее отец, который одно время работал полицейским приставом 1-го участка, позднее в редакции фашистской газеты «Речь».

    По этому поводу Гофман дал указание: в организации я работала якобы до вызова в ЦК ВЛКСМ, т.е. до момента моей переброски германской разведкой в тыл Красной Армии (декабрь 1942 г.), после же вторичного возвращения в Орел связи с организацией не имела (объяснить это продолжительным пребыванием в Москве), работа ограничилась инструктажем членов комитета организации.

    В отношении состава организации заявить, что немцы производили поголовную эвакуацию в свой тыл и Германию (что соответствует действительности) и, возможно, что в Орле их уже нет.

    О деятельности военно-разведывательной группы «Виддер» мне известно следующее:

    Конспиративные квартиры разведгруппы «Виддер» по г. Орлу:

    1. Тургеневская ул., дом 23, содержатель — хозяйка дома по имени Клавдия, лет 28–30, среднего роста, худощавая, волосы русые с завивкой.

    2. Тургеневская ул., дом 25, содержатель — хозяйка дома, лет 60, высокая, худощавая, волосы седые, длинный прямой нос, походка прямая.

    3. Георгиевская (Октябрьская), содержатель неизвестен.

    4. 2-я Посадская, 22, содержатели — Остриковы (муж и жена). Остриковы эвакуированы Ширманом в тыл немцев.

    5. Мацневская, 22, содержатель — хозяйка дома по имени Ира (она же жена Словяковского), выехала вместе с немцами.

    6. Большая Мещанская, 53. Об этой квартире мне известно только то, что в декабре1942 г. там содержалась радистка Замченко.

    Из агентуры разведгруппы «Виддер« мне известны:

    Малиновский.1915 г.р., уроженец г. Москвы, где до войны работал директором ресторана. Выше среднего роста, волосы и глаза черные, волосы зачесывает назад, нормального телосложения, проживал на Московской ул.

    Малиновского я часто встречала на Тургеневской, 23, и в гестапо, вместе с фотографом Ноздриным.

    Начиная с июня месяца с.г., Малиновский и Ноздрин работали ревизорами в торговом обществе «Восток». Малиновский эвакуировался в тыл немцев.

    В последнее время разведгруппой «Виддер» для работы в тылу советских войск подготавливался бывш[ий] зам. командира партизанского отряда Родин вместе со своей женой.

    Родин — лейтенант, танкист, среднего роста, волосы черные, глаза голубые, нормального телосложения. Его жену я не видела.

    Более подробно о Родине и его жене может сообщить агент Добкин, он вместе с ними сидел в Орловской тюрьме.

    Основная база агентуры «Виддер» находилась на биофабрике, куда я никакого касательства не имела.

    Официальный состав группы «Виддер» остался прежним, за исключением капитана Фурмана, который в марте — апреле месяце с.г. откомандирован в распоряжение какого-то другого органа (об этом я подробно показала при допросах меня на советской территории в декабре 1942 г.).

    Следует остановиться на переводчике разведгруппы «Виддер» Словяковском.

    Впервые я его встретила в ноябре1942 г. на квартире по ул. Тургеневской, 25. В то время я его почти не знала и не вела с ним никаких переговоров.

    В декабре 1942 г., перед переброской меня разведгруппой «Виддер» в тыл Советского Союза со шпионским заданием, Словяковский обратился ко мне и сказал, чтобы я передала привет, но кому и почему, не сообщил, и я этому не придала никакого значения. Когда я 10 апреля с.г. возвратилась из советского тыла в разведгруппу «Виддер«, то имела неоднократные беседы со Словяковским. При первой же встрече он заявил, что никогда не мог допустить такой мысли, чтобы я, выполнив задание, возвратилась к немцам. Однажды в откровенной беседе с ним наедине он сообщил, что агентура из советского тыла не возвращается, боевые действия немцев ослабевают, немцы войну проиграли, передвижение войск и полеты самолетов — это только инсценировка, и задал мне вопрос: «Есть ли смысл дальше работать на немцев?« Я ответила: «Если начал вести одно дело, то будь последовательным до конца». Он, очевидно, не ожидал от меня такого ответа, сказал: «Что ты думаешь, я тебя проверяю? Вовсе нет, и мне этого не надо, но ты вправе мне не верить, ибо ты — агент, а я — сотрудник штаба разведки». Разговор оборвался, он грубо выругал меня и куда-то уехал. В последующем, когда меня передавали в гестапо, он сказал: «Я верю в тебя, создам тебе авторитет перед командованием и в нужный момент из гестапо заберу обратно».

    Кроме бесед Словяковский учил меня, как надо вести себя на допросах, как ответить на предложение немцев выполнять задания в тылу Советского Союза, при этом убедительно просил никому не говорить об этом. Его советы по вопросу работы в советском тылу сыграли свою роль. На предложение немецких офицеров я отзывалась отрицательно, и это способствовало укреплению моего авторитета, в частности, работы на германскую разведку.

    Когда был решен вопрос о моем оседании в г. Орле в качестве резидента, то Словяковский вел всю организацию работы и весь мой инструктаж, и фактически он же разрабатывал задание.

    После того как я была уже подготовлена к выполнению задания, Словяковский, обращаясь ко мне, сказал примерно следующее: «Завтра мы выезжаем из Орла и больше, пожалуй, не скоро встретимся. Если ты преследуешь какую-то цель и можешь извлечь для себя пользу, запомни: за период времени с января по июль месяц 1943 г. из переброшенных на советскую сторону 800 агентов возвратилось обратно 5–7 человек. Работа разведки прошла впустую, и, по всей вероятности, офицерский состав штаба разведки будет заменен новым. Всех разведчиков, с которыми мне приходится работать, я воспитываю в духе ненависти к немцам. С советской разведкой я связи не имею, но всем разведчикам при переброске говорил: «Передайте привет от Якова». Я думал, что мною заинтересуется советская разведка, но пока что мне об этом неизвестно. Ты не должна об этом говорить немцам, мне они верят больше, и если ты хочешь жить, то будешь молчать. От немцев я уйду сам или сделаю так, чтобы нас всех поймали. Это будет моим оправданием перед Родиной. Я мог бы совершить побег от немцев и сейчас, но этого не делаю, ибо тем самым ты потерпишь провал. Когда я услышу по радио в твоих письмах на фронт или в какой-либо пропагандистской статье предложение: «Привет партизанам и партизанкам, борющимся в фашистском тылу», или «Тургеневская культура разрушена фашистскими варварами», я сделаю все, чтобы уйти от немцев и встретиться в ЦК комсомола».

    Словяковский также просил меня, чтобы я к нему никого не направляла, и если кто прибудет, то будет расстрелян, так как связной может его выдать.

    Кроме меня, радиста и Добкина у меня есть полное основание полагать, что в Орле разведкой «Виддер» оставлены еще резидентуры. Если помимо оставленных мне радиостанций ко мне каждую среду должен являться связной, то, по всей вероятности, он должен иметь явки и к другим резидентам.

    Характерно отметить, что разведгруппа «Виддер« в целях прикрытия деятельности своей агентуры официально направляла ее работать в различные организации, в частности в Заготзерно и Центральное торговое общество «Восток». Так, в торговом обществе «Восток« работала я и агент Малиновский.

    Общество «Восток« представляет из себя монопольное объединение частных торговых предприятий и отдельных купцов. В г. Орле общество существовало около полутора лет. Контора ЦТО «Восток» помещалась: Георгиевский переулок, д. 5. Управляющий конторой немец Фишер.

    Центральная контора «Восток» имела еще подведомственные ей русские областные конторы: Заготзерно, Заготплодоовощ, Заготскоти др.

    Заготзерно — Ленинская, 20, управляющим был некто Сергеев, в 1937 г. репрессировался органами советской власти за вредительство, проживал: Пушкинская ул., эвакуировался в тыл немцев.

    Функции Заготзерна — сбор обязательных поставок зерна всех видов по всей оккупированной немцами Орловской области и закупка зерновых и льноводческих культур. В эту же систему входили все имеющиеся мельницы.

    Кроме того, в ведении торгового общества «Восток« был пивзавод, изюмная фабрика, пункты по приему и переработке молока.

    Все виды продуктов — мука, крупа, масло, мясо, молоко, яйца, соль, рыба, мед и др. — получали воинские части, производя наличный расчет с торговым] об!щест]вом «Восток», остальные продукты отправлялись в Германию.

    Руководящие должности занимали немцы. В каждой торговой организации помимо русского управляющего стоял шеф-немец. Все деловые разговоры шеф-немец проводил через переводчиц — русских девушек. На руководящие посты из русских немцы ставили только проверенных лиц или подосланных из гестапо. Например, ревизорами были агенты Малиновский, Ноздрин, начальником отдела кадров в Заготзерно — Быков, Ивлева работала переводчицей.

    «Марта».

    Справка: По материалам агента «Марта» изъято две радиостанции, задержаны агент-радист Тарасенко и Добкин.

    Начальник 1-го отделения 2-го Отдела • УКР НКО «Смерш« Брянского фронта майор Воронин


    Докладная записка УКР «Смерш» Центрального фронта в Военный совет фронта об оперативной работе, проведенной на территории освобожденной в ходе наступательных операций на Орловско-Курском направлении

    15 августа 1943 г. Совершенно секретно

    В период наступательных июльско-августовских боев на Орловско-Курском направлении отделами «Смерш» 13-й, 48-й и 70-й армий Центрального фронта были созданы оперативные группы для проведения мероприятий по обработке и фильтрации подозрительных лиц, с целью выявления к-р шпионского элемента из числа жителей, находившихся на территории, ранее оккупированной немцами.

    Фамилия не указана.

    За указанный период на территории, освобожденной от немцев, было задержано и подвергнуто проверке 1850 человек, в том числе: Отделом «Смерш» 13-й армии 382 чел.

    — « — 48-й армии 1044 чел.

    — « — 70-й армии 424 чел.

    В результате проведенных чекистских мероприятий отделами «Смерш» из числа задержанных разоблачено и подвергнуто аресту к-р шпионского элемента — 131 человек, в том числе:

    Отделом «Смерш» 13-Й армии 26 чел.

    — « — 48-й армии 68 чел.

    — « — 70-й армии 37 чел.

    Аресту подвергнуты лица, занимавшиеся шпионажем, изменники Родины и предатели, которые по категориям распределяются: шпионов 12 чел.

    диверсантов 4 чел.

    власовцев I чел.

    старост 37 чел.

    полицейских 62 чел.

    переводчиков 2 чел.

    предателей, служивших в немецкой армии 13 чел.

    Всего: 131 чел.

    После фильтрации всех задержанных 878 человек через командование призваны для прохождения службы в Красную Армию.

    Наиболее характерными лицами из числа арестованных органами «Смерш» являются следующие:

    5 августа с.г. Отделом «Смерш» 70-й армии, при проческе освобожденных населенных пунктов Троснянского района, были арестованы и в процессе следствия разоблачены как шпионы немецкой разведки местные жители призывного возраста:

    1. Банников,1924 г.р., уроженец Курской обл., русский, б/п, в прошлом колхозник, образование 7 классов;

    2. Канаев,1924 г.р., уроженец Курской обл., русский, б/п, образование 3 класса;

    3. Плахов,1926 г.р., уроженец Курской обл., русский, б/п, образование 3 класса.

    Следствием по данному делу установлено, что Банников, Канаев и Плахов немецкими властями в конце1942 г. были эвакуированы в Гомельскую область, где находились в лагерях, вьшолняя работы по заготовке леса.

    В апреле1943 г. из лиц призывного возраста, находившихся в этих лагерях, немецким командованием была отобрана группа в количестве 84 человек, в число которых попали Банников, Канаев и Плахов, и — под предлогом обучения их в школе связи с последующим зачислением всех обучаемых в немецкую армию — отправлена в г. Гомель.

    В действительности эта группа обучалась в немецкой разведшколе г. Гомеля со шпионско-разведывательной целью.

    В данной школе 15 июня были введены дисциплины разведывательного характера, которые изучались до 18 июля с.г.

    20 июля1943 г. немецким командованием из лиц, обучавшихся в указанной школе, было отобрано 23 человека, и мелкими группами эти лица в районе г. Орла были переброшены через линию фронта с задачей разведать наличие войск Красной Армии, их численность и вооружение в Троснянском и Золотухинском районах Курской области.

    Банников, Канаев и Плахов полностью признали себя виновными в том, что они являются агентами немецкой разведки.

    Следствие продолжаем. Приняты оперативные меры по розыску и аресту остальных агентов немецкой разведки, переброшенных 20 июля с.г. в тыл Красной Армии.

    29 июля с.г. в дер. Андреевка появился неизвестный гражданин, назвавший себя Прудниковым, который интересовался проходящими частями Красной Армии.

    Затем было установлено, что Прудников имеет подозрительные связи по шпионажу с гражданином, проживающим в этом селе, Степиным и подростками — Степиным и Сорокиным.

    4 августа1943 г. отделом «Смерш» дивизии 70-й армии были арестованы:

    1. Прудников,1922 г.р., уроженец Орловской обл., русский, б/п, малограмотный ;

    2. Степин,1894 г.р., уроженец Орловской обл., русский, б/п, образование 4 класса, бывший колхозник;

    3. Степин,1928 г.р., уроженец Орловской обл., русский, образование 2 класса;

    4. Сорокин,1930 г.р., уроженец Орловской обл.

    На предварительном следствии арестованные Прудников, Степин[ы] и Сорокин признались, что они являются участниками шпионско-диверсионной группы.

    Шпионско-диверсионная группа создана комендантом немецкой полиции Красниковской волости, который 24.VII-43 г., в момент отхода немецких войск, перебросил участников группы через линию фронта на территорию, занятую частями Красной Армии, с заданием разведать в районе сел Ломовец, Чернь, Ждановка, Яблонец, Троена количество войск Красной Армии, места расположения танковых и артиллерийских частей. Одновременно, находясь в тылу войск Красной Армии, проводить диверсии и разрушать телефонную связь. По выполнении задания, участники групп должны были 29.VH-43 г. перейти линию фронта в районе дер. Чернь и передать эти сведения в г. Кромы полицейскому уряднику Красниковской волости Устинову.

    Руководителями этой шпионско-диверсионной группы являются Степин и Прудников.

    Следствие по делу продолжаем.

    5 августа 1943 г. отделом «Смерш» дивизии 13-й армии арестован Ростков,1921 г.р., уроженец Калининской обл., сын кулака, русский, его отец раскулачен и репрессирован.

    На следствии Ростков показал, что в декабре1942 г., будучи красноармейцем 37-й мотострелковой бригады, в районе г. Белый Смоленской области он добровольно сдался в плен к немцам, изъявил желание служить в немецкой армии и принял присягу на верность службы гитлеровской армии. Последние два месяца он служил в егерском немецком батальоне.

    4 августа 1943 г., находясь в обороне у дер. Колки, Ростков был вызван в штаб батальона, где его переодели в гражданскую одежду и перебросили через линию фронта в расположение частей Красной Армии с заданием разведать дислокацию частей и танковых соединений, после чего возвратиться обратно.

    При выполнении этого задания немецкой разведки Ростков был задержан и арестован.

    Ростков полностью признал себя виновным в измене Родине и принадлежности к разведке противника.

    Отделом «Смерш» 48-й армии 31 июля 1943 г. арестован житель Орловской обл. Пронин,1903 г.р., русский, б/п, в Красную Армию был призван в1941 г., который на следствии признался, что является шпионом германской разведки. На допросе Пронин показал: «…В октябре1941 г., проходя службу в рабочем батальоне в г. Орел, я сдался в плен к немцам и вместе с военнопленными был помещен в Орловскую тюрьму. Затем я был вызван на допрос немецким офицером, который предложил мне выявлять коммунистов и командиров Красной Армии из числа военнопленных. На это предложение немецкого офицера я согласился и дал подписку о выполнении указанного задания…»

    Следствие продолжается.

    При проческе дер. Горчаково отделом «Смерш» были задержаны бывшие военнослужащие Красной Армии:

    1. Крючков,1916 г.р., уроженец УдмАССР, по национальности удмурт, б/п, образование 4 класса;

    2. Липчанский,1921 г.р., уроженец Ростовской обл., русский, б/п. Оба задержанных были в немецкой форме.

    Следствием установлено, что Крючков и Липчанский с1941 г. находились на службе в немецкой армии, где занимались подвозом боеприпасов к передовой линии фронта. При обыске у арестованного Крючкова было обнаружено заявление на имя командования «Русской освободительной армии» о зачислении его в ряды этой армии. В заявлении Крючков указывает, что он не пожалеет и жизни в борьбе против большевизма.

    Следствие продолжается.

    31 июля 1943 г. Отделом контрразведки «Смерш» 70-й армии арестован староста Троснянского района Романов и полицейский Протасов, которые помогали немецким властям грабить мирных жителей, отбирали продукты, скот и сдавали немецкой армии.

    В сентябре 1942 г. Протасов и Романов задержали партизана, последнего вместе с полицейским Голубевым на окраине этого села избили, а затем расстреляли. После этого вызвали из с. Троена жандармерию, устроили в лесу облаву, где задержали еще трех партизан, среди которых бьша одна женщина, и там же на месте жандармами партизаны были расстреляны.

    Романов систематически среди населения проводил агитацию, восхвалял фашистский строй и клеветал на Советский Союз.

    Так, 23 июня 1943 г. на митинге, созванном немцами по случаю двухлетней войны, Романов заявил: «…Мы освободились от советской власти, немецкая армия принесла нам освобождение от большевиков, теперь у нас стало много хлеба, а при советской власти голодали. Мы должны хорошо работать для того, чтобы помочь немецкой власти в окончательном разгроме нашего общего врага — большевизма…»

    Предательская деятельность Романова и Протасова подтверждена свидетельскими показаниями.

    Следствие продолжается.

    Как пособник немецких властей, арестован староста Городищенской волости Губин,1896 г.р., из крестьян, русский, б/п, образование 10 классов, который на следствии признался, что он, проживая на территории, оккупированной немцами, оказывал активную помощь немецким властям, отбирал хлеб и другие продукты у населения для германской армии.

    Работая старостой в 1942 г., выдавал немецким властям коммунистов и партизан, активно участвовал в уводе населения в Германию.

    Следствием также установлено, что с момента оккупации Свердловского района Орловской области германские власти вешали и расстреливали ни в чем не повинных граждан, угоняли все трудоспособное население — мужчин и женщин — на рабство в Германию, ввели телесное наказание для всех жителей за нарушение установленных немцами порядков,

    О фактах расправ, чинимых гитлеровскими фашистами над советскими гражданами, арестованный, бывший начальник канцелярии Змиевской уездной полиции (Свердловского района) Тимонов,1891 г.р., в прошлом псаломщик, на допросе показал: «…Полиция, в которой я работал, как мне известно, за год пребывания немцев истребила больше 50 человек ни в чем не повинных граждан Свердловского района из числа советского и партийного актива.

    Особой жестокостью и зверством над советскими гражданами отличался приехавший в марте 1942 г. на должность ст. бургомистра

    Змиевского уезда быв. белогвардеец, обер-лейтенант Шахов, по приказанию которого были расстреляны в марте 1942 г. жители дер. Кошелево — Таланов и его сын, как подозреваемые по связям с партизанами. Также расстреляны ни в чем не повинные жители пос. Змиевка — быв. начальник политотдела МТС Свердловского района, член ВКП(б) Сучков Иван Константинович и быв. работник райисполкома, орденоносец Клейменов Борис Николаевич и др.

    По приказанию Шахова немцы повесили дежурного на станции Кузьмина и путевого обходчика станции Вережнева за то, что они якобы сигнализировали ракетами советскому самолету…«

    Продолжаем контрразведывательную работу на освобожденной от немецких захватчиков территории частями Красной Армии.

    Начальник Управления контрразведки «Смерш» Центрального фронта генерал-майор А. Вадис


    Из докладной записки УКР «Смерш» Центрального фронта B.C. Абакумову об агентурно-оперативной работе органов «Смерш» фронта за июль 1943 г.

    13 августа 1943 г, Совершенно секретно

    Агентурно-оперативная работа органов «Смерш», входящих в состав Центрального фронта, в июле месяце в отличие от июня месяца в основном проходила в боевой обстановке, в связи с чем и была направлена, главным образом, на своевременное выявление и пресечение практической вражеской деятельности со стороны подучетного и враждебного элемента, с учетом обеспечения в частях фронта стойкости в оборонительных и затем наступательных боях.

    Активность и работоспособность агентурного аппарата в июле месяце характеризуется также фактами массового проявления героизма в боях со стороны нашей агентуры, инициативными и смелыми действиями по предотвращению измены Родине, сдачи в плен, трусости, паникерства и бегства с поля боя.

    27 июля с.г. противник предпринял контратаку на участке стрелковой дивизии, где начальником отдела «Смерш» подполковник Михайлов. Во время боя командир взвода ст. лейтенант Михайлов струсил, выскочил из окопа и бросился бежать в тыл. За ним пытались бежать и другие бойцы. Осведомитель «Автомат«, увидев бегство командира и замешательство во взводе, огаем из своего пулемета заставил Михайлова вернуться во взвод и руководить боем. Порядок был наведен, и Михайлов взводом руководил до конца боя, отбив успешно атаку противника. 15 июля с.г. группа военнослужащих стрелковой дивизии, где начальником отдела «Смерш« майор Рябцев, в количестве 5 человек — Кочеров, Лацков и др., в начале боя пыталась перейти к немцам. Осведомитель «Симонов« заметил их бегство, оповестил по цепи бойцов и командиров, по изменникам открыли огонь, и все 5 были убиты.

    25 июля с.г. пытались изменить Родине красноармейцы штрафной роты стрелковой дивизии, где начальником отдела «Смерш» майор Моисеенок, — Немченко и Клейменов. Заметив их подозрительное поведение, резидент «Жук« и осведомители «Ляхов« и «Майский« установили наблюдение за ними, одновременно сообщили командиру роты. Перед вечером Немченко и Клейменов из окопов вышли в рожь, чтобы пробраться к противнику. «Жук» и «Ляхов» окликнули их, после чего они по ржи бросились бежать к противнику. «Жук» и «Ляхов» из автоматов расстреляли изменников. При наступлении роты трупы их были найдены и опознаны.

    17 июля с.г. командир взвода дивизии, где начальником отдела «Смерш» майор Данилов, мл. лейтенант Апарин в бою проявил трусость, бежал с поля боя и увлек за собой 10 человек бойцов. Группа бойцов в количестве 12 человек осталась без командира. Находившийся среди этой группы осведомитель «Ваня»объявил себя командиром взвода и повел группу в наступление, выполнив поставленную перед взводом задачу. Вечером того же дня «Ваня» связался с оперуполномоченным и сообщил об Апарине, который на следующий день был направлен в штрафное подразделение.

    15 июля с.г. командир пулеметного взвода мл. лейтенант Кузнецов в бою проявил трусость — побежал с поля боя, увлекая со собой весь взвод. Осведомитель «Беспалько«, выскочив впереди бегущих, под угрозой расстрела остановил Кузнецова, а потом всех бойцов, вернул их на огневой рубеж и лично повел взвод в атаку.

    27 июля с.г. группа бойцов указанной выше дивизии ночью была послана забросать гранатами окопы противника. В 15–20 м от противника красноармеец Чикин струсил, закричал и бросился бежать, сея панику. Секретный осведомитель застрелил паникера, паника в группе была прекращена.

    Отмечены случаи, когда наша агентура в борьбе с противником шла на самопожертвование и героически умирала.

    Осведомитель «Токарев«, красноармеец истребительного дивизиона начальник отдела «Смерш» майор Колесников, подбил немецкую самоходную пушку «фердинанд«, когда приближалась вторая такая пушка, у «Токарева« вышла из строя противотанковая пушка. «Токарев», схватив противотанковые гранаты, бросился под гусеницы «Фердинанда» и, взорвав ее, погиб смертью храбрых.

    Наряду с разработкой и реализацией оперативных учетов органами контрразведки «Смерш» фронта в июле месяце была проведена соответствующая работа по борьбе с воинскими преступлениями.

    За указанное время арестовано трусов и паникеров, бежавших с поля боя, 30 человек; выявлено и разоблачено членовредителей 118 человек; задержано и арестовано дезертиров 146 человек.

    По сравнению с июнем месяцем в отчетном месяце, т.е. в период боевых действий частей, значительно увеличилось членовредительство. Если в июне месяце выявлено и разоблачено членовредителей 32 человека, то в июле месяце число арестованных членовредителей возросло до 118 человек.

    В то же время сократилось дезертирство. Если в июне месяце дезертировало из частей 239 человек, то в июле месяце число дезертировавших из частей сократилось до 200 человек.

    В результате провала летнего наступления немецкой армии и успешного’контрнаступления нашей армии часть военнослужащих, состоящих на оперативном учете, особенно по окраске «измена Родине« и «антисоветский элемент«, проявляли героизм и преданность в боях за Родину. Например:

    Фигурант дела по окраске «измена Родине« Чечен,1917 г.р., уроженец Московской обл., рабочий, б/п, в Красной Армии с1938 г., рядовой танковой бригады, где начальником отдела «Смерш« танкового корпуса майор Дорфман, ранее проявлял изменнические намерения.

    Так, в мае месяце, выражая недовольство питанием, среди кр-в высказался: «…Хлеба не хватает, да с такой баландой, которую нам дают, можно сдаться в плен».

    Затем, узнав, что его хотят перевести служить в мотострелковый батальон, Чечен заявил: «…Если так получится, то я руки кверху и к немцам — чай пить».

    В конце июня месяца Чечен, высказывая недовольство службой в Красной Армии, говорил: «…Служу в Красной Армии уже шестой год, и надоела мне эта служба. Пусть служит другой. Немцы сильнее нас, а союзники наши не заинтересованы, чтобы СССР победил, поэтому надеяться на них нечего, а сами мы не в силах окончательно его разбить».

    Находясь на передовой линии фронта и участвуя в оборонительных июльских боях, во время налета авиации противника наши минометчики спрягались в щели. В это время командир роты приказал открыть огонь из минометов по наступающему противнику. Чечен начал кричать минометчикам: «…Вы куда прячетесь в щели, надо выполнять приказ командира. Открывай огонь по приближающимся немцам».

    Своим геройским поведением Чечен увлек минометчиков вылезти из щелей и открыть минометный огонь по противнику.

    В отделе контрразведки «Смерш» где начальником отдела капитан Шумилин, состоял на учете как ранее проживавший на оккупированной немцами территории рядовой мотострелкового батальона Найденов, он в бою за с. Горелое, при отражении контратаки противника, замаскировавшись в укрытии, из противотанкового ружья подбил два немецких танка, за что командованием представлен к правительственной награде — ордену Ленина.

    Состоящий на учете по окраске «антисоветский элемент« рядовой артдивизиона Лагуткин (армия, где начальником Отдела «Смерш« полковник Маковлев) во время боя, когда был убит наводчик орудия, заменил последнего и сам лично подбил три немецких танка, за что представлен к правительственной награде — ордену Отечественной войны 2-й степени.

    Проходящий по связям, разрабатываемым по окраске «измена Родине», сержант воздушно-десантной дивизии начальник отдела «Смерш» майор Данилов Рожков,1910 г.р., уроженец Орджоникидзевского края, б/п, ранее судимый, за период боев показал себя исключительно стойким в борьбе с фашистами.

    Рожков спас жизнь зам. командира батальона по политчасти Винокурову; в рукопашной схватке убил 7 немцев и из автомата расстрелял еще 30 солдат противника. В то же время спас жизнь танковому экипажу, находившемуся в горящем танке на поле боя.

    Рожков командованием представлен к званию Героя Советского Союза.

    Состоящий на учете рядовой той же дивизии Гунольд,1923 г.р., уроженец Челябинской обл., б/п, русский (отец немец), до начала боевых действий с противником высказывал антисоветские настроения. Во время боя Гунольд, выполняя обязанности ездового, под ураганным огнем противника, рискуя своей жизнью, своевременно доставлял боеприпасы на передовую линию, в то же время вынес с поля боя 34 человека раненых, что не входило в его обязанности. Гунольд командованием представлен к правительственной награде — ордену Ленина.

    Дела оперативных учетов на военнослужащих, проявивших преданность в боях за Родину, пересматриваем на предмет их прекращения.

    Путем усиления заградительной службы как за боевыми порядками, так и в тылу частей в отчетном периоде задержано 4501 человек, из них:

    арестовано — 145 чел.,

    передано в прокуратуры — 70 чел.,

    передано в органы H КГБ — 276 чел.,

    направлено в спецлагеря — н чел.,

    направлено в части — 3303 чел.

    Из указанного числа органами контрразведки «Смерш» только одной армии, где начальником Отдела полковник Пименов, задержано:

    старост — 35 чел.,

    полицейских — 59 чел.,

    служивших в немецкой армии — 34 чел.,

    бывших в плену — 87 чел.,

    подлежащих призыву в КА — 777 чел.

    Из них арестовано и разоблачено 4 агента немецкой жандармерии.

    Начальник Управления контрразведки «Смерш» Центрального фронта генерал-майор А. Вадис

    http://feldgrau.info/index.php/other/4216-smersh-dokumenty-vojny


    Суровый СМЕРШ и гуманный Военный Трибунал.

    "Было несколько дел по статье 193-й, пункт 17-6, речь шла о преступной халатности и злоупотреблении служебным положением, повлекшим за собой невыполнение приказа при отягчающих обстоятельствах.
    На подходе к станице Ольгинской командир полка майор Корчагин, получивший приказ занять станицу, послал вперед свою разведку. Разведка не вернулась, но Корчагин решил двинуть полк вперед, не имея точных данных о противнике.
    Полк шел вперед по дороге в батальонных колоннах, Корчагин даже не удосужился развернуть свой полк в боевой порядок или выслать еще один передовой дозор.
    Навстречу вышла колонна немецких танков и бронемашин и раздавила наш стрелковый полк на марше. Разбежавшихся по полю солдат из корчагинского полка немцы просто скосили с БТРов из пулеметов. Допрашивал я Корчагина в бывшем здании школы, и во время допроса нас по ошибке стали бомбить свои же летчики…
    Корчагин был приговорен к отбыванию наказания в штрафном батальоне. Его дальнейшей судьбы я не помню.

    1.jpg 2.jpg
    Сотрудники СМЕРШ 70-й армии.

    Там же произошла еще более крупная трагедия, и следствие доверили мне. В последних числах февраля 1943-го в нашей армии была организовала ударная группа в составе трех стрелковых дивизий под командованием начальника штаба армии генерал-майора Филипповского (бывшего преподавателя Военной академии им. Фрунзе).
    Эта ударная группа прорвала немецкую оборону и, двигаясь вдоль плавней, захватила плацдарм за станцией Черноерковская и закрепилась на нем, заняв оборону на высотах.
    По плану командования на помощь дивизиям, воюющим на плацдарме, должен был прийти, нанеся встречный удар, 10-й стрелковый корпус генерала Пыхтина.
    Но 10-й корпус свою задачу не выполнил. Не сосредоточился в срок на исходных позициях для наступления, его головные полки шли без ведения разведки, первый батальон вышел к реке в совершенна другом месте и не нашел брода и переправы, другой полк вообще "заблудился", связь не работала, части не вышли на рубежи в заданное время, никто не позаботился о должной маскировке, и так далее.
    Этот бардак закончился тем, что немцы обнаружили на рассвете и раздолбали авиацией этот 10-й корпус. А группа генерала Филипповского, так и не дождавшаяся поддержки, была разбита и сброшена в реку.

    3.jpg
    Фельдъегерь СМЕРШ 37-й армии.

    Остатки дивизии мелкими группами выходили через плавни, а самого, Филипповского успели вывезти с плацдарма на У-2. Одним словом за пять дней был наголову разбит наш стрелковый корпус.
    Были арестованы начштаба корпуса полковник Айвазов, командир стрелкового полка майор Волков и один из комбатов, из-за неумелых действий которого и началась неразбериха, приведшая к трагическим последствиям.
    Я с этими тремя арестованными офицерами и двумя бойцами охраны прошел по грязи километров пятнадцать до штаба армии, находившегося в станице Гривинской, и там было проведено расследование.
    На допросах арестованные офицеры пытались объяснить, мол, хотели, как лучше, а получилось, как всегда, но фактов безалаберной халатности, нарушения приказов и прочих нарушений, полностью подходящих под определение - "воинское преступление", было более чем достаточно, и мне приказали прибыть в штаб Северо-Кавказского фронта.
    Полетел туда на По-2. Прокурор фронта бригвоенюрист Агалаков, ознакомившись с протоколами допросов и выслушав мой доклад, сказал: "Пойдешь со мной. Лично доложишь Масленникову".
    Комфронта Масленников приказал отдать Айвазова с двумя другими офицерами под трибунал. Главный пункт обвинения основывался на уже упомянутой мной статье - "193-я, пункт 17-6".
    Все три офицера по приговору были отправлены в штрафбат, искупать свою вину кровью, и двое из них - Волков и Айвазов вернулись из штрафников живыми, им вернули офицерские погоны и назначили на строевые должности с понижением на одну ступень. Выжил ли третий осужденный, комбат, я сейчас уже не вспомню.
    Командира 10-го СК сняли с командования корпуса, снизили ему звание до полковника и отправили командовать дивизией.

    4.jpg
    Сотрудники СМЕРШ 37-й армии.

    Следователь армейской прокуратуры, разобравшись с обстоятельствами дела, мог его закрыть и не передавать в трибунал ввиду отсутствия состава преступления. Это было нередко.
    А если дело рассматривалось в суде трибунала, то, начиная со второй половины сорок второго года, все обстоятельства произошедшего ЧП или преступления выяснялись досконально и полное оправдание обвиняемого не являлось исключением из правил.
    Судили по законам, и пусть это были законы военного времени и подсудимые не имели защитников на суде, но соблюдение самой буквы закона являлось главным требованием Военной коллегии при Верховном суде СССР. Приведу примеры, как следствие прерывалось на первом этапе и с подозреваемых были сняты все обвинения.

    5.jpg
    Группа Особого Отдела 230-й стрелковой дивизии 1942 г.

    На Днепре, под Черкассами саперы не рассчитали прочность наведенной переправы. По ней пошла колонна артполка с пушками, и вся техника ушла под воду. Мост не выдержал. Да еще как раз в этот момент плюхнулся в воду самолет По-2, на котором прилетел осматривать переправу начальник артиллерии армии. Но прямой вины саперов в случившейся трагедии на переправе не было, и командование, выслушав наши доводы, приказало закрыть дело.
    Там же, на Днепре, смершевец одного из стрелковых полков доложил по инстанции, что на его глазах было массовое бегство с поля боя, которое возглавил лично комбат.
    Был арестован комбат и еще пять человек из батальона, на участке которого все произошло. Выясняется, что никаких драпальщиков и в помине не было, а дело было так - комбат разрешил части легкораненых бойцов отойти к полковому медицинскому пункту, и после получения мед. помощи большая часть этих солдат снова вернулась в окопы и продолжила бой. Одним словом, типичный "особистский поклеп", с который мы сталкивались многократно. И я решил допросить смершевца, который первым доложил о ЧП.
    Но чтобы допросить особиста, требовалось разрешение начальника отдела контрразведки армии, а они своих в обиду не давали. Но я добился такого разрешения, и когда прояснилось, что весь доклад смершевца был сплошной ложью, то написал рапорт и передал его начальнику СМЕРШа нашей армии. И этого "сигнализатора" выгнали из особистов в строй.

    6.jpg
    К.Ф.Лысенко старшина КРО СМЕРШ.

    Хоть трибунальцы и армейские прокурорские работники далеко не все были ангелами, но отношение к особистам, к этим хамовитым "детям Дзержинского" в нашей среде было отрицательным.
    Причины следующие: каждый особист смотрел на окружающих с надменной и полной уверенностью, что любого из солдат или офицеров, невзирая на должность и звание, он при желании "отправит в штрафную", "скрутит в бараний рог", "прислонит к стенке", "устроит спецпроверку" и так далее.
    И ведь могли, они же армейскому начальству не подчинялись, у них "своя свадьба", что хотели, то и вертели. Да и народ туда подбирали служить своеобразный, без каких-либо этических тормозов.
    Власть над людьми, да еще когда работнику органов в голову вбивают, что кругом потенциальные враги и предатели и только он - исключительный, проверенный, "весь в белом", - все это делает из человека такое.... Заработать от особистов - смершевцев 58-ю статью было проще простого…
    И редко можно было найти такого смелого судью в армейском трибунале, который бы набрался личного мужества и вынес бы оправдательный приговор по 58-й статье.

    7.jpg
    Группа из КРО СМЕРШ 37-й армии.

    В докладной записке военного прокурора 56-й армии гвардии майора юстиции А. Суханова (август 1943 г.) есть такие строки:

    "Органами ОКР Смерш 56-й армии проведена огромная работа по выявлению и разоблачению контрреволюционного предательского элемента, пробравшегося в ряды Красной Армии и засланного немецкими разведывательными органами.
    Наряду с этими органами ОКР Смерш армии оказана большая помощь местным территориальным органам НКВД по разоблачению контрреволюционного элемента из числа гражданского населения, бывших старост и полицейских, состоящих на службе немецких карательных органов, и иных пособников врага во временно оккупированных районах Кубани, ныне освобожденных.

    Однако наряду с этим ряд работников ОКР Смерш армии допускали извращение следственной практики и необоснованные аресты военнослужащих по обвинению их в контрреволюционных преступлениях.
    За последнее время (2-3 месяца) непосредственно военной прокуратурой армии и по указанию военной прокуратуры ОКР Смерш прекращено до 20 дел на военнослужащих как необоснованно обвинявшихся в контрреволюционных преступлениях."

    8.jpg

    За расстрел подчиненных к суду привлекали нечасто, поскольку старший офицер мог легко прикрыться приказом № 270 от 16.8.1941, дававшим право старшим командирам расстреливать в боевой обстановке на месте паникеров, трусов, изменников и дезертиров, за самовольное оставление позиций и так далее.
    Только если было доказано, что какой-нибудь полковник убил своего подчиненного офицера или своих солдат, будучи пьяным, без каких-либо причин, продиктованных боевой обстановкой, и только ВС или командование разрешали произвести расследование в данном конкретном случае, то старший офицер мог быть привлечен к ответственности за самосуд. В моей практике был один такой случай.
    На Кубани, командир полка, подполковник, но фамилии, кажется, Кузнецов, совершил подобное преступление. Его полк понес огромные потери, он попросил подкреплений, и ему передали усиленную стрелковую роту из только что прибывшей во второй эшелон армии свежей дивизии, сформированной в Сухуми.

    9.jpg

    Работники Военного Трибунала.

    Рота прибыла на подмогу с большими потерями, добралась до выделенного ей участка обороны, и командир роты, старший лейтенант, оставив на позициях вместо себя взводных сержантов, пошел в штаб полка, доложить, что приказ выполнен.
    Пьяный комполка набросился на него со словами - "Ты трус! Почему роту оставил?!", и старший лейтенант немедленно вернулся на позиции.
    Вечером не переставший нагружаться спиртом командир полка, вызвал к себе этого командира роты и без слов расстрелял его в штабном блиндаже, всадил в лейтенанта четыре пули из нагана. Все штабные офицеры промолчали.
    Наутро комполка немного очухался, чуть протрезвел, пришел в 1-й батальон полка, полез на бруствер и с криком "Вперед за мной!" пытался вести роту в атаку. Немцы моментально всех выкосили из пулеметов.
    Сам комполка, получив на первых же метрах пулевое ранение, был отправлен в госпиталь. Когда нам сообщили об убийстве старшего лейтенанта, то меня направили проводить расследование.
    Подполковника пришлось допрашивать прямо в госпитале. Военный Совет Армии дал санкцию на арест командира полка, и он был осужден по суду трибунала.


    10.jpg
    СМЕРШ 37-й армии у Рейхстага.

    По закону, если речь шла о показательном, демонстративном» расстреле, то было обязательным присутствие работника армейской прокуратуры.
    Я один раз был на таком расстреле, поставили к стенке офицера—дезертира с поля боя, обвиненного по статьям 193-17 и 193-8а, и понял, что видеть такое еще раз не особо хочу, и попросил полковника Генина, чтобы он больше меня не посылал на подобные мероприятия." - из воспоминаний майора юстиции (в 1944 г.) З.Я. Иоффе.

    11.jpg
    Сотрудник Военного Трибунала Н.А. Абрамский.

    12.jpeg
    Сотрудник военной прокуратуры Н.М. Березумский.

    12.jpg
    Сержант и две сотрудницы СМЕРШ 37-й армии.


    http://oper-1974.livejournal.com/365365.html
     
  10. Wolf09
    Offline

    Wolf09 Волк - одиночка

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    11.180
    Спасибо:
    52.787
    Отзывы:
    749
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История государства российского

     
    Atos, NEMO, Каин и ещё 1-му нравится это.
  11. Wolf09
    Offline

    Wolf09 Волк - одиночка

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    11.180
    Спасибо:
    52.787
    Отзывы:
    749
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История государства российского
    И.П. Варивода

    0476787.png

    С нетерпением ждет ветеран Великой Отечественной войны Иван Павлович Варивода из села Пушкинское, когда в молодом саду, посаженном с любовью своими руками, распустятся почки и зацветут яблони. Они так напоминают ему о Полтавщине, где он родился в 1920 году в небольшом сельце под названием Мироны. Далеко от родных мест унесла судьба Ивана, крестьянского сына, и на этом пути было у него немало суровых испытаний, которые он с честью пережил. Август 1938 года станет для Ивана Варивода переломным в жизни: его призовут в Красную армию, и потом четверть века, вплоть до 1964 года, не снимет военного обмундирования, отдав службе лучшие годы жизни. Первым местом службы стал солнечный город Ташкент и 10-й мотострелковый полк. Это воинское формирование было создано Советской властью для борьбы с басмачеством, и уже в те годы прославилось своим героизмом. Не по фильмам, а в реальной жизни молодому бойцу пришлось узнать, каким коварным может быть затаившийся враг. Днем басмачи скрывались, а ночью совершали вылазки, убивая местных активистов, их семьи, разоряя кишлаки и угоняя лошадей и овец. Чтобы победить врага, надо было много знать о нем и воевать грамотно. В стрелковой роте, куда был приписан новобранец из Полтавщины, учили отлично стрелять с любого положения и из-за любого укрытия. Обладая от природы хорошим зрением и крепкой рукой, Иван Варивода вскоре получил почетное право называться ворошиловским стрелком 1 степени. Это умение и потом, на фронте, очень пригодилось бойцу. А в те предвоенные годы Ивану вместе с товарищами доверили охранять государственную границу, сутками находиться в секрете, всматриваясь в ландшафт, что-бы не допустить посягательства коварного врага. Обстановка на границе в 1940 году была сложной, и бойцам приходилось всегда быть начеку. Провокации следовали одна за другой, и выдержка у бойцов должна быть железной: тогда по всей линии границ страны выполнялся строгий приказ И. Сталина: огня по противнику не открывать! - Секрет меняли только ночью. Сухой паек был рассчитан на сутки. Мы были всегда настороже, и почти сливались с кустарниками, за которыми открывался обзор. Слух заострялся настолько, что каждый шорох улавливали... Вот когда понимаешь, что означают слова «граница на замке». Так и было! - вспоминает Иван Павлович. За месяц до начала войны бойцов на заставе сменили. И они уже подсчитывали дни до ухода на гражданку, когда им объявили о вероломном нападении фашистов. Иван Павлович до мельчайших подробностей помнит этот день, 22 июня 1941 года, когда вместе с другими бойцами он был в летних лагерях на стрельбище. Вскоре часть, в которой служил Иван Варивода, направили под Москву, где шли тяжелые бои.

    Воинское подразделение, в котором служили кадровые военные, пополнили новобранцами, и их предстояло спешно обучить военной науке. В часы, когда не было занятий, солдаты помогали изготавливать противотанковые ограждения, так называемые ежи, на заводе «Серп и молот», он находился рядом с частью. Иван Варивода был назначен командиром отделения нового пополнения: был для новобранцев и строгим воспитателем, и заботливым старшим товарищем. Столица нашей Родины-Москва находилась на военном положении. И фронт по существу был повсюду. Кадровые военные, солдаты-новобранцы, ополченцы - все грудью встали на оборону Москвы, они были ее верным щитом. Не зря так памятна для Ивана Павловича медаль «За оборону Москвы», которой были отмечены его воинские заслуги в то тяжелое для страны время. - До середины 1943 года я находился в полку особого назначения под Москвой, а затем получил новый приказ: поступить в распоряжение отдела контрразведки «Смерш». Чем мы занимались, хорошо можно понять, если посмотреть фильм «Смерть шпионам» который показали в февральские дни по телевидению, - рассказ Иван Павлович. - Отступая, фашисты оставляли на советские территории своих шпионов, удачей «Смерша» было выявление глубоко законспирировавшихся вражеских агентов, их связи обстоятельства подрывной деятельности и ликвидировать их. Не обо всех операциях, выполняемых разведчиками из «Смерша», и сейчас еще можно рассказывать в деталях, скажем только, что советский разведчик должен был обладать мужеством, бесстрашием и проницательностью Эти качества стали определяющими в характере Ивана Вариводы, что позволяло ему успешно выполнять приказы командования. До столицы Австрии Вены прошагал дорогами войны храбрый контрразведчик, здесь встретил День Великой Победы. Еще полтора года уже в звании лейтенанта служил в Вене. В это время к нему пришла большая любовь - Лидия Ивановна, Лидочка, которая служила секретарем в полковой контрразведке, прекрасно рисовала удивительные картины природы, чем и сразила сердце молодого офицера. С тех пор они не расставались, прожив вместе долгую и счастливую жизнь, но военная служба Ивана Павловича продолжалась и в мирное время. Он служил в Закарпатье, охраняя границу, затем в Средней Азии, в Ленкорани, на границе с Ираном. И везде гордо нес офицерское звание, показывал пример молодому пополнению. После увольнения из Вооруженных Сил Иван Павлович 25 лет отработал заместителем директора по хозяйственной части одного из научно-исследовательских институтов в Баку, выполнял свою работу так, что был отмечен трудовыми наградами. Но когда в этом южном городе в 90-е годы жить стало неспокойно, Иван Павлович и Лидия Ивановна вместе с семьей сына, бывшего военного летчика, переехали на Кубань в с. Пушкинское. - Как кадровый военный И.П. Варивода хорошо понимает, как важны для воспитания подрастающего поколения верно сказанное слова старших, их пример. Поэтому он часто встречается с сельской молодежью, обещается со школьниками, ведет уроки мужества. Несмотря на свои 92 года, Иван Павлович не потерял интереса к жизни, удивляя всех своим трудолюбием и Позитивным настроен, - такие штрихи к портрету нашего героя добавила председатель совета ветеранов Пушкинского сельского поселения П.П. Рябкова. ... Среди наград, которыми Родина отметила ветерана войны, кадрового офицера, - ордена Красная Звезда, «Великой Отечественной войны» II степени, орден Жукова, медали «За боевые заслуги», «За Победу над Германией», «За безупречную службу в Вооруженных Силах СССР» и многие другие. В них отблеск боевых побед контрразведчика с простым именем Иван, для которого кубанская земля стала вторым домом.
     
  12. МПБФ
    Offline

    МПБФ полкан

    Регистрация:
    26 янв 2015
    Сообщения:
    40
    Спасибо:
    117
    Отзывы:
    4
    Страна:
    Latvia
    Из:
    MITAU
    Интересы:
    история
    http://slavyanskaya-kultura.ru/bunker/w ... mersh.html

    Из докладной записки УКР «Смерш» Брянского фронта зам. наркома обороны СССР B.C. Абакумову об итогах оперативно-чекистских мероприятий под кодовым названием «Измена Родине».

    19 июня 1943 г.
    Совершенно секретно
    В мае с.г. наиболее пораженными изменой Родине были 415-я и 356-я сд 61-й армии и 5-я сд 63-й армии, из которых перешли к противнику 23 военнослужащих.

    Одной из наиболее эффективных мер борьбы с изменниками Родине, в числе других, было проведение операций по инсценированию под видом групповых сдач в плен к противнику военнослужащих, которые проводились по инициативе Управления контрразведки «Смерш» фронта под руководством опытных оперативных работников отделов контрразведки армии.

    Операции происходили 2 и 3 июня с.г. на участках 415-й и 356-й сд с задачей: под видом сдачи в плен наших военнослужащих сблизиться с немцами, забросать их гранатами, чтобы противник в будущем каждый переход на его сторону группы или одиночек изменников встречал огнем и уничтожал.

    Для проведения операций были отобраны и тщательно проверены три группы военнослужащих 415-й и 356-й сд. В каждую группу входили 4 человека.

    В 415-й сд одна группа состояла из разведчиков дивизии, вторая — из штрафников.

    В 356-й сд создана одна группа из разведчиков дивизии.

    В состав групп были подобраны и тщательно проверены смелые, волевые и преданные военнослужащие из числа мл. командиров и красноармейцев.

    Привожу характеризующие данные на отдельных участников группы:

    Пом. ком[андира] взвода разведроты 356-й сд сержант Васильев, 1920 г.р., уроженец г. Москвы, до призыва в Красную Армию проживал там же, русский, член ВЛКСМ, образование 5 кл[ассов], по соцположе-нию — рабочий, не судим.
    Окончил курсы разведчиков, участвовал в трех боевых операциях. При выполнении боевой задачи в ночь на 24 мая с.г. первым ворвался в траншеи противника, забросал гранатами немцев, своевременно эвакуировал раненых разведчиков. За выполнение боевых заданий награжден медалью «За боевые заслуги».

    Красноармеец штрафной роты 415-й сд Дорохов, 1906 г.р., уроженец Тульской обл., русский, по происхождению — из крестьян-бедняков, колхозник, образование 4 класса, б/п, женат, ранее судим за элементы.
    Мобилизован в Красную Армию в июне 1941 г., под Моздоком в сентябре 1942 г. ранен. В штрафную роту попал после суда по обвинению в дезертирстве из Красной Армии.
    В окружении и плену не был. Дисциплинированный, волевой, решительный. Охотно изъявил желание искупить свою вину перед Родиной.

    Юрин, 1917 г.р., уроженец Челябинской обл., русский, б/п, образование среднее, женат. В Красной Армии с 1938 г., имеет два ранения. В окружении и плену не был. В штрафную роту направлен после суда за членовредительство в декабре 1942 г. (взрывом модернизированного взрывателя оторвало один палец). Проявил себя как один из лучших красноармейцев, дисциплинированный и инициативный. При личном знакомстве произвел впечатление серьезного, умеющего выполнить ответственное здание.

    Разведчик 415-й сд красноармеец Воронцов, 1914 г.р., уроженец Орджоникидзевского края, русский, по происхождению — из крестьян, образование 4 класса, член ВКП(б) с 1942 г., не судим, холост. В Красной Армии служит с 1937 г. Имеет ранение. В плену и окружении не был. Неоднократно участвовал в боевых операциях, инициативный, дисциплинированный разведчик, находчив.

    Остальные участники групп характеризуются аналогичными данными.

    После подбора группы были отведены в тыл дивизий, где проходили под руководством опытных командиров специальную подготовку.

    При подготовке особое внимание было обращено на умение участвующих в операции эффективно забросать немцев гранатами и быстро скрыться после выполнения ее. Подготовка осуществлялась на местности, аналогичной предполагаемым районам действия. [...]

    Одновременно были намечены конкретные места действия групп, подготовлены планы действия и расчеты артиллерийского и минометного огня для поддержки групп во время операции.

    Места для операции групп были выбраны там, где имелись случаи групповых переходов линии фронта изменниками Родине.

    2 июня 1943 г. в районе обороны действовали первая и вторая [группы]. 3 июня с.г. в районе обороны 356-й сд действовала третья группа.

    Операция первой группы (разведчики) 415-й сд

    2 июня с.г. в 4.00 группа после сосредоточения на исходном рубеже подползла к немецкому проволочному заграждению, встала и, подняв руки, начала искать проход в проволочном заграждении.
    Немцы сразу же заметили идущих и стали звать их к себе. Три немца во главе с офицером вышли навстречу разведчикам, сблизившись с группой у проволочного заграждения на 30 м. Разведчики забросали подошедших немцев гранатами, уничтожив три немца, без потерь вернулись обратно.
    Отход группы поддерживался огнем из веек видов оружия.

    Операция второй группы 415-й сд (штрафники)

    2 июня с.г. в 3.00 группа сосредоточилась на исходном рубеже в 100 м от противника, недалеко от нашего проволочного заграждения.
    В 4.00 двумя партиями по два человека, с поднятыми руками, пошли к проволочному заграждению, один из первых держал в руках белый лист бумаги, означавший немецкую листовку.

    При входе к проволочному заграждению немцев группа увидела двух немецких солдат, которые начали указывать место для прохода через заграждение.
    Группа, пройдя немецкое проволочное заграждение, заметила, что от последнего к немецким траншеям идут два хода сообщения и в траншеях группу ожидают около 20 немецких солдат.
    При подходе к скоплению немцев на 30 м группа забросала немецких солдат гранатами. И после использования всего запаса гранат, под прикрытием артиллерийского и минометного огня, отошла в наши окопы.
    При отходе два человека из группы получили легкое ранение, и сейчас находятся в строю.

    Операция третьей группы 356-й сд (разведчики)

    3 июня с.г. в 3.00 группа вышла с исходного рубежа и дошла до проволочного заграждения немцев, где была встречена одним немецким солдатом, который их остановил словом «хальт».
    Когда старший группы назвал пароль для перехода — «штыки в землю», немец стал показывать дорогу к проходу, находясь от группы в 20 м.
    В это время он был забросан гранатами, а группа вернулась в свои траншеи.
    По группе был открыт противником огонь, однако никто из нее ранен не был.

    Все группы поставленные перед ними задачи выполнили отлично, никаких происшествий за время операций не случилось.
    Поставлен вопрос перед Военным советом 61-й армии о награждении участников операций, а также о снятии судимости с группы красноармейцев штрафной роты 415-й сд, принимавших участие.

    Отделам контрразведки армии даны указания о проведении аналогичных инсценировок «Измена Родине» в частях, наиболее пораженных переходами военнослужащих к противнику.

    Зам. начальника Управления контрразведки НКО «Смерш» Брянского фронта.
     
  13. Wolf09
    Offline

    Wolf09 Волк - одиночка

    Регистрация:
    27 фев 2012
    Сообщения:
    11.180
    Спасибо:
    52.787
    Отзывы:
    749
    Страна:
    Russian Federation
    Из:
    Нижегородская губерния
    Имя:
    Алексей
    Интересы:
    История государства российского
    Петленко Иван Анисимович, в годы Великой отечественной войны проходивший службу в управлении контрразведки СМЕРШ Западно-Сибирского военного округа.

    000.jpg

    111.jpg

    222.jpg
     
    Андрей Бутерман, PaulZibert и zhulkov нравится это.

Поделиться этой страницей

Сейчас читают тему (Пользователи: 0, Гости: 0)